Сады луны

Он вскинул голову, словно задумавшись над последними словами, потом отрывисто рассмеялся.

— Итак, я могу быть уверен, что ты не предашь.

Дырявый Парус тоже задумалась.

— Ты прав, — сказала она.

Колдунья подошла к выходу и взялась за полог, потом остановилась.

— Хохолок, ты хорошо слышишь? — спросила она.

— Достаточно хорошо. А что?

— Какие звуки ты слышишь?

«Интересно, слышит ли он вращающуюся монету?»

— Да в этом развороченном лагере полно звуков. А ты-то сама что слышишь?

Дырявый Парус улыбнулась. Она молча откинула полог и вышла. Колдунья двинулась к штабному шатру. Внутри звенела пока еще смутная и не совсем понятная ей надежда.

Она никогда не считала опоннов своими союзниками. Рассчитывать в каком-либо деле на везение или удачу — такое всегда казалось ей верхом глупости. Первым домом, открывшимся ей сейчас, была Тьма. Леденящая тьма, со всполохами злой силы, все сметающей на своем пути. Но что-то во всей этой мрачной картине намекало на возможность спасения. Рыцарь — такая карта, которая может быть и союзником, и врагом или же — что еще вероятнее — ни тем ни другим. Он непредсказуем и погружен в себя. Однако следом за ним появились опонны, и Дом Мрака закачался, повис между ночью и днем. Их вращающаяся монета требовала от колдуньи сделать выбор. Скрытый выбор.

Хохолок не услышал монеты. Прекрасно!

Даже сейчас, когда Дырявый Парус была совсем близко от штабного шатра, в ее голове слышался слабый звон. Монета продолжала вращаться! Пусть опонны двулики. Но Шутиха сама показала ей удачу. Крутись, монетка. Крутись, не останавливаясь!

ГЛАВА 3

Подобно неугомонному лезвию, имперская трирема рассекала глубокие морские воды. Ветер раздувал паруса и скрипел снастями. Сухопутный капитан Ганоэс Паран предпочитал проводить время в своей каюте. Ему давно наскучило обшаривать глазами восточную часть горизонта и ждать, не покажутся ли первые признаки суши. Берег все равно появится, причем довольно скоро.

Упершись плечами в скошенную стенку каюты, Паран смотрел на качающийся фонарь. Стол в его корабельном жилище держался на деревянном столбе, который упирался в потолок. Этот столб Паран избрал мишенью для своих метательных упражнений. Трудно сосчитать, сколько раз его нож вонзался в твердое дерево, оставляя неглубокие щербины.

Неожиданно в каюту ворвался холодный, застоялый воздух. Паран обернулся и увидел Симпатягу, появившегося из портала имперского Пути. В последний раз они с «когтем» виделись два года назад.

— Клобук тебя накрой, — пробормотал Паран. — Неужели тебе до сих пор не надоел зеленый цвет? Ведь должен же быть какой-то способ излечить тебя от этого извращенного пристрастия.

Казалось, Симпатяга — наполовину человек и наполовину тистеандий — нарочно вырядился в ту же одежду, в какой капитан (тогда еще лейтенант) видел его впервые. Все шерстяные и кожаные предметы его одеяния были разных оттенков зеленого. Только многочисленные кольца блестели искорками других цветов. «Влиятельное лицо» тайной организации «Коготь» явилось на борт триремы в довольно кислом, если не сказать скверном, настроении.

— Помнится, в последнюю нашу встречу ты называл меня на «вы», — сказал Симпатяга. — Впрочем, я не обижаюсь. Так будет даже лучше. Знаешь, приказ разыскать тебя доставил мне несколько приятных часов. Люблю заковыристые путешествия, капитан. Протянуть Путь прямо в океан и ступить на палубу корабля — это требует незаурядного магического искусства. Могу по пальцам пересчитать тех, кому оно доступно.

— Хороший посланник, наверное, должен владеть таким искусством, — пробормотал Паран.

— Вижу, капитан, ты так и не научился учтивости. Даже не понимаю, почему адъюнктесса так верит в тебя.

— Я помню, что ты — любитель учтивых разговоров. Но давай на сей раз не увязать в них, Симпатяга. Итак, ты меня нашел. Говори, зачем явился.

Симпатяга нахмурился.

— Мы разыскали ее. Она попала к «сжигателям мостов». Сейчас они осаждают Крепыш.

— Значит, осада еще продолжается? Какой давности твои сведения?

— Почти недельной. Как и что там сейчас — не знаю, поскольку сразу же стал разыскивать тебя. В любом случае, дни этого города сочтены.

Паран хмыкнул, потом нахмурил брови.

— В каком она взводе?

— Ты что, знаешь их все?

— Да, — с гордостью ответил Паран.

Симпатяга поморщился, поднес к лицу руку и принялся разглядывать свои кольца.

— Во взводе Бурдюка. Одна из его новобранцев.

Паран закрыл глаза. Вряд ли стоило удивляться услышанному.

«Боги продолжают играть со мной. Только вопрос: какие именно? Итак, сержант Бурдюк. Когда-то ты командовал не взводом, а целой армией. Давно это было. В те времена Ласэна еще звалась Угрюмой. Если бы ты тогда послушался своего соратника, то мог бы сделать иной выбор. Возможно, ты бы даже сумел остановить Угрюмую. Но нынче она — императрица Ласэна, а ты командуешь всего-навсего взводом. А кто я? Глупец, помчавшийся за своей мечтой и теперь больше всего желающий, чтобы мечте наступил конец».

Он открыл глаза и взглянул на Симпатягу.

— Сержант Бурдюк. Война в Семиградии. Вырвался из Арена… потом была пустыня Рараку, которую в тех краях называют священной… дальше Панпотсун, Натилог…

— Все это было, Паран, но давно. Во времена императора.

— Да. А теперь Бурдюку, как видно, едва доверяют командование взводом. Насколько знаю, следующая цель после Крепких Стен — Даруджистан, «город городов».

— Твоя новобранка начинает показывать зубки. Вернее, свою силу, — морщась, сказал ему Симпатяга. — Она совратила всех «сжигателей мостов». Возможно, даже Дуджека Однорукого. А кроме них — весь контингент Второй и Третьей армий, сражающихся в Генабакисе.

— Будет тебе трепаться. Похоже, эта сторона жизни вообще не занимает девчонку. Малолетняя загадка, которую мне предстоит разгадывать. Командование взводом так, для отвода глаз. Я понимаю, зачем меня туда посылают. Адъюнктесса тоже считает, что мы слишком долго выжидали. И теперь те же слова я слышу от тебя. Знаешь, мне не верится, чтобы Дуджек оказался изменником. Они с Бурдюком на такое не способны.

— Лучше, если ты будешь вместо рассуждений действовать в установленном порядке. Мне велели тебе напомнить: секретность твоих действий играет ключевую роль. Когда доберешься до Крепких Стен, человек из «Когтя» разыщет тебя и передаст дальнейшие указания. Кроме него, больше никому не доверяй. Девчонка нашла для себя подходящее оружие и готовится ударить в самое сердце империи. Сам понимаешь: поражение нам не простится.

Раскосые глаза Симпатяги блеснули.

— Но если ты чувствуешь, что не справишься с заданием…

Паран молча глядел на него.

«Если все так скверно, как ты говоришь, почему вы не пошлете туда кого-нибудь из своих опытных ассасинов и не расправитесь с этой чумой?»