Страница 13 из 50
Витька отметил про себя, что рябина стала как будто ниже — ее верхушка была начисто срезана. Витька потрогал траву. Трава была самая обыкновенная. На лужайке росли мелкие ромашки.
— Здорово! — сказал Яшка. — Я даже ничего и не почувствовал, только в глазах потемнело. Это что же, мы уже в Норвегии?
— Должно быть…
По лужайке пробежал маленький мальчик в голубеньком костюмчике. Он закричал:
— Мама! Мама!
— Какая же это Норвегия, когда он по-русски говорит? — недоверчиво спросил Яшка.
Мальчик подбежал к матери и стал что-то быстро лопотать, поглядывая на ребят, но слов нельзя было разобрать. Женщина посмотрела внимательно и удивленно, встретилась взглядом с Витькой, потом быстро развернула коляску и, ведя за руку голубого мальчика, пошла прочь.
— Наверное, нас испугалась, — сказал Яшка. — Ну, что будем делать?
— Пойдем искать «Кон-Тики»!
— Витька, а ты уверен, что мы действительно в Осло? — спросил Яшка. — Мне что-то не верится. Уж очень все обыкновенное — и трава и деревья совсем такие же, как на Гоголевском бульваре в Москве! И говорят они по-русски… Что-то не похоже на Норвегию.
— А ты был в Норвегии?
— Я-то не был, но все-таки за границей все должно быть заграничное, а тут все совсем обыкновенное, никакой разницы. Наверное, мы перенеслись не в Осло, а куда-нибудь поближе, в Кунцево или Сокольники…
Витька поднялся:
— Пошли, ребята! Нечего тут сидеть. Посмотрим, какие это Сокольники!
Он решительно перекинул через плечо ремень трансформатора и двинулся в ту сторону, куда пошла женщина с детьми.
За деревьями оказалась посыпанная песком дорожка, точно такая же, как в любом из московских парков. Витька посмотрел налево и увидел удаляющуюся женщину с коляской. Направо шли две старушки в старомодных шляпках.
— Пошли направо, — сказал подошедший Алек. — Эта мамаша мне что-то не нравится, как бы она не нажаловалась!
— А за что жаловаться? Разве мы что-нибудь плохое сделали?
— Не плохое, а все-таки… Вдруг появились неизвестно откуда, еще начнет спрашивать: кто такие, зачем да почему? Что ты ответишь?
— Так и отвечу. Все, как было.
— Так тебе и поверили! Такого на свете не бывает!
— Значит, бывает, раз мы здесь.
— Все равно, пошли лучше направо, — сказал Яшка.
— Направо так направо!
Ребята двинулись по дорожке. Впереди шел Витька с трансформатором через плечо, за ним Серега с Яшкой и последним Алек.
Поравнявшись со старушками, Витька хотел прислушаться к их разговору, чтобы узнать, на каком языке они говорят, но старушки замолчали и подозрительно посмотрели на ребят.
Витька с независимым видом прошел мимо.
На этой боковой аллейке, кроме ребят и старушек, никого не было.
Впереди, за поворотом, слышался неясный шум и вдруг резко ударила барабанная дробь.
«Пионерский отряд идет, — подумал Витька. — Может быть, и в самом деле мы вовсе не в Осло, а где-нибудь под Москвой?»
Ребята ускорили шаг. За поворотом тропинка вливалась в широкую аллею, на которой было много народу — взрослые и дети, молодые и старые, мужчины и женщины.
И сразу ребята поняли, что они не дома. Со всех сторон слышалась незнакомая речь. Все были одеты, хотя и совсем просто, но не так, как в Москве. Все было какое-то незнакомое, чужое.
Впереди, по середине аллеи, под барабанную дробь маршировал отряд солдат. Они были одеты в странную форму: черные мундиры, черные брюки навыпуск, черные фетровые шляпы с большими меховыми кистями, которые свисали набок. Солдаты четко печатали шаг и больше всего были похожи на сказочных гвардейцев, которых рисуют в детских книжках.
Ребята растерянно смотрели на проходящих. Только сейчас каждый из них начал сознавать всю нелепость и необычность их приключения. Когда они строили планы поездки на «Кон-Тики», все казалось им таким простым: перенесемся в Осло, сядем на «Кон-Тики», перенесемся в Тихий океан, а там посмотрим. Сейчас, почувствовав себя в чужом городе, в чужой стране, ребята несколько оробели и вся их затея представилась им несколько в ином свете.
