Страница 43 из 106
неудачу. Но я, сторонник позитивного мышления и позитивных действий, с ним не соглашусь. Я уверен, это все
только к лучшему. И уверен, что в один прекрасный день я пойму, в чем это лучшее выражается. Возможно
даже, когда-нибудь я познакомлюсь с владельцем супермаркета магнатом Альбертом Хейджном, и мы с ним
вволю посмеемся над моими мытарствами.
Зазвонил телефон. Это был Брайан, член товарищества «Звездный взрыв». Он сообщил, что его друг Пит,
которому известно про Майтрею гораздо больше, чем ему самому, согласился встретиться со мной, и спросил,
когда мне это будет удобно. Я предложил, чтобы он сам назначил время. Он назначил. Я сказал, что приду.
— Дэнни?
— Ты, должно быть, Пит.
— Входи.
Я повиновался и вошел в квартиру Пита.
Мы находились на Чансери-лейн, и я рассудил, что раз уж я пришел сюда по столь необычному делу, во всех
отношениях будет удобнее, если мы обойдемся без светской беседы.
— По сути, Пит... я здесь потому, что Брайан сказал мне, будто на Брик-лейн живет Христос.
Пит закатил глаза и пронзительно рассмеялся.
— Ха! — воскликнул он. — Для начала скажу, что это полная чушь.
Я улыбнулся и тоже попытался издать пронзительный смешок, но у меня не получилось.
— Значит, это неправда? — уточнил я, испытывая облегчение оттого, что разрешилось хотя бы это
маленькое недоразумение.
— Нет, — качнул головой Пит. — Нет, Христос не живет на Брик-лейн.
— Я так и думал.
— Нет, Христос живет в Риме.
— О!
— На Брик-лейн живет Майтрея.
Господи, опять путаница.
— Брайан говорил то же самое. Только он сказал, что Майтрея — это Христос.
— Нет. Некоторые называют его Христом, но он не Христос. Христос живет в Риме. Майтрея был Христом
две тысячи лет назад в Палестине, но теперь Христос такой же Учитель. Майтрея работает с Ним в одной
связке, но Майтрея — это Майтрея, и Майтрея живет в Лондоне. Лучше расскажи, почему, по-твоему, ты
встретил его.
— Ты вот что должен понять, Дэнни, — говорил Пит. Мы сидели в его гостиной, потягивая чай. — Никто из
нас не знает, где Майтрея явится в следующий раз. Или перед кем. Он может появиться где угодно, в мгновение
ока, причем перед людьми любой веры — потому что он олицетворяет все религии. В прошлом году он
выступал перед двумястами христианами в Парагвае. Годом раньше — перед двумястами мусульманами в
Марокко. Его видели в Японии, Италии, США, на Занзибаре, в Польше и вообще всюду. Но никогда прежде он
не являлся одному человеку в автобусе.
Я понимал, к чему клонит Пит.
— Прекрасно. Значит, это не мог быть он. Согласен. Это был просто какой-то мужик, случайный попутчик.
Просто его слова задели меня за живое. Думаю, Брайана немного занесло...
— Нет, нет, подожди, Дэнни. Это вполне мог быть и он. Ибо он здесь для того, чтобы помогать людям. Он
способен изменить жизнь как одного человека, так и затронуть судьбы тысяч людей. Но делает он это в той
форме, в какой люди могут это принять. Вот почему одним он является в виде Христа, другим — в виде
Магомета, а третьим... просто представляется случайным попутчиком.
— Но почему?
— Ты верующий человек, Дэнни?
Я покачал головой.
— В смысле, что я не христианин, не мусульманин и так далее. Я больше верю в... людей. В доброту
обычных людей. Человечества в целом. Во все такое.
— Вот потому-то Майтрея и решил явиться тебе в автобусе, — сказал Пит.
На том и договорились. Для Пита вопрос был закрыт. Нравится мне то или нет, он считал, что я встретил
Майтрею.
— Он ратует за справедливость. Равные возможности и любовь — независимо от твоих верований и
убеждений, — добавил Пит, предлагая мне печенье.
— Мне это нравится, — сказал я. Действительно, вполне разумное кредо.
— Слушай... мне хотелось бы взять у тебя интервью о твоем общении с Майгреей. Если можно, конечно.
