Страница 33 из 61
Здесь было полно талантливых специалистов, которые в конце двадцатого века вошли в международный преступный мир. Были наняты особые компьютерщики, занимавшиеся мошенничеством в компьютерных сетях. Вознаграждение за полдня работы составило примерно Два миллиона йен. Этой ночью «отмывателю» выплатили последние семь с половиной миллионов, и наконец-то удалось выйти на след. След вёл к одному кабинету в бывшем здании горкома партии, а также к тайной сходке перед статуей Ленина, которую так и не демонтировали. Кроме того, задействовали четырёх бывших сотрудников КГБ и, с помощью вознаграждения от пятисот до шестисот тысяч йен, провернули последний этап по сбору информации.
«Всё это как в шпионских фильмах, точно, — говорил про себя Председатель. — Всё-таки надо доверять дела специалистам.
Я не отпущу хвост, который удалось схватить».
Для покупки военного грузовика с брезентовым верхом понадобилось около миллиона девятисот тысяч йен. Такой на чёрном рынке не приобретёшь. Он достался практически легальным образом, купленный одним частным предприятием. В него поместились все двадцать восемь человек из группировки якудза. Четыре человека в кабине водителя и двадцать четыре человека сзади в кузове. Все были одеты в меховые шубы, валенки, вооружены до зубов, будто отправлялись на настоящую войну. На рассвете они покинули город, направляясь на запад. За окном грузовика тянулись поля. Затем болота. Потом опять поля, свалка с брошенными машинами. Лишь пустые остовы, все запчасти уже разворованы. Затем показались дома. Какая-то деревушка. Здесь держали свиней. Дикие поля сменялись обработанными. Было неясно, что на них выращивают, одно поле следовало за другим. Дорога посыпана песком. Щедро, чтобы зимняя дорога не заледенела. В разные стороны от колёс, словно всполохи пламени, отлетал песок со снегом. Вновь появилась череда необработанных полей, через четыре часа пути впереди показалась дремучая тайга. Председатель знал: теперь уже недалеко. В его руках была карта. Карта, вставшая ему примерно в двенадцать миллионов йен, на которой от руки был помечен «город, которого нет на карте». Один из засекреченных, закрытых городов бывшего Советского Союза. Он там. Его «клиент» там. В этот момент Председатель почувствовал, что наконец-то готов усмехнуться. «Всё-таки дело надо поручать специалистам, а война — штука жёсткая», — подумал он. Над кронами деревьев показались силуэты каких-то построек. Это наблюдательные вышки. Не одна и не две. На расстоянии друг от друга стояли четыре вышки. На территории, окружённой бетонным забором. «Вот мы и на месте», — подумал Председатель. Он бросил взгляд на конечный пункт их пути. Впереди начинается мир, окружённый стеной. «Похоже на тюрягу», — подумал Председатель. Ассоциация с тюрьмой вызвала усмешку. «Сегодня день выхода из тюряги», — сказал он про себя. За сто метров от забора грузовик остановился. Из кузова вылез один из молодых якудза. В руках у него был миномёт. Уже заряженный высокомощными гранатами. Он нагнулся и установил его на земле. Не выставляя прицела для навесного огня, он выстрелил прямо по горизонтали. В дверь. В ворота, вход в этот «город, которого нет на карте». Стальные раздвижные ворота снесло разом. Мощью десяти ручных гранат.
Вслед за этим грузовик вновь тронулся с места. В атаку. Молодой парень с миномётом в руках тоже запрыгнул в грузовик. Они проехали несколько десятков метров. Асфальтированные дорожки чётко разделяли территорию этого «города, которого нет на карте». Однако асфальт местами просел. На дороге были ямы. В одну из них попало заднее колесо грузовика, и он резко остановился. Председатель и двадцать семь его людей, возбуждённые предстоящей стычкой, без какого-либо приказа выпрыгнули из грузовика один за другим. Двадцать восемь якудза держали в руках оружие, на которое потратили около трёх миллионов йен.
Затем они выстроились в цепь. Несколько человек, оставшихся возле грузовика, направили четыре миномёта во все стороны, угрожая «городу, которого нет на карте». Председатель не остался с ними. Он не остался, чтобы Управлять операцией из безопасного места под охраной молодых парней и миномётов. В руках он сжимал автомат Калашникова нового образца. Он и сам двигался в цепи со своими людьми. Что-то щёлкнуло в мозгу. «Ха, — подумал он. — Я сделал тебя!» С двух сторон его защищали два молодых парня, однако в душе ему казалось, что он действует в одиночку.
