Страница 13 из 21
- Но почему тогда нас выкинуло, а Джинни и Тонкс - оставило? - Растеряно произнес Люпин. Снейп, черной тенью зависший у окна саркастически ухмыльнулся.
- Боюсь, это тоже из-за меня. - Вздохнул Дамблдор. - Вступая в Орден Феникса вы давали слово сражаться вместе со мной против Тьмы. И защитные заклинания темного Дома посчитало вас "слугами врага". Ну а Джинни членом Ордена не является, так что Дом сохранил за ней статус "гостьи, приглашенной хозяином". Тонкс же... Думается, этим Дом выразил свое отношение к поступку Вальпургии...
- При чем тут эта старая... - Взвившаяся было Молли резко оборвала тираду, увидев, как в гостиную завалились близнецы.
- Мы не - начали они в своей привычной манере, заставившей, тем не менее, их мать поморщиться.
- ... смогли попасть на
- Гриммо. Ой, а что
- это вы все тут, а не
- там и где
- Джинни?! - Имя сестры они произнесли вместе.
- Ваш брат вернулся из Хаоса, и притащил с собой что-то такое, что дух Дома и его защитные заклинания сочли более авторитетным, чем меня. И вот теперь мы сидим тут и ждем, когда Джинни и мисс Тонкс принесут мои вещи. - Спокойно разъяснил Дамблдор.
- Но все-таки, - вмешался Люпин, - при чем тут Вальпурга?!
- Все очень просто. - Снейп посмотрел на давнего школьного врага как на придурка. - Если бы вы взяли на себя труд заглянуть в ту комнату, где висит родовой гобелен Дома Блэк, то увидели бы, что Андромеда и ее дочь - выжжены. Но своим действием, а точнее - бездействием, дух Дом показал, что не согласен с решением бывшей главы Дома, и считает, что Тонкс - по-прежнему Блэк и по крови и по духу.
- Все верно, мой мальчик, все верно. - Согласился Дамблдор, прикрывая глаза. - Но все-таки, стоит быть спокойнее, и в общении с товарищами соблюдать...
- Спокойнее?! - Взорвался Снейп. - Когда этот конем вылюбленный Поттер, которого я, между прочим, обещал защищать, - глаза у близнецов стали явно больше, чем положено от рождения, - вот-вот сдохнет этой драконами любимой бездне трижды вокруг лингама провернутого Хаоса, а я даже не смог пойти с ним... Вы, между прочим, запретили...
- Орден не может позволить себе потерять агента в ближнем окружении Волдеморта. - Все присутствующие снова вздрогнули. - А мальчикам я отдал свой единственный амулет Возврата, который мог вытащить их даже и варпа...
- Да не "мальчикам", - прервал директора взбешенный зельевар, - а этом рыжеголовому идиоту, разлюби его отрезком трехдюймовой трубы поперек, и этот ушлепок недопролюбленный, не нашел ничего лучше, чем бросить ублюдка Поттера, а самому свалить на..., денег, ему, видите ли, не хватило!
Молли яростно вступилась за своего сына, и мирное и относительно адекватное собрание превратилось в яростную склоку. При этом, ко всеобщему удивлению, Люпин принял сторону единственного присутствующего слизеринца, покрыв Рона такими матюгами, что старавшийся придерживаться хоть каких-то рамок Снейп сразу стал выглядеть безупречно вежливым и корректным.
Глава четырнадцатая.
Желтая лента вела меня сквозь кошмарные видение. Иногда я наблюдал, как какие-то твари убивали Гермиону... Я рвался на помощь, но не успевал, не успевал! А иногда случалось, что я видел, как Гермиона произносит смертельное проклятье, направляя на меня палочку. Но самым кошмарным было видение, где я обвинял Гермиону в предательстве и убивал ее. Иногда тот "я" которого я видел со стороны применял какие-то неизвестные мне заклятья. Один раз я решил повторить действия моего двойника... И оказалось, что теперь я владею этим заклинанием так, как будто бы Гермиона часами натаскивала меня на его применение.
