Страница 8 из 61
— Она и правда… правда замечательно написана.
— Ну, потому что это правда.
— То есть реальное положение дел.
— Ещё с советских времён Чечня держит нас в страхе. Чёртовы сепаратисты! С их антирусскими настроениями! Вот-вот, реальное положение дел. На Северном Кавказе творится какой-то ужас. Наш президент отказал им в финансовой поддержке и даже отозвал специалистов по добыче и очистке нефти. Сейчас у Чечни, кажется, не осталось иного пути, как поддерживать своё «независимое государство», опираясь на нелегальный бизнес. Так что это самый настоящий кровавый «эшелон смерти», с которым воюют бандиты! Ха-ха-ха!
— Кажется, товарищ редактор, тебя это радует.
— Я обычный русский человек.
— Эти эмоции находят отклик у толпы. Всё ясно… Неотъемлемая черта газетчиков.
— Вы абсолютно правы.
— Прекрасное время.
— Прекрасное время для меня. Вот, предположим, эта чуждая нам мораль чеченцев вызывает во мне страх. А если боюсь я, то это так же воспринимают и мои читатели.
— Кажется, и правда воспринимают так.
— Ну, всё это… благодаря вам, благодаря вам. Цифры это подтверждают. Вот он, капитализм. Вот она, демократическая рыночная экономика. Цифры!
— Антикоммунистическая.
— Хоть так. «Антикрасный тоталитаризм». Кстати… кстати… к разговору про еретиков. Недавно был убит один мусульманский авторитет, верно? Судя по татуировке, большая шишка.
— Разве?
— Именно.
— Тогда, наверное, так и есть.
— Один из воротил чеченской мафии на Дальнем Востоке. Из самых верхов. Хотелось бы опубликовать фотографию трупов… с места убийства.
— В твоей газете?
— В моей газете.
— В твоём таблоиде «Свободная газета»?
— Хоть на целую полосу.
— Отодвинув в сторону карикатуры и сенсационные оккультные истории или фотографии трупов инопланетян?
— Среди наших новых читателей такая информация не пользуется популярностью.
— Замечательно.
— И я о том же.
— Такая фотография повысила бы тираж, — сказал старик.
— К слову сказать… это довольно шумный ресторан.
— Шумный, но это как раз нам на руку, товарищ редактор.
— Селёдочка в масле! Копчёные угри! Маринованный говяжий язык! Какие отборные закуски. То есть… чтобы нас никто не мог услышать, так?
— Ну, пока ведь мы просто разговариваем. Послушай, думаю, со стороны мы выглядим как старый дядя и племянник, которые встретились после долгой разлуки. Племянник достиг успеха в крупном капиталистическом городе. И он угощает своего дорогого дядю из дремучего леса.
— Из леса?
— Да. Предположим, что старый дядя занимается в лесу охотой.
— Какая интересная версия. Охотник! Ну что ж, выпьем ещё раз за нас!
— Ваше здоровье!
— Ах, сальце здесь отменное!
— Какой чудный у меня племянничек! Пригласить дядю в такой шикарный ресторан.
— Ха-ха-ха! Снимаю шляпу! Итак, продолжая наш разговор… В прошлом месяце убили одного с татуировкой в виде орла, а в позапрошлом — одного с татуировкой в виде кошки. Плохая киса.
— С русской стороны.
— Со стороны русской мафии. Это русские авторитеты. За последние семь месяцев налицо обострение конфликта.
— Но вначале масла в огонь подлила сенсация одной газеты.
— Совершенно справедливо! Разоблачение, опубликованное одним таблоидом. Но там ведь не было ни слова выдумки. Лишь предположение, к тому же без окончательного вывода, а все перечисленные свидетельства были фактами! Поэтому и оказались настолько убедительными. Разве не так?
— Наверное, так.
— Именно. Поэтому журналистское расследование о Чечне тоже имело такой серьёзный резонанс. С самого начала. С самого первого выпуска.
— С первого выпуска?
— Почему чеченская мафия превратилась в «героев отечества»? Эти типы сами подчёркивают, что они «герои отечества», но чего Чечня хочет тем самым добиться? Стоит мне только подумать об этом, как мороз дерёт по коже. Ну, давайте! Ещё по одной!
