Страница 9 из 14
Пол уже был в стойке, готовый нанести новый удар, когда соперник еще даже не пришел в себя. Пол выбросил правый кулак в сторону Уилсона, но тот, воспользовавшись обеими руками, захватил его и провернул вокруг себя. Пока Пол приходил в себя от неожиданной реакции, Уилсон уже был готов, и удар пришелся по левой стороне корпуса. Тот едва вздрогнул перед тем, как выпустил серию хуков и джебов по лицу противника. Уилсон был хорош в защите, но Пол был молниеносней. Пара хуков с правой оставили метки на лице соперника, и к тому моменту, как раздался гонг, можно было с уверенностью сказать, что этот раунд был за Полом.
Мужчины разошлись по углам, где их помощники быстро обливали их водой и вытирали излишки пота и повреждений, после чего снова стремительно прозвучал гонг для второго раунда. Не было никаких сомнений в том, что напряжение их тел было на пределе к новому поединку. Без промедлений правый кулак Пола пришелся на мягкую область живота Уилсона. Пол перегруппировался, но Уилсон оказался быстрее, ответив левой, придя в стойку. С легкостью увернувшись, он вернул удар, пришедшийся по лицу Пола. Я увидела капли крови и брызги пота, пролетевшие над рингом. Мой рот раскрылся в немом крике; закрывая себя руками, я молила о скорейшем завершении этого жуткого боя. Это было похоже на крушение поезда, но мои глаза все же не могли оторваться от зрелища.
Следующие два раунда прошли с переменным успехом. Я замечала, что Пол отвечал одним-двумя ударами на каждые три-четыре Уилсона. Его ноги были такими стремительными, а тело изящным, что, казалось, он не выбрасывает удары, а танцует. Он не тратил свою энергию на пустые выпады и атаки. Каждый бросок или удар в сторону его прелестного лица или тела не выбивали его из колеи, а сосредоточенный вид рушил впечатление от атак Уилсона.
Уилсон потерял свою форму в пятом раунде, и Пол взял верх своими хуками. Он бросил крест, а затем хук и джеб, а затем сделал удивительное маленькое вращение и ногой отбросил Уилсона на землю. Чемпион был явно утомлен, что, очевидно, и являлось целью Пола. В начале шестого раунда, когда Уилсон был на последнем издыхании, Пол выбросил левый кросс, который ошеломил противника, а затем сразу послал правый апперкот снизу в челюсть. Тело Уилсона буквально отлетело назад на пару метров, и он приземлился на мат без сознания. Я видела, как Пол ожидал рефери для того, чтобы убедиться, что тот дышит. Я задалась вопросом, о чем думает и что переживает боец, когда это происходит? Всегда была вероятность того, что соперник умрет. Как только он узнал, что Уилсон не сделал такую глупость, как умереть, мягкая улыбка озарила его красивое лицо. Он только что выиграл матч и выглядел как профессионал.
Рефери объявил Пола победителем и сделал знак, чтобы беспомощного Уилсона вынесли, пока победитель накручивает круги по рингу. После он вышел к толпе, визги и крики, предназначенные ему, сводили с ума своим безумием. По пути его приветствовали пятерней в воздухе, пока в этой суматохе он не увидел нас. Мы находились в море тел, тесно прижимающихся к победителю, и я тонула в них, пока сама не оказалась вплотную прижатой к Полу. Еще чуть-чуть, и мы сольемся в одно целое.
Я подняла глаза на него.
— Вау, ты был великолепен.
Он улыбнулся мне в ответ, и я потерялась в этих сексуальных небесных глазах, а мы вдруг словно оказались в вакууме. Я больше не слышала шум толпы, все, что я слышала — это его тяжелое дыхание и стук моего сердца в ушах. Это было такое же чувство, как и перед первым поцелуем, и я клянусь, он думал о том же. Я медленно на цыпочках плотнее придвинулась к нему. Все было так нереально до тех пор, пока на его плече не появилась женская рука, и он от меня не отвернулся. Заключив ее в свои крепкие объятия, он поднял ее в воздух. Ее лицо остановилось на одном уровне с его. Мое же внимание застыло на схожести цвета их глаз. Я сказала себе, что это его сестра... она должна была быть его сестрой.
