Страница 18 из 134
АКВАРИУМ, КИНО, СТРАННЫЕ ИГРЫ, АЛИСА:
Red Wave (1986 – шесть песен)
Майк НАУМЕНКО и Виктор ЦОЙ:
Майк и Цой. 12–13 января 1985 г. Москва (1996)
КИРИЛЛ И МЕФОДИЙ
Подобно великим славянским просветителям IX века, в честь которых была названа эта интересная питерская группа первой половины 70‑х, участники КИРИЛЛА И МЕФОДИЯ неустанно расширяли кругозор своей аудитории, приобщая ее к лучшим образцам мировой рок-музыки тех лет, отличались безусловной музыкальностью, вкусом и нешаблонным подходом к формированию репертуара. Жаль, что никто из них в итоге не связал жизнь с музыкой.
Группа была организована осенью 1969 года в стенах Художественно-графического училища на Моховой, куда все ее участники поступили годом раньше. (Они, кстати, оказались последним курсом, который оканчивал учебу по этому адресу: после их выпуска училище перевели на Московский проспект, а позднее и вовсе закрыли.) Основателями группы, так сказать «Кириллом» и «Мефодием», были студенты Виталий Титов и Виктор Зайцев. Виталий поступил в училище после окончания музыкальной школы по классу тромбона (где его соучеником был Анатолий Мешаев, позже участник ЛИРЫ и РЕЦИТАЛА), поэтому он стал музыкальным руководителем группы.
Когда к дуэту примкнуло еще двое друзей, состав группы стабилизировался: Виталий Титов (соло-гитара, клавишные, вокал), Святослав Митрюков (ритм, вокал), Виктор Зайцев (бас), Игорь Коврижин (звук, позднее ритм-гитара). До КИРИЛЛА И МЕФОДИЯ в училище уже была своя группа (курсом старше), но она погорела на том, что свинтила динамик из вагона электрички, была поймана, получила нагоняй по комсомольской линии и распалась. Помимо того, с участниками КИРИЛЛА И МЕФОДИЯ учился знаменитый уже в то время барабанщик Валерий Лебедев (АЭЛИТА, ФЛАМИНГО), который охотно помогал начинающим музыкантам и приобщал их к новостям рок-культуры.
Может быть, из-за инцидента с их предшественниками, может, по какой-то иной причине, но КИРИЛЛ И МЕФОДИЙ практически не играли у себя в училище. В начале 1970 года они устроились в клуб жилищного треста № 1 на Трамвайном проспекте (близ ныне закрытой станции метро «Дачное»). Трест даже купил им первые советские гитары-доски «Аккорд», которые музыкантам всякий раз выдавали под расписку. В клубе имелся кое-какой аппарат; кроме того, улучшить материальную часть группе помог один из друзей Виктора Зайцева, который добыл где-то несколько динамиков от киноустановок. Использовали они и знаменитые усилители «УЭМ».
КИРИЛЛ И МЕФОДИЙ
Фото: архив группы
В первый год своего существования КИРИЛЛ И МЕФОДИЙ выступали везде, куда позовут, и по крохам собирали аппаратуру. Единственной их проблемой было отсутствие постоянного барабанщика, место которого занимал либо кто-то из основного состава, либо чьи-то знакомые (одним из тех, кто промелькнул в рядах группы за этот период, был Александр Жуков).
Четверку связывали и дружеские отношения, и музыкальные вкусы. Поначалу они играли кое-что из «демократов» (группы из стран соцлагеря), разбирая по нотам их песни и подставляя сочиненные самостоятельно русские тексты. Это был репертуар SKALDOWE, NO TO CO и CZERWONE GITARY, чьи песни можно было найти в нотных сборниках «Польская эстрада», продававшихся в киосках «Союзпечати».
«Проблема репертуара у нас не стояла, – вспоминает Виталий Титов. – Мы всегда знали, что нам нравится и что мы хотели бы играть, хотя удержать внимание публики на протяжении пяти-шести часов, как это бывало в период новогодних праздников, было непросто, поэтому играли и что-то из ПОЮЩИХ ГИТАР, и отдельные понравившиеся эстрадные песенки. Однако главное, что привлекало к нам внимание публики, как я сейчас понимаю, – прежде всего нестандартный набор песен западных групп, таких как STEPPENWOLF (любимым альбомом был „Second“), CREAM, THE TROGGS, THE ROLLING STONES, CREEDENCE, забытых ныне шведов NOVEMBER и т. д.»
