Страница 121 из 125
Он повернулся к тем клонам, что были в бетонной ловушке, но не спешили из нее выбираться. Пока он отвлекся на копии, оригинал Наруто тоже не дремал, терпеливо сложа ладони и закрыв глаза.
Фиолетовая дымка чакры, окутывающая всех клонов, исчезла, а вместо этого появились горизонтальные жабьи зрачки, а веки окрасились в красный цвет. Настоящий Наруто, на голом торсе которого затянулись все раны, открыл глаза. На его устах была торжествующая улыбка.
— Я очень импульсивный человек, Асума-сенсей. Вы смогли меня на время задержать, спасибо вам за это. Все, что было нужно – это немного терпения и полная неподвижность, — произнес он.
«Прости, Кьюби. Зря я тебя обнадежил. Сегодня, видимо, не твой день!» — мысленно обратился блондин к демону в сознании.
Девятихвостый возмущенно завыл, и Узумаки вернулся к происходящему в реальном мире.
Асума несся к нему с обнаженными ножами, которые так и искрились от синей чакры, очертившей лезвия.
Узумаки вместе с оставшимися десятью клонами одновременно оттолкнулся от окаменевшей поверхности и прыгнул вверх, вырвавшись из заточения благодаря силе природной чакры. Он перемахнул через Сарутоби, приземлившись за его спиной.
Асума резко развернулся, глядя на противников и тотчас же отпрыгнул вбок, избегая мощной водяной струи. Но другой клон сложил печати, вспомнив, как это делал Данзо в битве с Минато. Он повторил все движения и выплюнул в еще не успевшего приземлиться Сарутоби около десяти миниатюрных воздушных пуль, большая половина из которых не достигла цели.
— Стихия Ветра: Вакуумные пули!
Сарутоби благодаря поразительной скорости и ловкости смог избежать смертельных ранений, и всего лишь две пули прошили ему плечо насквозь, оросив траву и окаменевшую землю кровью.
«Ничего себе! Он даже быстрее Какаши-сенсея с шаринганом!»
Наруто и его клоны имели в запасе ограниченное количество чакры Ветра. В любой момент она могла иссякнуть, так как природная энергия беспощадно вымывала из организма демоническую чакру Кьюби, благодаря которой Наруто и использовал эту стихию.
Но прежде чем он захотел вновь попробовать использовать Расен Сюрикен, Узумаки осознал, что природная чакра оказалась быстрее его мыслей, и быстрый клон вовремя использовал воздушную технику Данзо, так как чакры Ветра совсем не осталось.
«Ладно. Он уже измотан. Добить его можно и по-другому… Так хотя бы нет риска потерять контроль над телом и разнести все вокруг», — решил джинчурики.
Сарутоби лицезрел, как в него летит целое облако оружия со взрывными печатями. Он, высоко подбросил свои ножи, быстро сложил печати и вновь плюнул в Узумаки огромной массой раскаленной лавы, после чего ловко поймал ножи и, не дожидаясь, пока техника достигнет цели, понесся вдогонку.
Кунаи прошли через лаву, расплавляясь и становясь с ней единым целым. Узумаки едва успел перенестись Сарутоби за спину, как то место, где он только что стоял, накрыло уничтожающей все на своем пути лавой. Послышались хлопки, ознаменовавшие исчезновение его последних клонов.
Узумаки почувствовал, что ноги уже подкашиваются от усталости. Вместе с опытом его копий джинчурики впитал и их усталость. В его руке сформировался расенган, и, нагнав сенсея, Наруто готов был всадить его тому в спину, однако Сарутоби почуял неладное и развернулся, увильнув от техники.
Джинчурики едва успел отскочить. На его груди вновь появились глубокие царапины – лишь цветочки того, что случилось бы с Наруто, если бы природная чакра не придала скорости и крепкости его телу.
Блондин выхватил из кобуры на колене кунай, который тотчас же сломался под градом ударов. Узумаки выбросил рукоятку – все, что осталось от оружия, — поднырнул под руки Асумы, схватил его чуть ниже запястья и ударил коленом в солнечное сплетение. Скрючившегося Сарутоби подбросило в воздух. Тогда Наруто атаковал снова.
— Ураган Конохи!
