Страница 3 из 66
Следом ворвался старший телохран, до сих пор уважаемая мальчишкой личность, и, откинув ногой труп отца, схватил Ли за плечи.
-Он успел? Он успел тебе передать?! Вижу, что успел, ну ничего.
По коридорам корабля ходили вооруженные люди в разнородных скафандрах. Пираты. Некоторые были увешаны вещами из обстановки корабля, некоторые были в забрызганных кровью скафандрах. Ли стало плохо, сюрреализм последнего часа вышиб сознание начисто. Вникая в актерскую игру основных и второстепенных героев, я мог себе позволить диссоциативное созерцание, сознание отмечало некоторые несуразности по ходу развернутой драмы. Видно, что рулил захватом судна начальник охраны. Но с таким интеллектом на лице, вряд ли он был зачинщиком и вдохновителем. Кто-то там сверху еще есть, и не один. Добраться бы, почистить конюшни. А с другой стороны, кому это надо. Вернуться и стать правителем? Стать заложником всех этих интриг малой родины. Так родиной можно считать всю систему обжитого космоса, сместить понятие от трех березок на опушке к огромному ареалу фактического потенциала проживания. Нужна власть? Нужна свобода, а власть, ну власть всякая бывает. Своих обидчиков найти, себя собрать, пацану помочь. Ну, пацан, это я, себе помочь, нам помочь. Мстя обязательно будет, холодная и хорошо приготовленная, с неадекватным ответом, в самом неожиданном месте. Последовательность действий интуитивно определяется, ощутил заинтересованную уважительность в мыслях Ли. Все-таки, тяжело быть маленьким, хочется крепкого плеча, хорохорюсь, мысленно раздвигая плечи, вот такой я весь героистый. Внутренне.
Собираем расклад в руку, карты, естественно, к орденам, в них заглядывать никому не дадим. Что имеем по Ли Альту. Принца похитили или спрятали как угрозу для всех. Попутно выяснилась досадная накладка, усугубляющая издержки дворцового переворота. Малыш является носителем всех финансовых тайн убитого альтана, трон нищий без этих знаний. Кто-то в курсе потенциального псионического умения у принца. Кому интересно, когда тебе рентгеном голову просвещают, и все твои гнусные тайны на свет божий вытягивают, тут и суд божий сразу недалеко, в индивидуальном исполнении.
Жизнь принца священна. Жизнь альтана тоже была священна, но непосредственных убийц можно всегда назначить и тщательно судить, со смертельным исходом, бодро прокомментированным в средствах массовой информации. Те умеют быдло любым говном кормить. Не согласованность действий охраны, не все там были заговорщиками, заговорщиков, вообще не более пяти, это на судне. А возле трона? Как там меня учили, кто учил? Любой факт надо рассматривать с точки зрения, - кому это выгодно. Найдем, кому там это было выгодно. А вдруг эти амбициозные убийцы мудро будут нести тяготы власти к процветанию народа? Правда, она разная бывает. На все нужно время, время еще не пришло, кто-то в меня это здорово вбивал, понятие ритма времени.
Принца спрятали у пиратов как карту в рукаве. А хозяин пиратов решил поиметь дополнительную выгоду, вытряхнув из заложника финансовую информацию. А принц, пацан духом крепкий, перестарались, тельце начало загибаться. А вот этого никому было не надо, мертвый принц. Мертвый принц, это не облегчение для многочисленной семьи правителей, это обязательная мучительная смерть для всех, кто участвовал или присутствовал. Без срока давности, с обязательным жестоким наказанием, и не только исполнителя или участника. В процесс смертельного исхода вовлекается весь род обидчика.
Теперь по мне. У меня было тело, которого нет, я занимался руководством обществом людей в совершенно другом месте, приходящие ассоциации пока ничего не говорят, но я им не удивляюсь, и не отвергаю, пусть копятся. Будет переход количества в качество. Многого не помню, но знаю, что оно было, перекос в мыслительном процессе, эмоций мало, только логический расчет, я был целостнее, знаю. У меня был большой багаж опыта и знаний, где он. Начинаю, или продолжаю жизнь, сидя в наперстке посреди бушующего океана.