Это заинтересует многие издания. По какому телефону можно с тобой связаться?
— Э... ну... я не уверен, что смогу много рассказать, — растерянно произнес я. — Но... Да.
Я написал свой телефон в маленьком блокноте, который Пит, судя по всему, стянул из гостиницы «Своллоу»
в Чоллерфорде, и он поманил меня в другую комнату.
— Вот, глянь. — Пит показал мне фотографию бородатого мужчины в балахоне, которую Брайан приносил
в ресторан, где мы с ним встречались. — Это снято в Найроби. Шесть тысяч человек видели, как Майтрея
прибыл в Вифлеемскую церковь в крошечном селении Квангваре. Там творят чудеса. Исцеляют больных,
безумным возвращают разум и все такое. Однажды жрица сказала прихожанам, что с ней говорил Господь и
что через несколько минут к ним прибудет особенный гость. Селяне не знали, чего ждать, но потом... потом он
прибыл. Майтрея. Появился буквально из ниоткуда и весь почти светился. Он благословил их, затем сел в
машину и уехал.
— Надо же! — изумился я. — И что это была за машина?
Если он скажет «ниссан», значит, здесь что-то не так, рассудил я.
— Понятия не имею. В общем, если ты хочешь узнать наверняка, был ли тогда с тобой в автобусе Майтрея,
тебе нужно поговорить с одним человеком.
— С кем?
— Его зовут Элиас Браун.
— Элиас Браун?
— Да. Элиас Браун. Он находится в прямом контакте с Майтреей.
— В самом деле?
— Да. Ему много раз случалось «попадать в тень». Это, по сути, означает, что Учители вселялись в него и
вещали его устами. Он потрясающий человек — добрый, великодушный. В общем, Учители подружились с
ним, и в итоге он вступил в прямой контакт с самим Майтреей.
— И этот Браун действительно существует?
Пит как-то странно посмотрел на меня.
— Разумеется. Я узнаю, скоро ли он будет в Великобритании, и позвоню тебе, хорошо?
— Ладно, — сказал я. — И тогда я смогу спросить у него, нормально ли он добрался домой на автобусе в тот
вечер.
Пит кивнул.
Я допил чай и попрощался с Питом. Как ни странно, я был взволнован.
Утром следующего дня я отправился на встречу с Томом — это тот парень, с которым я познакомился на
вечеринке у Роберта, — дабы взглянуть на автомобиль, что я сдуру согласился у него купить.
Том ждал меня в кафе у станции метро «Хендон Сентрал». Когда я вошел, он поприветствовал меня улыбкой.
— Как дела? — спросил я.
— Неплохо. Вещи собраны, готов ехать.
— Когда уезжаешь?
— Не раньше чем через пару дней. Правда, сегодня я отправляюсь в Ливерпуль, хочу попрощаться с
родными и друзьями. Побуду там до отъезда, а потом здравствуй, Новая Зеландия...
— Здорово. Так что у тебя за машина? — уточнил я, когда мы зашагали по улице.
— «Ниссан Фигаро».
Не очень, но сойдет, подумал я. За те несколько дней, что миновали со дня нашего знакомства, я рассудил,
что меня устроит любой автомобиль, лишь бы это был не ярко-желтый «порше» с турбонагнетателем, который
сделает меня банкротом и объектом внимания окружающих, ибо все станут показывать пальцами на мою
машину, когда я буду проезжать мимо. К тому же Том пообещал дать мне «баснословную скидку». Деньги не
имеют значения, сказал он. Главное, чтоб жизнь радовала.
— И... какого года?
— Тысяча девятьсот девяносто первого.
— О.
Я вдруг пожалел, что это не ярко-желтый «порше» с турбонагнетателем. Тринадцатилетний «ниссан» — не
лучший помощник в налаживании отношений с девушками. Если только он не отлит из золота.
— Какого цвета?
— Сочно-зеленого.
Да уж. Такой автомобиль девушки за милю будут обходить.
Хотя для себя я уже решил, что машина мне нужна. Ко всему прочему, она поможет мне преодолеть страх.
Некогда я поклялся себе, что, пока живу в Лондоне, машины у меня никогда не будет. Это слишком опасно. И