— Пятнадцать минут на выяснение ситуации! Уничтожить всех, кого найдём. Вперёд, не жалея никого! — приказал он.
Ярость в его душе достигла предела.
Не сдерживая её, он бежал между белыми зданиями. Однако пока они не могли перейти к реальным действиям. Потому что вокруг не было ни души. На первый взгляд этот «город, которого нет на карте» был заброшен. Нет, он и правда был заброшен. Здесь не было обычных жителей. Из жителей здесь были всего лишь… всего лишь…
В этот момент появились они.
Псы.
Появились псы, и всё было закончено за десять с небольшим минут. Это не входило в планы Председателя. Сначала Председатель услышал крики троих человек. Затем ещё семерых. Первые несколько минут было непонятно, что происходит. А псы не лаяли. Пятьдесят псов появились в одно мгновение, но ни один из них не лаял. Они были вооружены молчанием.
А затем они напали на людей. Без лая они сбивали их на лету. Они выстроились в команды. Два пса атаковали одного якудза, хватая за горло (у большинства жертв пальто были распахнуты на груди), выбивая из рук автоматы и пистолеты. Грузовик, охраняемый четырьмя миномётами, был атакован группой из шестерых прекрасно обученных псов. Они захватили его в одно мгновение. Он был защищён с четырёх сторон, но псы напали на скорости больше 65 километров в час, не оставив людям ни малейшего шанса. Два миномёта выстрелили, не прицеливаясь, одна мина упала на землю, другая попала в наблюдательную вышку и частично разрушила её. Верхушка вышки с треском отвалилась. Земля гудела. Это стало сигналом. Стрельба началась на разных участках «города, которого нет на карте». Кто-то из якудза стрелял наобум со страха, кто-то кричал: «Мы убьём вас! Всех убьём!» Был ли смысл угрожать псам на японском языке? Они не могли оценить этого. К тому же псы были приучены к грохоту выстрелов и даже не дрогнули. И всё же шквальным огнём убило одного пса. Затем ещё троих. Перед смертью псы лаяли. Лай вместо предсмертных слов. Оставшиеся в живых сорок шесть псов сообщили друг другу о смерти товарищей лаем, поняв, что пора переходить к следующему этапу. В этот момент Председатель впервые подумал: «Собаки?!!»
«Этот „город, которого нет на карте“, не безлюден, если здесь есть собаки», — впервые понял он. Постепенно он начал понимать происходящее. «Собаки нападают на моих ребят? На ребят моей группировки? Почему, почему, почему псы? Я ведь ищу „клиента“». К этому моменту псы приступили к зачистке. С самого начала они осознавали, что ЭТО НЕ ТРЕНИРОВКА, а когда погибли их товарищи, псов охватила ярость. Они пустились в погоню. Они догоняли одного, другого якудза в четырёхэтажном здании и убивали их на лестничных площадках. Сбрасывали их с крыши зданий. «ВЫ НИКУДА НЕ УБЕЖИТЕ! ЭТО НАШ ГОРОД! НАША ТЕРРИТОРИЯ! ЭТО „ГОРОД СМЕРТИ“!» Первый реальный бой не обошёлся без потерь. Пусть псы и были специально подготовлены для военных операций, но погибли ещё двое. А потом ещё один. И всё же якудза несли потери гораздо быстрее. Погиб двадцать второй, двадцать третий. Председатель чувствовал, что происходит. Ощущал беду глазами, ушами, спинным мозгом. Шестым чувством, от которого что-то трепетало в позвоночнике. «Чёртовы твари! Вы убиваете моих, моих, моих ребят!» Увидев приближающихся псов, он убивал их. С яростной жаждой к убийству он осмотрелся вокруг. «Идиоты!» — рявкнул он, стреляя в псов.
Два молодца, прикрывавшие Председателя с обеих сторон, были пока живы.
Их спасало предчувствие, трепетавшее в позвоночнике Председателя.
Но сейчас и они должны будут умереть.
Крупный пёс, выскочивший из слепой зоны, сначала вцепился в горло парня по правую руку Председателя и под прикрытием фонтана крови, катаясь по земле, нацелился на ноги парня слева. Он напал на него. Завалил. Катаясь, схватил за горло. Этот пёс не был кадровым военным. Он не был боевиком, просто здоровым стареющим псом. И сейчас от него исходила спокойная сила, с которой нельзя было не считаться. Пугающее спокойствие. Когда он появился перед Председателем, всё стало ясно. Он стоял прямо перед Председателем.