Страница 44 из 63
- Это точно. - Из глубины всплывает ощущение радостной улыбки. - А как же тогда мне называться?
- Пожалуй, Ульфхеднар - будет более адекватно.
- Длинновато. Давай сократим до Ульфа.
- Хорошо.
- Значит, это Ульф со мной разговаривал? - Упс.
- Ты нас слышишь?
- Да.
- И давно?
- Только сейчас впервые услышала. А давно он существует?
- Нет. Только на Дорогах Отчаяния начал осознавать себя.
- А почему бы вам обоим не поговорить с Тенью?
- Ты и ее слышишь?
- Да. И даже начала слышать раньше, чем Ульфа.
- Хорошо. Это действительно надо сделать... Но немного позже. И... не здесь.
- Да. А то может и не получится обойтись без жертв и разрушений.
- Это точно.
Постепенно в памяти начинают всплывать подробности возвращения с "боевой операции". То есть, и отчетливо помнил, как прощаюсь с техниками в ангаре - а дальше все затопила холодная колючая мгла. И вот теперь из этой мглы начало всплывать такое, что я сначала не поверил в то, что это вообще возможно. Тающий на губах вкус крови. Причем я точно знаю, что кровь должна быть соленой, с запахом железа. Но в памяти раз за разом всплывает мятная прохлада, в которой медленно растворялись и исчезали колючие звезды рвущей тело и душу боли.
- Рей, ты действительно поила меня кровью?
- Да. А ты этого не помнишь?
- Смутно. Я начал отключаться уже на выходе из ангара. Дальше меня, судя по всему, тащил Ульф. Но кровь у тебя вкусная.
- Вот и Ульф так считает. Если хочешь еще... - В руке Рей возникает атейм.
- Не стоит. Оставим это на крайний случай. Но... Очень большое спасибо.
- Посмотрим, что ты скажешь, когда присмотришься к своей ауре.
Пожалуй, стоит внимательно "осмотреться в отсеках". Хм... Через ауру на уровне груди проходит алая полоса. Как ни странно, на фоне привычных переливов пурпура и багрянца она отнюдь не смотрится как что-то чужеродное, или тем более - повреждение.
- Рей, ты про эту красную полосу?
- Да. Это я... атеймом... - девочка прячет глаза. Кажется, она считает, что я буду недоволен.
- А зачем ты это сделала?
- Ты помнишь, что сотворил со своей аурой?
- Не очень четко.
- Ты просто превратил ее в транзитный насос, перекачивающий эманацию Хаоса. А обратно развернуть - то ли забыл, то ли не смог. А ведь эти каналы препятствовали нормальному течению Силы через ауру, и твоему восстановлению. Поэтому я вскрыла их атеймом. Но... не смогла точно рассчитать удар, и... вот... - кажется, она сейчас заплачет. Это надо срочно прекращать. Провожу рукой по белому атласу лица.
- Рей, успокойся. Все ты сделала правильно.
- Ты... ты правда так думаешь?
- Я знаю.
Вот блин... Второй раз ловлюсь на одном и том же - забываю о последействии заклятья. И если с Сетью мне очень помог тогда-еще-не-Ульф, то сейчас я действительно мог угробиться. Хорошо еще, что Рей догадалась разорвать паутину. А теперь - переживает, что не смогла этого сделать, не поранив... Думаю, что тут и у Учителя лучше бы не получилось... Хотя... Насчет Учителя - могу и ошибаться, а вот у меня - точно нет. Вот только интересно... во что же превратилось разорванное заклятье? Впрочем - об этом можно подумать потом. Сейчас - Ульф зовет. Выныриваю из размышлений как раз тогда, когда моих губ касаются губы, несущие отчетливый запах мятной свежести...
Токио-3. Квартира Мисато. Мисато.
Проходя мимо закрытой двери комнаты Синдзи, я расслышала весьма заинтересовавший меня разговор.
- Синдзи, а почему ты его назвал Ульфхеднаром? - Интересно, кого она имеет в виду?
