Человек-да

номер, что я купил на этой неделе — я увидел объявление об оказании спонсорской поддержки детям. Я

позвонил по указанному номеру и от ее имени дал денег на одного из малышей. В качестве извинения.

— Что случилось? — спросил Уэг, возвратившись к столику.

— Дэнни должен извиниться перед Ханной.

— Да? За что?

— Да так, пустяки, — сказал я, надеясь положить конец разговору о Ханне.

— Дэнни запретил Ханне встречаться с другим парнем, — объяснил Иан. — А потом, когда у них было

первое свидание, он увязался за ними и проторчал с ними весь вечер.

Уэг прибалдел.

— Я не увязался, — возразил я. — Меня пригласили. Себ пригласил. Мы с ним неплохо поладили.

— И ты торчал с ними весь вечер? — спросил Уэг.

— До тех пор, пока меня вежливо не попросили удалиться.

— Ему сказали, чтоб он отвалил, — услужливо добавил Иан.

— Ты преследуешь Ханну? — Уэг вытаращил глаза. — Потрясающе. Среди моих знакомых еще не было

преследователей!

— Я не преследую Ханну, — сказал я.

— Ханна думает, что он на ней помешался, — доложил Иан. — Он и ей тоже только что послал цветы.

— Ты преследуешь Ханну!

— Я ведь и тебе послал цветы, придурок. Но это же не значит, что я тебя преследую!

— Ты давай не увиливай от разговора, не переводи стрелки на меня! — заявил Уэг. — Бывшим

возлюбленным цветы не посылают! Это может быть неверно истолковано!

— А еще, — вставил Иан, — он от ее имени спонсировал маленького африканского мальчика.

У Уэга отвисла челюсть.

— Нельзя спонсировать африканских мальчиков от имени бывших возлюбленных! Тогда тебя точно не так

поймут! Никогда этого не делай! Это неписаное правило!

Уэг глянул на Иана. Тот, закрыв глаза, кивнул в знак согласия.

— Нужно найти тебе подружку, — сказал Иан. — А то ты можешь стать опасен для общества.

Он дразнил меня. А вот Уэг не дразнил. Он думал, что я уже опасен для общества.

— Давайте поговорим о чем-нибудь другом, — решительно сказал я.

И минут через десять-двадцать мы заговорили о другом.

Прошло два дня. Я стал больше времени проводить дома. Не потому, что перестал говорить «да» — просто не

так упорно гонялся за возможностями ответить согласием. Ханна злилась на меня, а Иан явно пытался меня

напугать, прислав мне кепку со словом «Да». Уэг тоже дулся, и, вообще, я устал от всей этой суеты. Несколько

раз мне звонили незнакомые люди, и одного мне почти удалось втянуть в милую беседу, но потом тот потерял

терпение и повесил трубку, как и все остальные. К тому же Ханна, судя по всему, получила благодарственное

письмо от организаторов проекта «Окажи финансовую помощь ребенку», так как она прислала мне по

электронной почте сообщение, спрашивая, не я ли спонсировал маленького мальчика от ее имени. Я в ответном

сообщении нехотя признался ей в том, что это действительно сделал я, и спросил, не дать ли денег на другого

ребенка, от имени Себа. Ханна сказала нет.

Я бесцельно слонялся по квартире. Зазвонил телефон. Я ответил. Звонивший повесил трубку. Я решил

принять ванну.

Интересно, чего надеялся добиться Иан, посылая мне кепку? Неужели он думал, что я сломаюсь под его

нажимом? Надеялся застать меня врасплох и вынудить сказать «нет», чтобы потом выскочить из засады и

наказать меня, как обещал? Хотя в чем заключается его наказание, он пока так и не сказал. Что ж, я должен

всегда опережать его на шаг — тут двух мнений быть не может.

Через час я вылез из ванны и увидел, что в ящике электронной почты меня ждет новое сообщение. Оно было

от Тома, работавшего на Би-би-си, Его интересовали мои планы относительно Эдинбургского фестиваля60.

