Страница 16 из 56
Окна кабины водителя было защищено стальными решетками. К тому же, рядом с ним находился его вооруженный напарник, готовый при необходимости отстреливать самых настырных тварей. А Кот в кунге был один, не считать же за бойцов «пассажиров», пристегнутых наручниками к койкам?
В колонне, кроме Уралов, ехало десять БТР-80, со злыми бойцами-пулеметчиками внутри и огромным запасом боеприпасов. И указанием расходовать их при любой возможности - бойцы этому были очень рады! Эти ребята вообще любили стрельбу и занимались этим, как иногда казалось Коту - круглосуточно.
Коту досталась самая скучная и не интересная роль – наблюдателя. Непосредственным уничтожением тварей занимались пулеметчики – здоровые мужики, со всех сторон обвешанные коробами с боеприпасами, вместимостью по 100, или по 250 патрон. Чтобы не оглохнуть от непрерывной стрельбы у них были наушники, но спустя всего день или два они почти перестали ими пользоваться – в них сложно было переговариваться.
Стрелять пулеметчики начинали еще «с брони». Во время «пешей» зачистки они образовывали своеобразный фронт – жиденькую цепь, формой напоминающий полукруг. Позади первой линии бойцов находилось еще два-три стрелка. Они обеспечивали непрерывность стрельбы во время перезарядки и страховали группу от внезапного нападения сзади.
- «Это будет долго и нудно» - подумал Кот и улегся на койку, вообще-то предназначенную для спасенных. Он вольготно разложился на мягкой койке с подушкой и прикрылся от всех невзгод одеялом - так проводить время в дороге было гораздо приятней, чем сгорбившись в кресле-недомерке! Еле-еле горела лампочка ночника. В помещении было установлено несколько мощных ламп, но Кот их выключил – слишком сильный свет. Он был нужен только для осмотров и проведения различных манипуляций. Просто лежать без движения и пытаться уснуть было гораздо приятней в полумраке.
Во втором БТР их группы ехал самый настоящий фельдшер скорой медицинской помощи. Это была фигура тщательно охраняемая! В зачистках фельдшер не участвовал – для этого были санитары – Кот и Ежик. Только когда приходили «новенькие», он осматривал их и давал им ценные указания. А после контролировал и проверял их работу. Пока «пациентов» не было, он тоже маялся от безделья, лишь время от времени осматривая бойцов, но те на здоровье пока не жаловались.
Внутри медицинского кунга Кот все время находился в одиночестве, это его нисколько не смущало. После нескольких недель, проведенных наедине с зомби, он был готов оставаться здесь столько, сколько нужно. Тем более, что сейчас они поменялись местами и уже Кот готовился убивать их.
С удивлением Кот вдруг понял, что возможность быть убитым нисколько не тяготит его. Это была данность, с которой он жил всегда. Даже в своей прошлой жизни рядом с ним всегда находилась мрачная фигура с косой, просто раньше он не обращал на нее внимания. Смерть в те далекие времени была для него чем-то далеким и абстрактным.
На него мог упасть кирпич. Или пьяный дурак мог пырнуть его ножом – без особой причины, просто поддавшись нахлынувшей животной агрессии. Даже банальная автомобильная авария могла легко и непринужденно закончить его дни на Земле - причин встретить смерть всегда хватало. Сейчас добавились новые, только и всего.
По сути, с начала Катаклизма ничего не изменилось. Просто сейчас Кот полностью осознавал тот факт, что его могут убить прямо сейчас. Что он вообще – смертен и барышня с косой давно приглядывается к нему и не отходит далеко. Что, на самом деле, смерть – не враг, а друг. Только она даст ему единственно верный совет в самый сложной ситуации. Поможет понять - что для него по-настоящему важно и имеет значение.
Это открытие принесло очищение. Мысли Кота лишились какой-то суеты, ненужного шума. Есть враги – их много. Очень много. Они чертовски опасны и это нужно воспринимать, как данность.