- Что ты знаешь о берсерках?
- Это были могучие благородные воины, вроде самураев, а потом они куда-то делись.
- Благородные воины. Ню-ню. Мягко говоря, это не совсем так. Ладно. Попробую рассказать, тем более, что иначе на твой вопрос ответить сложно. Берсерком мог стать любой из присоединившихся к вольному ярлу и отправившийся с ним в поход - то есть викинг. Естественно, если имел к этому предрасположенность. То есть, ни о каком особенном благородстве не шло и речи. Само слово "берсерк" означает "воин-медведь". Обращаясь к своему тотему они впадали в боевой транс и тогда - были страшным противником для любого врага. Не чувствуя боли они совершенно не обращали внимания на мелкие раны, тем более, что, благодаря сильной регенерации, не смертельные раны заживали у них практически мгновенно. И даже с пробитым сердцем берсерк как правило успевал убить своего противника прежде, чем падал мертвым. Стоит ли удивляться, что берсерки наводили ужас на врагов. "Спаси нас, Господи, от ярости норманнов" - молились по всей Западной Европе. Дружина в две сотни викингов, среди которых было, от силы десяток берсерков, без особых затруднений брала и грабила крупные города.
- Но... что же с ними случилось? Если они были так сильны, то почему исчезли?
- Им весьма целеустремленно помогали вымирать. Видишь ли... Впавший в боевой транс берсерк не различает своих и чужих. Только побратим или любимая могли безопасно находиться рядом со сражающимся берсерком. А в транс они впадали очень легко. Да и надежных техник контроля тогда еще не придумали.
- А Ульф...
- Ульфхеднар... Это практически тоже самое. Просто некоторые в поисках боевого транса обращались за помощью к образу волка, а не медведя. И такие воины получили имя ульфхеднаров - "одетых в волчью шкуру". Именно от ульфхеднаров ведет свое начало одна из самых известных страшилок Средневековой Европы - волколак, волк-оборотень, неуязвимый для огня и железа.
- Тогда понятно... на медведя ты действительно не похож.
- Вот именно.
- А откуда у тебя способности? Ведь Скандинавия довольно-таки далеко отсюда? - Хм... действительно интересно.
- Учитель принял меня в род по полному ритуалу. Так что, в принципе, я могу называть его отчимом. Но... раз уж у меня есть отец...
- А у него откуда? Ведь он рассказывал, что пришел в Замок из Новгорода. А ведь Русь - это не Скандинавия.
- Святая Русь... Гардарики - страна городов. В то время скандинавы и славяне сами не могли точно разобрать, где заканчивается одно и начинается другое. В договорах с Византией славянские имена перемешаны с норманнскими... А уж для жителей Западной Европы все, кто прошел Северное море - северные люди, или норманны. И берсерки нанимались в княжеские дружины ничуть не реже, чем в хирды вольных ярлов. И смешанная кровь - редкостью отнюдь не была.
Да уж... Интересные вещи можно узнать, если не стесняешься подслушивать. Впрочем, я это еще со времен училища знаю. Вот и не стесняюсь.
Но, раз они там разговаривают - значит, целоваться уже перестали. И я могу их побеспокоить. Костяшками пальцев стучу по двери и вхожу, не дожидаясь ответа.
Токио-3. Штаб НЕРВ. Рицко.
- Так... и вот так... получается... получается ноль. Плохо. Посмотрим, что у нас в знаменателе... так... и вот так... и все умножаем... на... на дивергенцию ротора АТ-поля. Да чтоб его через сингулярность протащило, причем боком! Опять ноль на ноль и ничего не понятно. То есть, кое-что ясно: мне надо отдохнуть и отвлечься от задачи. Например... посмотрим, что там записали камеры видеонаблюдения за комнатой Синдзи...
- Думаю, Рицко лучше нас знает, когда и почему в ее компьютерах происходят сбои. - Так... это я удачно заглянула. А теперь - перемотаем на начало. Интересно же, что привело беседу к такому выводу.