Страница 45 из 93
Положив прибор на место, он продолжил осмотр содержимого саквояжа: физиологический раствор для внутривенного вливания, трубки, термометр, аптечка, средства для остановки кровотечения и перевязочные материалы. В углу Джек обнаружил искомый комплект. Он достал его и прочитал надпись на коробке. Потом открыл коробку и вытащил инструкцию. Ознакомившись с ее содержанием, Джек был вынужден изменить свое отношение к домашним визитам. С таким набором врач мог чувствовать себя в любом доме так же уверенно, как и в своем кабинете.
Он сунул инструкцию в коробку и положил комплект в саквояж. На дне он нащупал какой-то мусор и пустые ампулы из-под атропина и адреналина. Интересно, не хранились ли они здесь с того времени, когда Крэг был у Пейшенс Стэнхоуп? Судя по записям, оба эти лекарства тогда использовались. Затем Джек обнаружил маленькую пробную капсулу с антидепрессантом. На этикетке указывалось, что в капсуле содержится шесть таблеток. Тут же стояло имя Пейшенс Стэнхоуп. Джек открыл капсулу и увидел пять светло-голубых таблеток. Закрыв капсулу, он вернул ее на место.
Джеку показалось, что он слышит шаги, и ему стало стыдно, что он роется в чужих вещах, пусть даже в докторском саквояже. Что ни говори, но он, как гость, нарушил доверие своих хозяев. Испуганно закрыв саквояж и втиснув его на полку, Джек почти бегом вернулся к креслу, плюхнулся в него и положил на колени папку с материалами дела.
Он успел как раз вовремя. Несколько мгновений спустя в кабинет вошел Крэг. На нем был банный халат, а на ногах шлепанцы без задника. Крэг прошел через комнату и занял второе кресло.
— Надеюсь, я тебя не потревожил, — сказал Крэг.
— Не говори глупости, — ответил Джек. Он заметил, что Крэг говорит монотонным голосом (чего не было, когда он выходил из-за стола) и что его руки бессильно висят вдоль тела словно у паралитика. Было ясно, что он уже принял снотворное, явно не поскупившись на дозу.
— Я просто хочу поблагодарить тебя за то, что ты приехал в Бостон. Знаю, что вчера вечером и сегодня утром я был не очень гостеприимным хозяином.
— Никаких проблем. У меня хватает ума понять, в каком ты сейчас состоянии.
— Кроме того, я хочу сказать, что полностью поддерживаю идею аутопсии.
— Значит — единогласно! Теперь мне остается надеяться, что получу нужный результат.
— Я высоко ценю твои усилия. — Крэг с трудом поднялся с кресла и, пытаясь установить равновесие, несколько раз покачнулся.
— Я заглянул в твой саквояж, — сказал Джек, чтобы снять груз со своей совести. — Надеюсь, ты не возражаешь?
— Конечно, нет. Может быть, тебе надо какое-нибудь лекарство? У меня хорошая аптечка.
— Нет! Меня интересовал комплект для анализа биомаркеров. Я даже не знал о его существовании.
— За техническими достижениями угнаться очень трудно. Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, — ответил Джек.
С того места, где он сидел, был хорошо виден длинный коридор, по которому медленно, словно зомби, двигался Крэг. Впервые Джеку стало жалко этого человека.
ГЛАВА 10
Ньютон, штат Массачусетс
6 июня 2006 года, 06.15
Это утро в доме Бауманов оказалось таким же сумбурным, как и предыдущее, — Меган и Кристина пикировались по поводу какого-то предмета туалета. Но на сей раз роли поменялись: поделиться отказалась Меган — и Кристина в слезах умчалась наверх.
Спокойной оставалась только Алексис. Именно она была тем стержнем, который соединял семью. Сонный Крэг почти не говорил, видимо, не оправившись от действия снотворного, принятого после виски.
Когда девочки ушли в школу, Алексис спросила у Джека:
— Как с транспортом? Ты поедешь с нами или отправишься самостоятельно?
— Отправлюсь самостоятельно. Сначала в похоронную контору «Лэнгли и Пирсон». Отвезу туда подписанное Джорданом согласие. — Он не стал говорить сестре, что надеялся к концу дня немного погонять мяч.
— Что же, в таком случае увидимся в суде.
