Страница 109 из 137
Дочь встала со стула и взяла визитку в руки.
- Почему я? Она ведь тоже ткущая.
Старик огорченно покачал головой:
- Нет, дитя мое, к сожалению больше нет. И все теперь ложится на твои хрупкие плечики. Теперь от тебя зависит…
- Ты всегда учил меня быть честной, - рассеянно перебила его Катерина.
- А еще помогать другим и делать добро, - дополнил ее отец, - и сейчас наша задача сделать все, чтобы исправить созданное твоей сестрой.
- А Алина будет считать, что я прыгаю в день штурма? - уточнила она, отвлекаясь от столешницы и переводя взгляд на отца.
Отец замолчал, обдумывая свои следующие слова.
- Да.
- А я должна буду изменить ее судьбу так, чтобы больше подобного не повторилось?
- Да, дитя мое, - снова кивнул старик.
- Но тогда получается, что штурм выиграет Орден? И всю войну в итоге?
Старый маг глубоко вздохнул.
- Вампиры это зло, которое надо выжигать с лица земли. Уничтожив верхушку клана, мы сможет постепенно очистить страну от этой грязи.
Катерина проницательно глянула на отца:
- И тебе не придется нарушать собственные принципы и делать из Лины полу-вампира?
Отец отпустил голову. Катерина была права полностью.
Нарушение одного из своих самых серьезных принципов — вот что угнетало старика больше всего.
Но вампир тогда поставил на чашу весов жизнь Кати.
Жизнь сестры против жизни сестры. Катя в Лабораториях или Алина-гемофаг.
Выбор был сложнейший, но тогда отец Сергий считал, что он сделал правильный выбор.
До поры, до времени.
Это после был тяжелый разговор с Аграфеной, и понимание, что есть вещи изменяемые. И что у самой ведьмы тоже появляется возможность избежать неминуемого. Ведь у каждого Молота происходит свой Откат.
Но своими взглядами отец Сергий дорожил и старался всегда и во всем следовать им.
И поэтому, когда появилась возможность вернуть обратно созданное, он ухватился за нее как утопающий за соломинку.
- Если у нас не будет принципов, то как мы будем жить? - старик поднял мрачный взгляд на дочь, - Сегодня следуя одним законам, а завтра совсем другим? Что же удержит нас от хаоса, как не собственные принципы?
Катерина вспомнила Милу.
- Порой следование им может навредить.
Отец Сергий качнул головой, отказываясь признавать другую точку зрения..
- Правильные принципы не приносят вреда. Они помогают разобраться, что верно для человека, а что нет.
- Но если некоторые правила становятся… неправильными, что тогда? Если я начинаю понимать, что мои жизненные устои требуют пересмотра — что мне делать?
Священнику нечего было на это ответить. Он лишь отвернулся к окну и сложил руки за спиной, показывая, что разговор на эту тему считает оконченным.
Женщина встала и подошла к двери.
- Я должна подумать. Ты слишком многого просишь от меня.
Старик не обернулся к ней, но глухо проговорил:
- Ты четвертая в роду, девочка. Ты сможешь все вернуть обратно и не допустить ошибочного хода истории.
Катерина вышла, ничего не говоря.
На ужин дочь не осталась, ее ждали дома муж и дети, да и подумать обо всем ей надо было как следует. Ведь по всему получалось, что теперь есть шанс помочь Миле. Прыгнуть вместо Алины в прошлое и изменить вероятности вместо нее.
Но тогда это приведет к изменениям и сегодняшних дней, и кто знает, не сделает ли Катерина только хуже.
Лично она - не знала.
А старый маг после ужина снова удалился к себе в кабинет.
Но работать уже сил не было, сегодняшний разговор слишком много взбаламутил воспоминаний.
Старик дотронулся рукой до нижнего ящика стола, запертого на ключ.
Он крайне редко доставал документы, лежащие в нем. Особенно из старой потрескавшейся шкатулки красного дерева.
Особенно письмо, полученное двадцать лет тому назад.
…
Встреча с сестрой выбила Лину из колеи. Спускаясь вниз на лифте, девушка даже не помнила, куда и почему она должна ехать. Машинально пошла к автомобилю, совершенно не видя под собой дороги, и чуть не споткнулась. Лицо Кати стояло у нее перед глазами.