Оплавленная вконец подошва кроссовка врезалась в скулу бородатого мужчины, и того вновь отбросило назад. Но Наруто не мешкал и благодаря печати на спине учителя оказался позади него, встречая Асуму новым ударом. От болевого шока тот даже с помощью своих выдающихся способностей не мог парировать удар. К тому же, Наруто, словно фиолетовый ураган, был настолько быстр, что глаз не успевал ловить все его движения.
Сарутоби упал лицом в траву. Наруто приземлился возле него, и как раз в этот миг Асума вновь попытался встать и атаковать. Отклонившись от резкого выпада ножей, которые джонин до сих пор не выпустил из рук, Наруто сунул обе руки в карманы и молниеносным движением метнул в землю около пяти-шести маленьких кунаев со странной печатью и двумя зубцами по бокам от основного лезвия.
Асума узнал эти кунаи, но сделать ничего не мог. Он отчаянно попытался рассечь Наруто надвое, но тот растворился в воздухе и появился сзади учителя полусидя, сжимая в руке рукоятку куная отца. Он отпустил рукоятку оружия и ударил Сарутоби в место, не защищенное военным жилетом. Потом Узумаки переместился к другому кунаю, вновь нанося удар.
Все это происходило в считанные секунды. Асума, окруженный кругом кунаев, мог только догадываться, где Наруто появится в следующий раз. Вновь и вновь Наруто, подобно фиолетовому урагану или молнии исчезал и появлялся, нанося неожиданные удары. Кулаки Узумаки, ставшие твердыми как камни благодаря природной чакре, били мощно и быстро. Асума отлетал назад, но не успевал покинуть чертов круг кунаев, так как сзади появлялся джинчурики и награждал его новым ударом.
Получив около сотни ударов, Асума упал, выронив ножи, а Наруто, появившись в последний раз, прижал его к земле.
— Последний шанс! – прорычал он так грозно, что Сарутоби пробрало до костей. Это был голос воина, познавшего сотни сражений. Голос человека, пережившего смерти друзей на войне. Голос, которого попросту не могло быть у обычного генина. Такой тон был присущ скорее старикам и опытным джонинам.
— Техника… Хирашин в твоем исполнении… — прохрипел Асума, выплевывая кровь, — кто бы мог подумать.
Наруто отстранился, поняв, что враг беспомощен.
— Желтая Молния может гордиться тобой… Я был туп, как бревно, когда не поверил тебе. Теперь я понимаю свою ошибку… Наруто, ты прав… В тебе живет настоящая Воля Огня, которая умерла давным-давно со смертью Второго.
Узумаки упал на колени. Он тоже тяжело дышал. На груди затягивались порезы от ножей, из которых по-прежнему стекала кровь.
— Мой отец говорил, что король… только один. Мне казалось, что король – это Хокаге или Дайме, но это не так. Теперь я понял, что он имел в виду! – выдохнул Сарутоби, — Наруто, король – это будущее, ради которого мы боремся, новые поколения, которые унаследуют нашу… твою Волю Огня… Будь храбр ради них.
Наруто склонил голову. В его душе просыпалась буря эмоций, которые отражались на лице.
— Не говори так! – прорычал он, впервые обратившись к сенсею на «ты».
Несмотря на все, Асума временно заменил ему Какаши, Ямато, Джирайю и даже отца. Он научил Наруто всему, что знал сам. И теперь, пожалуй, только теперь Наруто понял чувства Шикамару, когда сенсей умирал на руках юного потомка клана Нара. А ведь раньше его не терзала смерть Асумы. Он не успел сблизиться с ним настолько, чтобы выдавить из себя слезу. Он скорбел, как и другие шиноби Конохи, которые никогда не были близки с Сарутоби.
— Ничего не кончено! Асума, я не собираюсь тебя добивать. Я не хочу и не буду этого делать!
Сарутоби выдавил из себя улыбку, потянувшись к пачке сигарет. Он достал одну и задымил, подпалив ее зажигалкой.
— Ты выкарабкаешься. По тебе не попали мои самые мощные атаки, — пробормотал Наруто, хотя сомневался, не переломал ли он учителю все кости, пока колотил. В то время он вспомнил отрывки из предыдущей жизни, которые заставили бить его яростнее я каждым ударом.
— Может и так, но печать еще действует, — сообщил Асума, — но, к счастью, продолжить бой я не смогу…
Узумаки стиснул зубы.