Страница 46 из 48
— Мы дадим всем успокоительное, — сказал Нико. — Мы это уже обсуждали.
Он кивнул на Алекса.
— Что? — спросил я.
— Мы дадим успокоительное вам троим и на всякий случай свяжем, — признался Алекс.
— Спасибо за заботу, — ответил я.
Это было логично, но все равно выглядело как предательство. Особенно было обидно, что они заодно.
— Кроме того, вполне возможно, что токсичные вещества немного выветрились, — продолжил Алекс. — И вы легче на них отреагируете.
— У нас нет времени это обсуждать, — сказал Нико. — Это мое решение. Если я ошибаюсь, мне с этим жить. Но я не могу оставить его умирать просто так, ничего не делая.
— Нико, ты же считаешься самым умным, — заметил я. — Самым предусмотрительным.
— Этот автобус как танк, — сказал Нико. — Он довезет нас, я уверен.
— Мы должны ехать, — продолжал убеждать меня Алекс. — Это наш единственный шанс их увидеть.
— Если мы хотим ехать, нужно делать это прямо сейчас. Следующая эвакуация только через три дня.
Я повернулся и пошел прочь.
— Куда ты? — окликнул меня Алекс.
— Собирать вещи, куда еще! — ответил я.
— Поспеши, — услышал я за спиной голос Нико. — Мне нужна твоя помощь, чтобы погрузить в автобус Брейдена.
Я взял из отдела спортивных товаров рюкзак и пошел в отдел мужской одежды.
Меня колотило.
Какая глупость! Это будет огромной ошибкой. Они не понимают, что сделают со мной токсичные осадки. А дорога? А если мы наткнемся на бандитов?
— Это плохая идея, — раздался у меня за спиной тихий голос.
Астрид. В ярком свете флуоресцентных ламп она казалась маленькой и испуганной.
— Знаю, — ответил я.
— Мы не должны ехать, — сказала она.
— Знаю. Нико так боится за Брейдена, что готов рискнуть всеми нами.
Астрид подошла ко мне и крепко обняла. Это было так хорошо! Я тоже обнял ее и прижал к себе.
— Останься, — сказала она. — Останься со мной, Дин.
— Что? — не понял я.
— Я никуда не еду! — Она отстранилась, чтобы взглянуть мне в глаза. — И я хочу, чтобы ты остался со мной.
Мое сердце поднялось к самому горлу. В глазах помутилось. Она хочет остаться и хочет, чтобы я остался с ней? Она хочет меня?
— Ты хочешь, чтобы я остался с тобой? — переспросил я. — Я?
Она выскользнула из моих рук, сделала шаг назад и сунула руки в карманы куртки.
— Я имела в виду… — она покраснела. Покраснела! — Я не поеду, — сказала она, стараясь не смотреть мне в глаза. — Я не могу. И ты тоже. Ядовитые осадки превратят нас в чудовищ. Они не представляют, что это такое. Мы — да. Ты, я и Хлоя должны остаться.
И что же?
Она просит меня остаться только из-за того, что у нас с ней общая группа крови? И больше ничего?
Мне необходимо взять себя в руки.
Она просит меня остаться из-за токсичных осадков. Но при этом она меня обняла. Что это значит? Да все что угодно.
Она могла меня обнять потому, что я симпатичный парень. Что я ее друг.
Я сунул пару свитеров в рюкзак.
— И? — спросила она.
— Я не знаю, что сказать, Астрид. Я должен ехать с братом. Мы должны держаться друг друга.
— Тогда сделай так, чтобы и он остался. Он разумный парень. Алекс поймет, что это правильно.
— Нет. Потому, что он хочет ехать. Он считает, что это единственная возможность найти наших родителей. Он ни за что не останется.
— Мы не можем ехать! А вдруг мы кого-нибудь убьем?
Я повернулся к ней.
Ее лицо было в слезах. Она вытирала их тыльной стороной ладони.
— Пожалуйста, Дин. — Каждый раз, когда она произносила мое имя, будто теплый нож вонзался мне прямо в сердце.
— Астрид, — сказал я. — Мы наденем противогазы. Они дадут нам успокоительное и свяжут. Мы не сможем им помогать, но и убить тоже не сможем.
Я положил в рюкзак джинсы.
— Кто знает? Может, Нико прав, и все будет хорошо.
— Нет! — выпалила она на грани истерики. — Я не могу ехать. Не могу! Не могу, и все!
