Страница 142 из 158
— Нельзя убивать Докугана Рю, — сказала она. Джек медленно опустил клинок. — Кроме него, никто не знает, где мой брат.
— Разве Дзиро не в Тоба? — недоуменно спросил Джек.
— Я говорю о втором брате, Киёси.
— Ты говорила, что он умер.
— Я говорила, что его больше нет с нами, — возразила Акико.
— Ты молилась за него в храме Умиротворенного дракона.
— Я молилась за то, чтобы он вернулся целым и невредимым. Глаз Дракона похитил Киёси в ту самую ночь, когда убил Тэнно.
Внизу послышались крики. Друзья вжались в тень, прячась от лучников.
— Моя семья гостила у Масамото-сама в Киото. Я проснулась от шума в саду. Открыла сёдзи и увидела, что над Тэнно навис черный призрак с танто в руке. Тогда я была маленькой и не могла его спасти. Просто смотрела, как ниндзя вонзил лезвие ему в сердце.
Глаза Акико наполнились слезами, и она сжала кулаки от отчаяния. Джек понимал, что ей пришлось пережить. Он сам испытал такую же беспомощность, когда стоял, оцепенев от страха, а Глаз Дракона душил его отца удавкой. Ему тоже не удалось предотвратить убийство.
— Глаз Дракона посмотрел на меня. С его кинжала капала кровь. Я помню этот след из красных капель: словно лепестки розы на каменной дорожке. Я побежала. Знаю, что нельзя было оставлять Киёси одного, но мне было очень страшно. Когда я разбудила Масамото-сама, Докугана Рю уже не было. С ним исчез и мой брат.
— Очень сочувствую. — Джек погладил ее по руке. — Но зачем ты стала ниндзя?
— Так решил Масамото.
Джек вытаращил глаза.
— Он знает?
Акико кивнула.
— Он сам познакомил меня с монахом из храма Умиротворенного дракона. Монах принадлежит к клану Кога и когда-то был главным мастером ниндзя, а потом стал священником. В обмен на пожертвование храму он согласился обучить меня тайному искусству.
— Я всегда его подозревал! — воскликнул Джек, припоминая, что руки монаха похожи на лопаты. — Вот откуда у тебя это удивительное мастерство! Но как ты могла все это время меня обманывать?! Ты ведь знаешь, что мне можно доверять.
— Джек, я доверяю тебе больше всех на свете. — Акико взяла его за руку. — И я не обманывала тебя. Просто по-другому рассказывала ту же историю. Я и правда ходила к монаху за утешением. А заодно изучала ниндзюцу. Ради моей безопасности об этом не должен был знать никто.
— А почему Масамото-сама отправил тебя учиться Пути ниндзя?
— После того как два года назад мы предотвратили убийство даймё Такатоми, Масамото-сама понял, что мирная жизнь под угрозой. Он сказал: чтобы понять врага, надо стать им. Я не могла упустить шанс. Я была уверена, что Глаз Дракона не убил Киёси, и окончательно в этом убедилась, когда монах передал мне слухи о мальчике из рода самураев, который вступил в клан ниндзя в горах Ига. Мне казалось, если я проникну к ниндзя, то найду брата.
— Как же ты его узнаешь? Прошло столько лет…
— Я никогда не забуду Киёси. Даже если они обрили его наголо и дали ему другое имя, я узнаю его. Кроме того, ниже спины у него родинка в виде лепестка сакуры.
— Значит, Масамото-сама сделал из тебя убийцу? — Джек испытующе взглянул на Акико.
Она покачала головой.
— Единственная моя обязанность — добывать у врага сведения.
Стрела стукнулась в крышу у них над головой.
— Думаю, мне пора. — Акико набросила на голову капюшон, метнулась к краю крыши и исчезла в ночи.
46. Благословение
На следующее утро Джек в полном боевом облачении стоял рядом с Ёри и Ямато во дворе святилища Хококу. Моросил дождик, и его капли смешивались со слезами юных самураев, собравшихся перед погребальным костром Такуана.
Масамото-сама и сэнсэи Нитэн ити рю образовали полукруг возле тела, переодетого в белоснежное кимоно. Сэнсэй Ямада зажег благовония и пропел сутру[76] в бледном свете зари. В отдалении загрохотали пушки.
Когда сэнсэй Ямада завершил погребальный ритуал, Масамото обратился к ученикам:
— Путь воина обретается в смерти. Такуан пал первым, и он не будет последним. Мы всегда будем помнить его.