Намерен ли я поехать туда в августе и, если у меня нет определенных планов, хочу ли поработать в его

команде? Ему требовалась лишняя пара глаз — человек, который смотрел бы представления, искал таланты,

генерировал идеи.

Том спрашивал, не хочу ли я заскочить к нему и обсудить этот вопрос? Конечно, хочу!

Я много лет подряд ездил на Эдинбургский фестиваль — крупнейший в мире фестиваль искусств, но в этом

году не планировал. Слишком много всего происходило в последнее время... Однако раз теперь у меня

появилась возможность побывать там, я не должен упустить ее. Тем более что эту возможность предоставляет

мне «Да».

Эдинбург — это здорово. Я узнаю обо всем, что происходит в мире культуры. И в плане карьеры мне это

сулит неплохие дивиденды. Приятно, что Том помнит обо мне. Да и вообще, хорошо на время уехать из

Лондона. Я улыбнулся. Благодаря своей тактике согласия я уеду из Лондона. Благодаря своей тактике согласия

я попаду в Эдинбург. Может быть... стоп...

Еще одно сообщение.

Но...

Э-э?

Кому: Дэнни Уоллес

От кого: [email protected] /* */

Тема: Понравилась кепка?

Привет, Дэнни...

Это опять я... надеюсь, ты получил кепку...

Хочу кое-что тебе предложить...

Почему бы...

Тебе...

Я стал перемещать курсор в низ страницы.

Не поехать...

Что за ерунда?

Я продолжал опускать курсор.

В...

Вниз.

Еще.

Еще.

Ага, вот.

Одно слово. Одно сбивающее с толку слово.

Стоунхендж61?

Конец сообщения.

Стоунхендж?

Что-о? Что мне делать в Стоунхендже? Кому пришла такая идея? Кто этот Провокатор? Значит, Иан теперь

величает себя Провокатором? Выдвигает «предложения» от имени безымянного автора, да? Предложения, на

которые, он знает, я вынужден отвечать согласием. Поднимает ставки? Переступает черту? Помыкает мной?

Делает именно то, что я запретил ему делать?

Я перечитал сообщение. «Почему бы тебе не поехать в Стоунхендж?» Почему именно в Стоунхендж?

Меня вдруг охватил гнев. Черт возьми, кем он себя возомнил? Посылает сообщения бесплатной электронной

почтой, не со своего адреса. Называет себя Провокатором. Думает, ему удастся меня одолеть? Надеется, что я

сдамся, перестану соглашаться и позволю ему наказать себя?

Надо его удивить. Шокировать. Продемонстрировать свои способности. Доказать свою приверженность

новому образу жизни, который я избрал для себя. Я приму его предложение — поеду в Стоунхендж. Причем не

завтра. И не на следующей неделе. Я поеду прямо сейчас. Обернусь туда-обратно часов за пять, если будет

попутный ветер и дороги окажутся пустыми. А потом найду Иана, представлю ему доказательства, поставлю

его на колени, положу конец глупым выходкам великовозрастного дитяти, называющего себя «Провокатором».

— Провокатор, — бормотал я себе под нос, направляясь к своей машине. — Кто называет себя

Провокатором?

Я абсолютно прав, думал я. Это недостойное поведение для взрослого человека.

Я запрыгнул в свой «Да-мобиль» и тронулся в путь.

ГЛАВА 12

В которой дружба поставлена под сомнение

и Дэниел покупает новые очки

Назад в Лондон я гнал автомобиль на полной скорости.

Я приехал в Стоунхендж. Вылез из машины. Сфотографировался. И теперь возвращался в Лондон, чтобы

разыскать Иана, припереть его к стенке, предъявить доказательства и сказать, чтобы он не путался под ногами.

Его вмешательство меня бесило. Ведь он знал, почему я это делаю. Знал, что это важно для меня, что это не

глупый мальчишеский проект... Не спорю, мне и самому порой казалось, что я занимаюсь ерундой... но только