— Все будет хорошо…
— У меня будет ребенок.
— Что?! — переспросил я.
Она скрестила руки на груди.
— Я беременна.
— Ты уверена?
Она кивнула.
— Теперь да. Уже четыре месяца, а может, и больше.
— Четыре месяца?
Она подняла свитер и майку.
Я увидел ее нежную, прекрасную кожу. Да, у нее действительно был небольшой животик.
— Господи, Астрид! — сказал я, подошел к ней и обнял.
— Тебе не кажется, что в этих обстоятельствах мы тем более должны ехать со всеми? — сказал я спокойно. — Мы сможем найти тебе доктора, разве не так?
— Я думала об этом, Дин, — ответила она. — Но что случится с ребенком, если он подвергнется воздействию токсичных веществ? А вдруг он такой же, как мы, Дин? — Она понизила голос. — А вдруг он погибнет?
И у меня в голове возникли картинки, одна страшнее другой.
— Какого черта вы тут делаете?! — сказала Хлоя, входя в наше пристанище. — Там уже все собрались.
Все ужасно суетились, затаскивая вещи в автобус. Некоторые из них Джози выносила обратно. («Нет, Каролина, не нужно брать колокольчики для мамы!») Нико изо всех сил старался навести порядок.
— Ну наконец-то! — обрадовался он, завидев нас.
Нико только что заставил Хлою выпить снотворное. Он смешал толченую таблетку с ложкой желе.
— Я дал ей большую дозу, — сказал он. — Надеюсь, она будет всю дорогу спать. Теперь я приготовлю снотворное для вас, но сначала помогите мне затащить в автобус Брейдена.
Джози с Сахалией помогали малышам надевать многослойные костюмы.
— Ладно. — Нико отправился в отсек, где лежал Брейден.
Из кармана куртки он достал листок бумаги. Это был список дел.
— У нас есть еда, вода, аптечка, сменная одежда, ценности для торговли…
Тут мы услышали громкий лай.
— Чуть не забыли, — сказал Нико. — Нам потребуется собачья еда.
— Макс! — крикнул я. — Принеси еду для Луны!
Тот кивнул и побежал в отдел зоотоваров.
Нико продолжал читать:
— Воздушные маски, нижнее белье, веревки, спички, брезент, рюкзаки, масло, ножи, один пистолет, пули. — Он посмотрел на меня. — Что еще?
Список был внушительным.
— Я сейчас не могу ни о чем думать, — честно признался я.
Сахалия сидела с Брейденом. Она взялась за ним ухаживать и сейчас чувствовала себя ответственной за него. Она уже натянула на себя все эти многочисленные слои одежды и сейчас пыталась так же одеть и Брейдена.
— Я помогу, — сказал я.
Нико оказался прав, Брейден был бледным до синевы.
Мы осторожно натягивали на него куртки, с молнией спереди. Нико в это время надевал на него брюки.
— Брейден, — тихо позвал Нико. — Мы сейчас перенесем тебя в автобус.
Похоже, Брейден его не слышал, он был без сознания.
— Давайте поволочем его к автобусу прямо на матрасе, а потом поднимем.
Мы потащили матрас.
Я все время думал, что же мне делать.
Джози для Брейдена застелила пледами второй ряд сидений.
Мы с Нико, Джози, Сахалией и Максом с трудом подняли Брейдена и занесли внутрь. Он немного пришел в себя и даже слегка двигал ногами, но улегшись на сиденья, снова отключился.
— Мы поможем тебе, Брейден, — сказала Сахалия. — Очень скоро ты поправишься.
Когда мы с Нико вышли, она спросила:
— А обезболивающие и антибиотики у нас есть?
— Полный комплект, — заверил Нико.
За последние пару дней она тоже очень изменилась.
Как бы мне хотелось быть сильным и молчаливым, никогда не плакать и не показывать свои эмоции!
Но когда я увидел, как мой брат вместе с Астрид снимают деревянные щиты, закрывавшие ворота, мои глаза наполнились слезами, и все вокруг стало размытым и сверкающим.
Мой любимый, серьезный и такой странный брат. Разве я могу так с ним поступить?
— Не снимайте щиты, пока мы не оденемся и не наденем маски! — сказал им Нико.
— А как же ворота? — спросил я, повернувшись к нему.
— Я придумал, как их открыть, — откликнулся Алекс.