Эми всхлипнула. У Джека подступил комок к горлу при мысли о Такуане, его благородстве духа, отзывчивости и, конечно, его хайку.
Вперед выступила сэнсэй Накамура. От горя ее лицо было едва ли не белее седых волос. В последний раз посмотрев на сына, она дрожащей рукой поднесла фитиль к погребальному костру. Дерево занялось, и пламя стало расти, пока не поглотило тело Такуана, взметая облако дыма и пепла.
Ученики склонили головы в его честь. Дождь вдруг прекратился, словно небо выплакало все слезы. Сэнсэй медленно отвела их в казармы, где они построились и стали ждать выступления Масамото.
— Такуан погиб не напрасно, — провозгласил глава школы. — Его смерть предупредила нас о нападении ниндзя и спасла жизнь его светлости Сатоси. Сегодня от каждого из вас может потребоваться подобная жертва и подобная преданность.
Джек уже знал, что Сатоси жив. Когда Акико растворилась в темноте, ему удалось взобраться по крышам наверх. Ямато радостно встретил его и рассказал, что Глаз Дракона не выполнил своего задания. Причиной взрыва на верхнем этаже была всего лишь дымовая шашка, под прикрытием которой ниндзя сбежал. И хотя были убиты двое членов Совета, даймё Такатоми выжил: рана оказалась неопасной.
— Мне стало известно, что враг намеревается снова напасть на главную башню сегодня ночью. — Масамото бросил взгляд на Акико. Она пришла последней и тихонько стала в задний ряд. Под глазами ее легли темные круги, как будто девушка вовсе не спала.
— Теперь мы знаем, что ниндзя проникли в замок днем, под видом самураев даймё Юкимура, и до ночи прятались на складе, — продолжал Масамото. — Один раз им удалось застать нас врасплох и сбежать, но больше это не повторится. Совет приказал встретить врага на равнине. Мы примем бой. Ученики Нитэн ити рю, мы отправляемся в поход — РАДИ СЛАВЫ!
— РАДИ СЛАВЫ! — грянули в едином порыве юные самураи.
Сэнсэй Хосокава отдал команду построиться. Подразделения во главе с сэнсэями покинули двор.
— Опасный ход, — пробормотал Таро, надевая шлем и мэнпо.
— Почему? — спросил Джек.
— Похоже, стены замка серьезно повреждены, если Совет решился на открытое сражение. Надеюсь, они знают, что делают.
Когда они преодолели внутренний ров, канонада усилилась. Проходя сквозь внешние укрепления замка, Джек заметил, что стены и постройки украшают сотни флагов и лент. Рядом с множеством семейных гербов самураев, воюющих за Сатоси, на знаменах красовались изображения Креста Господня, Иисуса Христа и даже святого Иакова, покровителя Испании. Стены были покрыты христианскими символами, яркими и вызывающими на фоне серых камней. Джек представил себе, в какую ярость придет даймё Камакура при виде столь откровенной приверженности к христианству.
У главных ворот глазам открывались последствия битвы: серьезно пострадавшая от пушечных ядер стена, измученные воины в забрызганных кровью доспехах. Колонна юных самураев влилась в огромный строй, марширующий на равнину. По дороге им все чаще попадались раненые. У одних были резаные раны на лице, у других из тел торчали стрелы. Некоторые лежали без ноги или руки или со вспоротым животом, медленно умирая. Между ними с мрачными и торжественными лицами сновали монахи-францисканцы и иезуитские священники, отпевая уходящих в мир иной.
Юные самураи маршировали по дороге, параллельной внешней стене. На крепостных валах лучники беспрерывно пускали стрелы, а солдаты заряжали катапульты и метали камни и огненные снаряды в гущу сражения. Джек понял, что до поля битвы рукой подать.
Внезапно сквозь разлом в укреплениях показалась равнина Тэнно-дзи, и Джек мельком увидел картину боя. Клубы дыма. Пушечный огонь. Движущийся лес стальных мечей и развевающихся знамен. Тысячи кричащих самураев. Тело, летящее в ров. Через миг адское зрелище исчезло.
76
Сутра — в древнеиндийской литературе лаконичное и отрывочное высказывание; позднее своды таких высказываний. В сутрах излагались почти все религиозно-философские учения индуизма и буддизма. — Примеч. ред.