— Пей!
— Большое спасибо, дядюшка. Ха-ха-ха! У этих типов было отечество! В движении Чечни за независимость… Лаже если кто-то и давал деньги, для того чтобы они отделились от России, теперь до этих источников не докопаться. Убить чужаков, отобрать деньги — вот их мораль, нот их героизм! Поэтому чеченская мафия в Москве, или в Санкт-Петербурге, или в Екатеринбурге — благородные разбойники, стремящиеся к освобождению своего народа. На Северном Кавказе они становятся безупречными «героями отечества»! Вот какая мораль! Вот какая экспрессия!
— Мороз по коже?
— Точно, мороз по коже. Продирает до костей… Эти… Эти типы… невероятно… невероятно далеко за пределами нашего воображения. Поэтому они и подняли сейчас голову. В нашей России. Поэтому и выдвинулись в преступном мире как могущественная сила. И всего за десять лет! Чеченская мафия в Москве… как же называлось это место? А, вот, вспомнил — Южный порт около Москвы-реки. Там они начинали торговать ворованными машинами. И с тех пор всего за десять лет!.. Нет, даже ещё быстрее!
— Да. Меня это тоже удивляет.
— Правда?
— Удивляет, — сказал старик.
— Потому что система рухнула. Советская теневая система. Да-да… даже вы… даже вы, дядя, удивляетесь, верно? На самом деле в тридцатые годы это была очень крепкая система. Тогда мафиозные главари были паханами в тюрьмах. То есть сидели они в тюрьмах и лагерях. А туда в больших количествах сгоняли политических. Чтобы надзирать за «антисоветскими элементами», государство использовало этих главарей. То есть опиралось на силу мафиозных организаций!
— Традиционные российские криминальные круги.
— Вы весьма проницательны! С тех пор Коммунистическая партия и российская мафия так тесно общались, что стали неразлучны. Таким образом, советская общественная система поддерживалась официальными и теневыми силами. Это породило погрязшую во взяточничестве бюрократическую мафию. Ха-ха-ха! Настоящий союз нерушимый. Я думал, что теневая экономика будет навеки в руках русской мафии… тогда, когда работал журналистом в профсоюзной газете «Труд».
— Я тоже.
— Вы тоже думали? Ну, тогда давайте по третьей.
— Твоё здоровье.
— Хм, забористая штука, вкус старой доброй водки. Итак… о чём мы говорили… а, вот о чём. Однако на арену вышла чеченская мафия. Поразительно, это произошло за какие-то десять лет, а то и меньше. Эта новая сила с самого начала была экипирована, как армия. Они появились в Москве, вооружённые всем, чем только можно — от ручных гранат до базук. К тому же они были вооружены агрессивным антироссийским настроением! С ними не знали, что делать. Организации, возглавляемые криминальными авторитетами, не знали, что с ними делать. Мир старой мафии пошатнулся. Чеченцы совершенно не хотели следовать порядку, установленному прежде в российском теневом обществе. Вооружённые экстремисты! И вот, второй акт. Авторитеты начали охоту за главарями чеченской мафии в Санкт-Петербурге, только что переименованном из Ленинграда. Они зачистили всю территорию. Но, но, но! В Чечне существует закон. Та самая «кровная месть». Это очень страшно! Шишки из числа русской мафии стали погибать один за другим… Их решетили пулями из автоматов, взрывали бомбами… А потом произошёл тот самый инцидент.
— Какой?
— Убийство двенадцати.
— А что это за двенадцать?
— В современной Российской Федерации было двенадцать крупнейших криминальных авторитетов, которые собрались на сходку. Когда развалилась советская система, Российская Федерация была поделена на двенадцать округов. Преступные круги самолично поделили сферы влияния. Во главе их встали двенадцать авторитетов. И вот они собрались на сходку, чтобы обсудить стратегию против чеченцев. Однако там на них и напали. И все двенадцать были убиты! Ха-ха-ха! Весьма эффектная резня! Нападавший — профессионал из профессионалов. Его, Должно быть, наняла чеченская сторона. Каким бы я ни был журналистом, но выяснить его прозвище мне всё-таки Удалось. Архиепископ…
— Архиепископ.