— Я на это рассчитываю, — ответил Джек, хотя в его душе теплилась надежда, что Гарольд Лэнгли совершит чудо и достанет останки усопшей уже утром. Если чудо произойдет, Джек сможет, закончив аутопсию, получить основные результаты уже к полудню, передать их Крэгу и Алексис и улететь домой в Нью-Йорк. В четверг он разберется с делами на работе и отправится в путешествие в субботу.
Джек выехал раньше Крэга и Алексис. Он направился в сторону скоростного шоссе, решив, что без труда отыщет дорогу в контору, поскольку уже побывал там. Но он ошибся. Он кружил минут сорок пять, хотя по прямой от дома сестры до похоронной конторы было не более пяти миль. Бормоча под нос проклятия, Джек наконец добрался до парковки.
Машин было значительно больше, чем вчера. Обойдя здание и увидев, что на веранде топчется народ, Джек догадался, что готовятся похороны. Его догадка подтвердилась, когда он вошел в холл. В зале для прощания суетились какие-то люди; кто-то раскладывал цветы, другие расставляли в ряды складные стулья. На катафалке стоял гроб с покойным. Звучала знакомая музыка.
— Вы не желаете поставить свою подпись в книге прощаний? — тихо, скорбным тоном спросил у Джека какой-то человек.
— Я ищу главу конторы.
— Я директор конторы. Меня зовут Локли Пирсон, и я к вашим услугам.
Джек пояснил, что ему нужен мистер Гарольд Лэнгли, и его направили в кабинет Гарольда. Гарольд сидел за письменным столом.
— Действующий мистер Стэнхоуп подписал разрешение, — сказал Джек, не тратя времени на светскую беседу. Передавая Гарольду бумагу, он добавил: — Теперь надо как можно скорее доставить тело сюда, в комнату для бальзамирования.
— Утром мы проводим церемонию прощания. Когда она завершится, я безотлагательно займусь вашим делом.
— Есть ли какие-нибудь шансы на то, что это произойдет сегодня? Мы действительно очень ограничены во времени.
— Вы помните, доктор Стэплтон, что в это дело вовлечены городские власти, фирма по сооружению склепов, персонал кладбища и так далее и так далее. В обычных обстоятельствах на это ушла бы по меньшей мере неделя.
— Неделя исключается! — с нажимом произнес Джек. Это должно быть сегодня. Самое позднее — завтра.
Джек содрогнулся при мысли о том, что ему придется ждать до четверга и что ему придется сказать об этом Лори.
— Боюсь, что это невозможно.
— Быть может, пятьсот долларов сверх вашего обычного гонорара помогут преодолеть трудности?
Джек внимательно наблюдал за реакцией Гарольда. Своей неподвижностью он очень напоминал человека, страдающего болезнью Паркинсона, а его губы были точной копией губ Рэндольфа.
— Я могу лишь сказать, что приложу чрезвычайные усилия. Никаких обещаний дать не могу.
— Это все, что я смею у вас просить, — сказал Джек, вручая Гарольду одну из своих визитных карточек. — Да, кстати, как вы думаете, в каком состоянии может находиться тело?
— Знаю совершенно точно, — решительно ответил Гарольд. — Тело должно пребывать в первоначальном состоянии. Бальзамирование мы, как всегда, провели весьма тщательно, труп положен в дорогой гроб, а сам гроб опущен в бетонный склеп.
— А что вы можете сказать о самом месте захоронения? Есть там грунтовые воды?
— Таковые отсутствуют. Место захоронения находится на вершине холма. Мистер Стэнхоуп лично выбирал место для себя и своей семьи.
— Сообщите мне, как только вам что-то станет известно.
— Можете не сомневаться.
Когда Джек выходил из конторы, толпящиеся на террасе люди начали молча выстраиваться в очередь. Усевшись в машину, Джек снова обратился к карте, которую Алексис смогла значительно улучшить. Она очень смеялась, узнав, что брат пытается сориентироваться в городе с помощью этой карты. Теперь путь Джека лежал в городское управление судмедэкспертизы. Интенсивность движения заметно снизилась, и до места Джек добрался сравнительно быстро.
Сидящая на приеме девушка его хорошо запомнила и сразу сообщила, что доктор Уайли находится в прозекторской, и, не дожидаясь просьбы, предложила ему спуститься вниз.