Страница 45 из 73
— Так и есть. Он был прилеплен к задней стенке холодильника.
Форд уставился на нее.
— Стрелок видел, что тебе удалось сорвать его?
— Думаю, да.
— Черт, — тихо сказал Форд. — Проклятие.
ГЛАВА 54
Эбби сидела по-турецки на мятой постели, положив перед собой ноутбук с подключенным к нему таинственным жестким диском. Сбоку на нем красовалась надпись:
№ 785А56Н6Т 160Т6
ЗАСЕКРЕЧЕНО. НЕ КОПИРОВАТЬ
Собственность НЛРД
Калифорнийский технологический институт
Национальное управление США по аэронавтике и исследованию космического пространства
Часы в номере этого пятидолларового мотеля, привинченные (чтобы не украли) к пластиковой столешнице ночного столика, показывали полночь. Они прилетели в Вашингтон в восемь и потом в течение часа ехали по пригородам Виргинии в некий Богом забытый мотель, которым как-то в качестве безопасного места воспользовался Форд. Это оказался далеко не «Уотергейт», и Эбби там совершенно не понравилось. Никакого тебе «обслуживания номеров», в комнате все пропиталось сигарным дымом, а постельное белье выглядело подозрительно несвежим. Форд поселился без предъявления какого бы то ни было документа и расплатился наличными. Сомнительного вида портье хитро косился на них, и Эбби не сомневалась, какие мыслишки крутились в этой убогой головенке.
Форд заказал ей пиццу и уехал, не сообщив, куда направляется, но обещал вернуться до рассвета. Он оставил ее наедине с компьютером и жестким диском и наказал взломать защиту.
Легко сказать. Она уже битый час безрезультатно трудилась над этим. Жесткий диск оказался совершенно незнакомой породы, не нашла она соответствия и в Интернете. Выглядел он солидно и был очень высокой плотности. На обычном диске аналогичного размера ни за что не уместилось бы 160 терабайт. Некая фирменная штуковина «от НЛРД», да еще и защищенная паролем. В первую очередь она перебрала наиболее очевидные типа «пароль», «войдите», «йцукен», «12345678» и миллион других распространенных комбинаций, предложенных Интернетом как наиболее употребимые. Затем перешла к вариациям на тему имен Корсо и его близких, включая мать, с их днями рождений, названиями улиц и других мест вокруг дома, включая ближайшие бары. Далее последовали школьные и университетские команды, талисманы, группы и хиты его подросткового периода — короче, все, что она могла с ним связать, опираясь на почерпнутую из Интернета информацию. Потом Эбби решила, что шла по ложному следу: пароль мог быть придуман тем самым таинственным профессором, укравшим диск из НЛРД. О нем она не знала ничего — даже имени. И как при этом разгадать придуманный им пароль? Или еще хуже: там мог стоять пароль НЛРД — можно сказать, практически неприступный.
Скачав из Интернета несколько программ, она попробовала взломать диск с их помощью, но ничего не получилось. Дело запахло безнадежностью. Она заподозрила, что диск защищен криптограммой на уровне министерства обороны.
Однако диск продолжал требовать введения пароля, и это все же внушало слабую надежду. Должно быть другое решение проблемы. Эбби открыла шестую банку диетколы и сделала несколько жадных глотков. В поисках дозаправки она заглянула в коробку из-под пиццы и, обнаружив там последний зачерствевший кусок, поспешно доела его, запивая колой.
Она перебрала свои пароли, вспоминая, как их придумывала. Большинство оказывались спонтанными — частенько ругательства вперемешку с числами, которые она невольно запомнила со времени учебы. Одним из ее любимых был, например, F3ulc4kly5°9u.[46] И не забудешь, и надежно. Она и его попробовала — чем черт не шутит? — но безрезультатно.
Отпив колы, Эбби попыталась представить себе последний день, проведенный профессором на работе, — каково это, когда тебе, уволенному, предлагают к пяти очистить стол? Он был здорово обозлен, раз посмел украсть жесткий диск с засекреченной информацией. А придя домой, наверняка сменил пароль, чтобы исключить доступ к диску со стороны НЛРД.