В чувство девушку привел Рустам, выскочивший из “Тойоты” навстречу и открывший ей дверь машины. Он вопросительно глянул на Лину, но та лишь мечтательно улыбнулась телохранителю.
- Ты в порядке? - настороженно поинтересовался мужчина.
- В полном, - девушка тряхнула головой и уже более осмысленно сказала, - Мне сейчас не домой, мне в резиденцию надо.
- Марку позвонить? - Рустам потянулся за телефоном.
- Нет, нет — запротестовала Лина, - я хотела с Тамарой увидеться.
Девушка еще раз мило улыбнулась телохранителю, надеясь, что за этой улыбкой он не заметит тревожного взгляда, что девушка метнула в сторону окон дома.
Ведь там осталась Катерина и Лина прекрасно понимала, чем грозит раскрытие ее тайны.
И к Марку у девушки появился один очень серьезный вопрос.
Но сейчас следовало разобраться наконец с одним очень важным делом, которое поставит точку в ее сомнениях и истериках последнего месяца.
Рустам помог Лине сесть, закрыл за ней дверь и осторожно вырулил на проезжую часть.
В резиденции девушка сразу же поднялась в кабинет Паноптикума. Тамара, как она и надеялась, сидела за компьютером и играла в какую-то новомодную фермочку, выстраивая грядки и саженцы в ровные ряды.
- Лина? - телепатка как-то испуганно оглянулась на девушку.
Тамара как раз перед приходом Лины раздумывала, как же подойти к девушке с задачей поставленной понтификом — провести глубокое сканирование. Телепатка понимала, что подруга этому вряд ли обрадуется и не хотел портить отношения с ней, но и не выполнить приказа понтифика не могла.
Фаворитка понтифика удивилась такой реакции, но затем приложила палец ко рту.
- Мы можем поговорить где-то втайне?
Прикинув, что в оранжерее вряд ли будет много народу, телепатка предложила пройти именно туда.
Девушки уселись в самом дальнем уголке, скрытом пальмами, и Лина объяснила причину своего странного предложения.
- Тамара, я знаю, что то, что я сейчас скажу, тебе не понравится, но мне действительно нужно, чтобы ты это сделала! Для меня это очень важно!
- Что именно? - та подозрительно прищурилась.
- Я хочу, чтобы ты провела мне глубокую сканировку.
…
У Лизы тоже возникли определенные сложности в жизни, но связаны они были с проблемами менее глобальными, чем у Лины. Точнее, с одной проблемой. С Матвеем.
Память постепенно к девушке возвращалась, последние произошедшие события она отчетливо помнила. И заботу вампира о ней в больнице, и помощь с телепатом и магами для скорейшего выздоровления.
И покупку девушки у мужа. Поэтому как относится к мужчине, Лиза не представляла.
Матвей обычно приезжал в больницу часам в десяти утра, интересовался здоровьем девушки и процессом выздоровления, спрашивал, не нужно ли чего. Развлекая Лизу милой беседой, он дожидался Тамару, что занималась с девушкой до обеда, и оставлял Лизу на нее, предупреждая, во сколько навестит позднее. И обязательно проводил с Лизой вечера, уходя чуть ли не глубокой ночью. Матвей всегда был подчеркнуто вежлив и корректен, ничем не показывал своего романтического отношения, кроме частого пребывания рядом и моментального выполнения любых, даже мелких просьб, хотя Лиза и старалась в этом не переходить границ. Видя все это, девушка никак не могла понять, что же на самом деле происходит — то ли Матвей пытается загладить таким образом свою вину за покупку, то ли попросту забыл о некрасивой истории и ведет себя с Лизой как с любимой женщиной.
В самое ближайшее время она хотела откровенно с ним поговорить об этом.
Сегодня Лизу выписывали и распорядок дня у нее оказался насыщенным.
Быстрый завтрак, затем такие же быстрые сборы. Задерживаться в больнице Лиза не хотела, но искренне и с чувством поблагодарила всех врачей и медсестер, что с ней возились. Матвей забрал ее документы и выписку, подхватил сумку девушки, и твердым шагом пошел на выход.