Первый год существования группы – это первые самодельные гитары, колонки, ревербератор, сделанный из магнитофона, экономия на обедах, чтобы купить барабаны и усилители. К весне 1971‑го количество разовых выступлений перешло в новое качество, и КИРИЛЛ И МЕФОДИЙ устроились в клуб на Карташевской, где сменили группу ЖЕЛЕЗНЫЕ БАБОЧКИ. «Мы жили в пожарном домике, деньги честно делили с дирекцией клуба и были трезвенниками, что способствовало притоку народа и уверенности в собственных силах».
Отыграв лето в Карташевской, на зимний сезон КИРИЛЛ И МЕФОДИЙ перебрались в соседнее Кобрино. Они играли там по три-четыре раза в неделю, изрядно при этом уставая, по причине чего решили радикально преобразовать группу. На заработанные деньги была обновлена аппаратура. Тогда же поменялись и функции музыкантов внутри группы. Поскольку основную проблему составляли барабанщики, палочки были вручены Зайцеву. Митрюков сменил гитару на бас, а Коврижин ушел из-за пульта, взяв в руки ритм-гитару. Титов чередовал гитару с вокалом и клавишные.
Все это время рядом с группой был Борис Петров, друг и соученик Виталия Титова по музыкальному интернату, валторнист, который мог играть также на бас-гитаре и клавишных. Время от времени он присоединялся к КИРИЛЛУ И МЕФОДИЮ на сцене, помогая исполнять те или иные номера, а после того, как весной 1972 года Митрюкова призвали в армию, окончательно влился в ряды группы.
К этому времени их репетиционной площадкой стал актовый зал Центрального архитектурного института напротив Адмиралтейства, рядом с «Асторией», по причине чего к ним на репетиции частенько забредали иностранцы, услышавшие знакомые звуки. Несколько раз КИРИЛЛ И МЕФОДИЙ выступали там на открытых вечерах. По воспоминаниям самих музыкантов, иногда весь зал вместо того, чтобы танцевать, просто стоял и слушал.
Репертуар группы расширялся: они стали исполнять JETHRO TULL, кое-что из Джими Хендрикса, родилось несколько своих песен. Группа купила настоящий конденсаторный студийный микрофон, колонки для соло-гитары с декой на резиновых растяжках, новую голосовую аппаратуру. «Все как-то оказалось на своих местах, – рассказывает Титов, – но выступлений было намного меньше, а главное, наша музыка была не для советского человека».
Весной 1973 года по примеру некоторых других групп КИРИЛЛ И МЕФОДИЙ рискнули сдать программу в Доме народного творчества на Рубинштейна, 13, для того, чтобы играть официально. Перед ними играла ГАЛАКТИКА, потом еще кто-то, а завершали программу КОЧЕВНИКИ. Узнав, что именно они собираются спеть, кто-то из комиссии сказал музыкантам, что все это бесполезно и, поспорив между собой, КИРИЛЛ И МЕФОДИЙ так и не вышли на сцену.
Тем не менее там же на одаренных музыкантов обратил внимание гитарист и преподаватель Анатолий Быстров (экс-ПРИШЕЛЬЦЫ), который устраивал группы на пригородные танцплощадки. Осенью 1973‑го он – без лишних формальностей – определил КИРИЛЛА И МЕФОДИЯ в Песочную на место МИФОВ, которые почему-то не пришлись там ко двору. «Быстров всячески нас поддерживал и, будучи преподавателем в джазовой школе, предлагал заниматься с ним. Спасибо ему за это», – отмечает Титов.
По иронии судьбы свой последний концерт КИРИЛЛ И МЕФОДИЙ дали в своем училище незадолго до выпуска. «Многие удивлялись: как же так, где же вы раньше были, почему мы не знали?»
Вскоре после этого в армию призвали и Титова. Он служил музыкантом, но после армии в музыку не вернулся, позже занимался живописью и дизайном (в т. ч. и сетевым). Зайцев тоже работал художником, но в 90‑х потянулся к православию и стал звонарем. Митрюков закончил музыкальное училище как балалаечник и какое-то время продолжал заниматься музыкой. После училища он ходил на судах загранплавания, играл в народном оркестре, с виду был успешен (первым из участников группы купил машину), но, не дожив до тридцати, ушел из жизни, оставив двух сыновей. Годом раньше, в возрасте двадцати семи лет, покончил с собой Борис Петров.