Она со вздохом кинула банку из-под колы в мусорное ведро. Та, отскочив от бортика, покатилась по ковру, оставляя мокрые пятна.
— Черт! — выругалась Эбби. Сейчас бы «косячок», чтобы хоть немного расслабиться, собраться с мыслями.
Она вернулась к прежним мыслям. Оказавшись дома, он должен был первым делом сменить пароль. Закрыв глаза, она попыталась представить себе, как это выглядело: воображаемый профессор возвращается в свое жалкое бунгало в Южной Калифорнии — на полу загаженный ковер, сверху доносится голос жены, жалующейся на нехватку денег. Человек достает откуда-то из-под одежды — или где он еще мог его прятать — жесткий диск и подключает к своему ноутбуку. Он угнетен и негодует, ему не верится, что все это происходит с ним. В голове сумбур. Однако нужно сменить пароль — это крайне важно. Он берет новый пароль, который приходит ему в голову, и впечатывает его.
И что же в такой момент могло прийти ему в голову?
Эбби напечатала «сраная НЛРД». Ничего.
Ей вспомнились общеизвестные правила: надежный пароль должен состоять не менее чем из восьми символов — желательно как букв, так и цифр, в сочетании нижнего и верхнего регистров.
Она впечатала «сраная НЛРД 1».
Есть.
ГЛАВА 55
Сбавив скорость, Форд не торопясь ехал на арендованном «мерседесе» по извилистым улочкам роскошного вашингтонского района на Квебек-стрит, пока не отыскал дом, где проходила какая-то вечеринка. Он припарковался, как и все, на обочине, вышел из машины и застегнул пиджак. Вдоль зеленых улочек стояли особняки в георгианском стиле, их окна ярко светились в теплом летнем сумраке. Дом, где проходила вечеринка, был освещен ярче других, и, минуя его, он услышал приглушенные звуки джаза. Сунув руки в карманы, он неспешно брел по улице точно один из вышедших на прогулку соседей, направляясь в сторону Спринг-Валли-Парк — узенькой лесополосы вдоль небольшой речушки. Свернув в парк, он дождался, пока рядом никого не окажется, затем быстро затерялся среди деревьев, пересек ручей и подошел с заднего двора к дому номер 16 по Хиллбрук-лейн. Дело было к полуночи, но ему повезло — возле дома стояла лишь одна машина. Локвуд еще не вернулся. Уж сейчас-то ему, несомненно, хватало работы и днем и ночью.
Обойдя владения по периметру, он не заметил никаких явных признаков охраны или наблюдения. Дом был погружен в темноту, за исключением мягкого света, струившегося из верхнего окна, — видимо, супруга читала перед сном. Горела лампа и на крыльце. К счастью, советнику президента по науке не полагалась охрана на уровне секретных служб. И все же где-то могли быть установлены сирены или датчики движения, реагировавшие, например, включением света — обычная весьма распространенная штуковина, — однако, двигаясь с исключительной осторожностью, можно снизить риск быть обнаруженным таким образом. Ему удалось пробраться незамеченным почти к самому дому.
Он укрылся в тисовых посадках вдоль подъездной дорожки и стал ждать. Локвуд мог просидеть за работой и всю ночь, но надо было хорошо знать привычки этого человека: спать в офисе он не станет и рано или поздно приедет домой.
Форд ждал.
Прошел час. Ему пришлось поменять положение, чтобы вытянуть затекшие ноги. Свет в окошке дома погас. Прошел еще час. И вот в начале третьего на улице мелькнул свет фар, громыхнула автоматически поднимавшаяся дверь гаража.
Через мгновение фары осветили подъездную дорожку, и мимо него плавно прокатила «тойота-хайландер». Вынырнув из своего укрытия, Форд незаметно проскользнул вслед за машиной в гараж и затаился, пригнувшись возле заднего бампера. Прошло несколько секунд, и из левой двери вылез высокий мужчина.
Выпрямившись, Форд появился из-за автомобиля.
Локвуд отпрянул и уставился на него.
— Какого черта?..
Форд с улыбкой протянул руку. Локвуд ошарашенно посмотрел на нее.
46
«Пошел ты!» в чередовании с числом «пи».