Воспоминания о старом мире, где зомби жили только в фильмах и книгах, мечты о том, как они сдохнут от голода или болезней – все это Кот стал воспринимать, как ненужную шелуху. Именно воспоминания и беспочвенные надежды вселяли в его душу страх и неуверенность. Настало время избавиться от всего этого.
Чтобы сделать это, достаточно было принять тварей, такими, какими они есть – сильными существами, выходящими на охоту, чтобы утолить своей голод. В людях они видели исключительно корм, мясо – не более того. Они не испытывали к Коту личной неприязни – как личность он их совершенно не интересовал. Для зомби не было разницы между человеком, собакой или свиньей – для них это была еда и не более того.
Теперь и Кот видел в зомби только цели. Мишени. Как сосновые бревна, которые они расстреливали во время тренировок. Ненависть к ним ушла. Они стали ему почти безразличны. Животные, звери, которых нужно было просто убивать. И все.
Колонна неотвратимо продвигалась по своему маршруту. Изредка начиналась и почти сразу смолкала канонада пулеметных очередей. Грузовик, в котором ехал Кот, даже не притормаживал в такие моменты. Указание было ясным – стрелять по тварям при любой возможности и бойцы делали это с огромным удовольствием, стоило им только оказаться в зоне поражения.
Раз в три-четыре часа колонна останавливалась на десять минут, бойцы выходили наружу, чтобы размяться и «сходить в кустики». В это же время водители сменяли друг друга. Остановки происходили только на открытой местности – среди полей. Ночью заранее пускалась осветительные ракеты и включалось освещение. Только после тщательного осмотра места стоянки, командир давал добро и люди выходили из машин.
За все время пути они не встретили ни одной крупной стаи хотя бы в сотню голов. Такие группы попадались в более-менее крупных населенных пунктах, и то – не всегда. В Крымске, например, из-за охраняемой зоны на железнодорожном вокзале, вся активность тварей уходила в постоянные, но малочисленные атаки на форпост Федерации. В городе остались только мелкие, слабые группы, которые, вдобавок, активно истреблялись новичками во время их обучения военному делу.
Совсем другое дело – крупный город с плотной застройкой.
Единственный форпост Федерации в Краснодаре находился на крупной продуктовой базе на выезде из города. Пулеметные точки со спаренными пулеметами по периметру, в постоянной готовности несколько БМБ-4. Постоянный гарнизон – не менее 60 бойцов. Стрельба сутки напролет. А когда ворота базы открывались для того, чтобы пропустить очередной караван с грузом продовольствия – начинался настоящий ад.
Уже несколько раз были замечены группы, численностью больше тысячи особей. Они собирались недалеко от базы, готовясь к штурму и если бы не пятерка БМП, заблаговременно раскатывавших их по асфальту своими гусеницами – не миновать беды.
Это происходило в месте, где постоянно уничтожали зомби. Их убивали сотнями. Тварей, переродившихся из тех людей, что жили неподалеку от базы, убили уже давно, но сюда постоянно подходили твари из других районов города, со временем их стаи становились все более и более многочисленными.
Совсем другое дело «Terra Incognita» - неизвестная земля (лат.).
Если бы в регионе находились крупные, хорошо организованные группы людей, они наверняка пользовались бы радио связью. Более-менее мощные радиостанции связывают людей на расстоянии в десятки километров.
Но радиоперехват не давал результатов. Эфир был пуст. Если нет переговоров по радио – значит, на этой территории нет крупных, хорошо организованных и оснащенных групп живых людей. Десятку человек, забаррикадировавшихся на продовольственном складе, нет нужды в мощной радиостанции. У них даже электричества нет!
Это было страшно. В городе с населением больше миллиона человек и густонаселенными пригородами может находится больше шестисот тысяч тварей – только самых активных, готовых перемещаться в поисках пищи. Готовых атаковать людей с оружием в руках.
Опыт Краснодарской базы был учтен. В «поход на Ростов-на-Дону» отправлялась исключительно тяжелая, гусеничная техника. Незаменимые БМП-4 в качестве главной ударной силы и плавающие транспортеры ПТС-4 – в качестве походного госпиталя для «спасенных», склада и места отдыха.