— Ну, чего стоять-то? Пошли спросим! — сказал Яшка.
— А как ты спросишь? На каком языке?
— Так и спрошу. По-русски. «Кон-Тики, Тор Хейердал». Это все знают!
Яшка пошел вперед, присматриваясь и выбирая, у кого бы спросить дорогу.
Людей было много, но, после того как прошли солдаты, все заспешили по своим делам и никто не обращал на ребят внимания.
Набравшись смелости, Яшка остановил двух молодых людей, похожих на студентов:
— Скажите, пожалуйста…
Когда хотел, Яшка мог быть таким вежливым, какими бывают мальчики только в книгах. Но он редко хотел.
Студенты сразу остановились и что-то ответили, но Яшка не понял.
— Скажите, пожалуйста, как нам пройти к музею «Кон-Тики», где Тор Хейердал и его товарищи?
Студенты переглянулись, пожали плечами и опять заговорили оба сразу, но все непонятно.
— «Кон-Тики», Тор Хейердал, — опять повторил Яшка.
Студенты приветливо улыбались, пожимали плечами и что-то говорили, но Яшка ничего не мог понять.
— Тор Хейердал, «Кон-Тики»! Не понимаете?.. Ну и плохо, если не понимаете! — Яшка рассердился, и всю его вежливость как ветром сдуло.
— Ладно, ребята, эти не понимают, других найдем! Выйдем на настоящую улицу, посмотрим, что там делается, не пропадем!
Студенты с виноватым видом вежливо попрощались и пошли своей дорогой. Ребята дошли до конца аллеи и остановились на шумном перекрестке.
Улицы были совсем непохожи на наши, хотя вдоль них так же стояли дома, пестрели вывески магазинов, по гладкому асфальту катили машины, по тротуарам шли прохожие — это все было такое же, как и в Москве, и все-таки совсем другое. Автомобили — сплошь иностранные. Ни одной знакомой марки. Особенно много было маленьких горбатых машин, похожих на жуков. Витька припомнил, что он видел такие машины в Москве, но не знал, как они называются. Дома были тоже не такие, как московские. Прежде всего обращали на себя внимание высокие черепичные крыши. Да и весь облик города был какой-то незнакомый. Магазинов много, но все маленькие. У каждого магазина своя вывеска, непохожая на другие, все очень яркие и все написаны латинскими буквами. Пожалуй, меньше всего отличались от москвичей прохожие, но и они были совсем другими, если присмотреться внимательнее.
Ребята стояли на краю тротуара и с интересом разглядывали все это незнакомое разнообразие.
— Ребята! Ура! «Москвич»! — вдруг закричал Яшка во весь голос, пугая прохожих.
— Ты чего орешь? Какой «Москвич»?
— Вон «Москвич» стоит, на той стороне! Честное слово, наш «Москвич»!
На другой стороне улицы у тротуара остановился самый обыкновенный «Москвич» кремового цвета.
Увидев «Москвича», ребята обрадовались ему, как родному, и кинулись перебегать улицу. Движение было не очень сильное, но все же улица была полна машин. Яшка и Витька успели проскочить перед самыми колесами большого желтого автобуса и остановились, пережидая, когда можно будет двигаться дальше. Автобус скрипнул тормозами и проехал мимо, но все другие машины, шедшие в обе стороны, как по команде остановились. Витька и Яшка, не понимая, что случилось, растерянно стояли на улице. Алек и Серега, не решаясь перебегать, стояли сзади. Все движение застопорилось.
Из ближней машины — маленького открытого автомобиля — высунулся водитель и что-то сказал, обращаясь к ребятам. Витька не понял и хотел переспросить.
Сидевшая за рулем другой машины пожилая женщина жестами приглашала ребят переходить. Одна из машин нетерпеливо тронулась и остановилась. Сзади подпирали другие. Прохожие на улице останавливались, заинтересованные происшествием.
— Пошли, ребята, это они нам дорогу уступают! — сказал Яшка и важно, не торопясь пошел через улицу.
Алек, Серега и Витька побежали за ним.
Машины тронулись. Кто-то, смеясь, помахал рукой.
— Ну, где «Москвич»? — спросил Алек.
— Вон стоит…