Теперь меня во сне штормило:
Черный, антрацитовый цвет тела и восточные черты лица при этом. Мне бы удивиться, но за десять лет нашего общения с ним, мне уже удивляться нечему. Подогнанный по слегка расплывшейся, нет, скорее, заматеревшей фигуре стильный комбинезон вооруженных сил Содружества со знаками различия капитана службы имперской безопасности. Капитан СИБ Ролл И’Тон И’Не Ман, потомственный аристократ, выбрал себе службу по призванию. В нише СИБ интеллектуальная часть флота находила себе отдушину от солдафонства и прочих несуразностей в стиле «я начальник, ты дурак», при этом, выполняя свое предназначение. Кланы И’Тон И’Не Ман были обязаны поставлять аристократическое мясо на военную службу императору. Но выбор места на этой службе у них был.
Приятно чувствовать себя свободным от службы человеком. Совершенно другое отношение. Свой кораблик с подарками, образцами продукции планеты, ненужными, но еще рабочими криокамерами, и кристаллами, тихо подплывает к туше крейсера. Так, если смотреть, то мой космический домик не меньше. Со мной в корабле только маг Алекс Арестон, искусственные интеллекты настроены на паранойю, всяко может быть, нужно подстраховаться. Коммуникационный рукав соединяет два корабля, встречает сам капитан, его аура выражает доброжелательность. Хорошо держится, если бы я заподозрил от него зло, тут бы мы и расстались. Мы о чем-то беседуем. Тут я просыпаюсь.
Утром меня припахивает док, ознакомительная для меня, но привычная деятельность для принца. Уборка вивария и кормежка подопытных животных. Грязные клетки с визжащими от страха, в целом симпатичными обезьянками, сильно смахивающими на Чебурашку, только уши меньше. Чувствуется эмпатия, зачаточная, но есть, и даже интеллект, маленький, но имеется. Кто же считает за животных, этот маленький наивный народец. Они панически боятся всех квазиживых автономных агрегатов и главного вивисектора. К маленькому принцу относятся с некоторым доверием, видя в нем такого же обиженного. От эмпата ничего не скроешь. На данный момент у них большая к Ли настороженность, они меня вычислили, но как ко мне относиться, еще не знают. Изо всех сил транслирую дружелюбие. Чистить, кормить, успокаивать. Их было более тысячи, в результате экспериментов дока, осталось сотни четыре. И каждую смерть своих соотечественников под скальпелем дока, они эмоционально прочувствовали в полной мере. А ведь это будущие единомышленники. Мои мысли уловились, интерпретировались и вернулись с некоторым недоумением. Стая, или стайное сообщество, начало успокаиваться, передавая свои надежды в наши руки. Если дать в руки щетку и совок, выдать в ладошки с мелкими тонкими пальчиками гребень, один на всех, мля, сообщество вполне в состоянии провести уборку вольера и даже начать себя прихорашивать. Ли тоже здесь спокойно и комфортно, это место, где он любим и даже почитаем. Самому уходить не хочется. Сытые и довольные разумные зверьки начали прихорашивать себя посредством когтей и единственного гребня. Если вымыть и вычистить, то получается красивая шелковая шерстка веселого рыжего цвета. Даже не рыжего, а солнечного огненного средней длины меха, кроме передней части головы. Ну, рыжие мелкоушастые чебурашки, да и только, большие умные глаза смотрят печально, да и повода для веселья, в общем-то, нет. Все мы тут в концлагере, немецкие Освенцим и Дахау отдыхают. Здесь мучители изобретательнее, и философию под свой садизм подведут правильную, гуманную, суки, мля.
Пора вникать в обстановку и знакомиться ближе. Дока зовут Адник Мокетай, он в этой компании самый малоавторитетный, но не самый безобидный. Отличается неуемным научным любопытством, которое удовлетворяет только ему приемлемыми способами. За это общество хотело бы его видеть в обнимку с большой совковой лопатой на любой из каторг, но гений нейрохирургии и других слесарных работ на мозге успел пропасть из поля зрения органов порядка. Вот он где оказался, целитель - ломатель.
Дэн Стрэйк, глава легальной корпорации шахтеров и атаман пиратской ватаги, два в одном, очень выручает в бизнесе. Держит он этот бизнес уже больше десятка лет, у правосудия, очевидно, претензий к нему нет, очевидцы исчезают, свидетели не выживают.