Гермиона... Чтобы хоть слегка сгладить впечатление от кошмарных видений, я заговорил вслух. Я вспоминал о теплых объятиях Гермионы, когда выяснилось, что она не может пойти со мной к Камню, потому что порция зелья-ключа слишком мала. Вспомнил, как ждал, когда окаменевшую девочку вылечат напитком из мандрагоры. И полет на гиппогрифе над Хогвартсом был бы и вполовину не так упоителен, если бы со мной не было ее. А еще я вспомнил, как она учила меня заклинанию Акцио, о том, как поправляла движения палочкой, и как каждое касание ее руки наполняло меня неизъяснимым счастьем. Я даже вслух признался, что иногда специально делал неверные жесты, чтобы дать возможность Гермионе меня поправить... Да, конечно, она несколько дистанцировалась от меня, когда Кубок выплюнул мое имя*. Но, думаю, это потому, что она не хотела поссориться с Роном. И она первой вернулась, когда поняла, что я действительно не бросал своего имени в Кубок. А уж пятый курс... Занятия АД уже мне давали возможность поправлять ее движения... И я надеялся, что когда-нибудь она заметит... И она заметила - Рона. А я... Я устранился с пути того, кого считал другом. Я пытался убедить себя, что мне нравится Чанг... Пытался закрутить даже с Джинни... Но взгляд мой все время непроизвольно возвращался к ней.
/*Прим. автора: это не незнание канона. Это АУ*/
Но теперь... Теперь, даже когда я спасу Гермиону (слово "если" я не хочу произносить даже в мыслях), что останется мне? Нет. Что я смогу предложить ей? Ведь я теперь изгой. Черный маг. Враг как Дамблдору, так и Тому-кого-не-называют. Нет, я, конечно, могу посчитать то видение, где дом Сириуса закрывался перед Дамблдором "потому, что он - враг хозяина" ложью или порождением черной магии... Вот только слова Рона "Ордену не нужен еще один темный маг" - ложью не были. Он действительно сказал то, что думал... а если Рон заговорил - значит многие из тех, кто за его спиной - подумали, даже если не решились высказаться.
Указующая лента под ногами начинает светиться. С каждым шагом это свечение все ярче и ярче, а каждый шаг становится все труднее и труднее. Как будто воздух сгущается передо мной, не давая шагнуть, задерживая, тормозя меня. И в то же время я знаю, что нельзя остановиться, шагнуть в сторону, отдохнуть... Что остановка - это смерть. Причем смерть не только для меня. Я не могу повернуть головы, но откуда-то знаю, что за моей спиной золотой ленты уже нет. Что этот страшный Путь через кошмары заканчивается за моей спиной, как будто золотая нить наматывается на невидимую катушку... Или она наматывается на меня?
Кошмары, окружающие меня становятся все ярче и все ужаснее... Но, как ни странно, их все легче и легче игнорировать. Снопы искр взлетают по сторонам от меня, заслоняя страшные видения, которые могут оказаться как ложью, так и правдой. А главное - в них перестала появляться Гермиона. Некоторые видения явно взяты из моей собственной памяти. Вот Дадли несется на меня, размахивая кулаками... и расплывается мутным облачком за шаг до того, как его кулак мог бы коснуться меня. Вот поднимает голову давно убитый мной василиск. Рушится в Арку Смерти Сириус. Трое Пожирателей с хохотом насилуют незнакомую мне девушку...
Но некоторые, хоть и являли мне знакомых людей, но были явно отражениями каких-то невозможных ситуаций. Падает Малфой, сраженный каким-то неизвестным мне заклинанием... то есть, заклинание было неизвестно мне до того, как я увидел эту сцену. Теперь же Сектумсемпра явно войдет в мой арсенал на правах излюбленного оружия. Я ведь чувствую, что смогу легко применить это проклятье. Но залитый кровью блондин, лежащий на полу туалета Плаксы Миртл, исчезает в тумане, и передо мной Снейп поднимает палочку. Зеленая вспышка и Дамблдор рушится с Астрономической башни. А вот и сам Снейп падает, когда ему в шею вцепляется огромная змея... кажется - та самая, которая напала на Артура Уизли в прошлом году. Вот только рядом со Снейпом нет никого, кто помог бы ему, доставил в Святого Мунго...
В конце концов, страшные видения, вроде лежащих рядом мертвых Люпина и Тонкс, порванного взрывом Фреда, сраженной Авадой Лавандой Браун и множества им подобных, перестают иметь какое либо значение. Остается только цель. Цель и усилие, необходимое для ее достижения. Кажется, даже время застыло, сопротивляясь моему стремлению достигнуть цели. Не было место рывкам, стремительному бегу... Только тяжкое, выматывающее, непрерывное усилие. Только сияющая впереди цель.