Глава 5
Спать я легла будучи все еще полна того сексуального напряжения, которое почувствовала, стоя после боя так близко к Полу. Я думала о нем всю ночь. В моем сне он все-таки поцеловал меня, и это был один из тех поцелуев, который вам хотелось бы, чтобы длился вечно, и который, вы знаете, никогда не сможете забыть. Когда я проснулась на следующее утро, эта картина все еще стояла у меня перед глазами. Как ни старалась, я не могла не думать о нем. Это было сумасшествием. Меня не покидало ощущение, что мы не просто целовались, а провели вместе невероятно страстную ночь. Там были сотни других людей, которые продолжали толкать его вперед, несмотря на то, что он и так стоял слишком близко.
Найдя, в конце концов, в себе силы твердо решить не раздувать из этого проблему, я пошла в душ. Но это не сработало. Я думала о нем после душа, думала о нем, пока одевалась. Наливая чашечку кофе, я снова и снова думала о нем. Пока готовила тост, мысли мои были о нем, это становилось все более невыносимым, хотя, возможно, и он так же думал обо мне. Он все еще не выходил у меня из головы и в тот момент, когда я ехала на работу. И чем больше мои мысли возвращались к нему, тем больше была надежда на то, что он тоже ощущает эту химию между нами. Пока я пребывала в стране грез под названием «Пол Делпорт», машина привезла меня к работе, а дымка мечтаний так и не рухнула. На парковке возле зала тем временем было полно полицейских машин.
Пришлось оставить машину где-то на дороге вниз по улице, потому что на нашей площадке не было даже свободного сантиметра. Когда я выбралась из машины и стремительно приблизилась к залу, мои глаза не смогли поверить происходящему передо мной. Два огромных окна на фасаде были вдребезги разбиты. В шоке ноги повели меня к входной двери, но полицейский преградил мне путь.
— Прошу прощения, мисс, но вы не можете зайти внутрь.
— Я здесь работаю, — опешила я.
Офицер хотел было что-то добавить, но Сэм уже стремительно шел в нашу сторону.
— Все хорошо, — сказал он полицейскому. — Можете ее впустить. Она одна из последних, кто закрывал дверь.
Офицер отошел в сторону и впустил меня.
— Какого черта происходит? — спросила я Сэма.
— Ранним утром Грегу позвонили из охраны безопасности. Чтобы там ни произошло, те, кто это сделал, успешно скрылись к прибытию полицейских.
Когда я оказалась внутри, то, осмотревшись вокруг, обнаружила, что одна часть оборудования исчезла, а другая раскидана по всему пространству. Мусор из уличной корзины был разбросан по всей парковке, а сам металлический бак перевернут в центре зала.
— Полиция хочет поговорить с тобой. Ты была последней, кто уходил отсюда прошлым вечером.
Я молча кивнула. Странное онемение прокатилось по всему телу, когда я подумала о том, как же сейчас паршиво Грегу и Иоланде. Должно быть, для них это большие неприятности. Они вложили в это место душу, даже Иоланда держалась за свою дневную работу для того, чтобы, так сказать, поддержать это место. Сегодня зал однозначно был бесполезен. Я очень надеялась, что страховка покроет причиненный ущерб.
Когда Сэм проводил меня к старшему офицеру, я увидела того, о ком сегодня были все мои мысли. Пол был сильно подавлен. Он стоял внутри всего этого хаоса и разговаривал с Грегом и с одним из офицеров. Я буквально осязала исходящий от него гнев. Скорее всего, он, как и я, воспринимал эту трагедию слишком близко к сердцу из-за близости к Грегу, или же здесь было что-то еще?
— Мисс Купер? — спросил офицер.
— Да, Джесси Купер, — ответила я.
— Вы закрывали двери вчера вечером?
— Да, я закрывала.
— Вы включили сигнализацию?
— Да, я всегда включаю сигнализацию, когда закрываюсь последняя. Она сработала, правильно?
— Да, она сработала. Я просто хочу установить временные промежутки. В котором часу вы покинули помещение?
— Может, в 16.45 или 17.00.
— Вы отметили время, когда уходили?
Я начала вспоминать. Сначала я сделала жим веса... красуясь перед Полом, потом встала рядом с ним, когда мои внутренности закружились в карусели, а затем, одурманенная, я убежала, сверкая пятками, и, конечно же, не отметила время перед уходом.