Страница 44 из 101
- Ершина борода! - первый выругался. Недовольно сплюнул сквозь зубы. Он не собирался уступать оппоненту. - Зато, у него... Глаза хитрые! Как он на всех смотрит! Прищурившись, в половину глаза. У нас в округе - так никто не глядит ни на кого! Умный наверно? Говорят, умные - все так смотрят!
- И что с этого ума? - не уступал водиле собеседник. - Книги церковные переписывать? Али звезды на небе считать?
- Зато, наш, мудреными словами говорит и улыбается много. И девки на него дюже смотрят... - возничий уселся в повозке поудобнее. После чего он легонько стеганул лошадь. - Но! Не спать! Кляча, старая... Чтоб, тебя, перекосило! Все, вы - одной породы! Ишь, разявила...
- Толку от этих смотрин! - не как не хотел сдаваться оппонент извозчика. - В сию пору ни в карманах, ни в хозяйстве не прибавиться! А от баб - одно разорение. Дай им волю - со свету сживут!
- ...Пожалуй, ты прав! - возница согласился с "неоспоримыми доводами" собеседника. - Слабоват, барин... Да и щуплый какой-то. Тяжело ему с нами будет. Может зачахнуть.
- Это... - я-то щуплый? - недовольно пронеслось в голове у странника. - Я, слабоват? - Он возмущенно заморгал ресницами. - Да я - тут через месяц! Нет... Через неделю! Всю вашу местность на уши поставлю! Вы - ещё не знаете Леху Рязанцева! - Скиталец возмущенно прогнал наглую стрекозу, собиравшуюся разместиться на его лице. Покряхтел, прочищая горло. Повернулся на другой бок. - Вот! Организую какое-нибудь опытное, колхозно-фермерское хозяйство. И буду всю округу снабжать уникальной картошкой или кукурузой. А по праздникам участвовать, в этих?... Как их?
- В ярмарках, типа ВДНХ! И побеждать там всех и вся, - с иронией, подключился внутренний голос путешественника.
- А что? - Алексей вступил в диалог со своим внутренним оппонентом. - Притащить несколько мешков картофеля. Засадить поле. Лет через десять - полстраны накормить можно.
- Накормить-то накормим, - подтрунивал сам над собой идейный новатор. - Только, десять лет, заниматься одними полевыми работами, - скучно.
- Да, и не в моём характере, в одном месте столько копаться...
- Слуга сказывал, что у барина диковинка есть. Старинная, - возница вполголоса продолжал разговор. - Ночью - как звезда горит. Отпугивает злых и коварных людей, а добрым - удачу приносит. Говорит, больших денег стоит. Аж, из самого Царьграда привез!
- Брешет Федор, - не соглашался с ним собеседник. - Вот, я - добрый человек. А портки давеча порвал. Почему она меня не защитила? А барин? Он споткнулся днём, когда выходил из харчевни! Все знают - недобрый знак. И людишки возле нас - какие-то лукавые ходят. Всё выспрашивают про какой-то клад. Смотрят, злобно - яки волки. Зубы скалят. Ой... чую - как бы худо не приключилось?
- Ладно, ещё одна идея, - продолжал размышлять Алексей, стараясь отвлечься от ненужных разговоров про его несчастную натуру. - Могу заняться разведением редких сортов кур, свиней! Каких-нибудь индюков, в конце концов... Через два - три года стану крупным животноводом в этих краях. Буду всех сельчан угощать редкими мясными деликатесами!
- Шикарная идея, - ехидно похвалил себя путешественник. - Сейчас как раз в стране кризис! Цены на мясо - вон, как взлетели! И главное - как звучит... Леха Рязанцев - свино-фермер!
- Да-а-а... называется... здравствуйте - приплыли, - странник горестно вздохнул. Было обидно... Сколько бы он не храбрился, какие бы гениальные планы не строил, и как бы себя не поддерживал - знаний и навыков в ведении сельского хозяйства, у него не было. И, что делать с доставшимся наследством, он решительно не представлял.
- Может быть, дать денег? - Алексей задумался, что-то подсчитывая. - Рублей - сто! Или двести... На всех! И пускай себе живут, как жили? - От глубины идеи путник даже приподнял голову. И зачем-то пристально посмотрел налево. - Или отдать всё селение кому-нибудь... - в хорошие руки? Пусть заботятся! Поливают их там - что ли... Убираются за ними... Коврики трясут... Гулять само собой выводят... Ну, какой из меня помещик? - Рязанцев представил себя в домашнем халате, восседающим на кресле - качалке. Рядом несколько слуг. - А обращаться с ними как?
Ответа на вопрос не было. Алексей, прищурившись, рассмотрел недалеко от проселочной дороги, на еловой ветке небольшую белку. Перевел взгляд в другую сторону. Закрыл глаза и начал вспоминать описанные в школьной литературе похожие случаи. - Как там было у Некрасова, Тургенева, Толстого... - Эй! Ты, голубчик! Принеси-ка мне... наливочки с солененькими огурчиками! Хотя, нет! Пожалуй, лучше, грибочков достаньте! Да,... и девок позови! Пусть, что ли песню споют... жалостливую. Да,... поплачут там... А то сердце гложет печаль - тоска ...
- А тебе в ответ... Да, не извольте беспокоится... Ваше... какое-нибудь там благородие... Или еще кто? Эх, скукота - скукотища! - уже сквозь дремоту додумывалось новоявленному землевладельцу.
Очнулся Рязанцев от того, что телега резко остановилась. Её окружила толпа неизвестных людей с колющими и режущими инструментами. Ближе всех стоял крупный мужик с глубоким шрамом на лице. В руках он держал большую, увесистую дубину.
- Ну, что соколики, приехали! Сокровище где? - произнес он и громко засмеялся. Его веселое настроение поддержали остальные страшно-неприятные личности стоявшие рядом.
- Золото?... - путник переспросил испуганно. - У меня? Здесь? - Он начал приподнимать рагожку, находившуюся позади него. - Много! Сейчас достану!
Люди потянулись к повозке, желая увидеть богатство.
- Вот, оно! Смотрите! - и Алексей высоко поднял светодиодную лампу над головой.
Яркая вспышка света озарила сумрачную поляну.
Для кого-то это был внезапный сюрприз с крутящимися зайчиками сквозь слезы. Для других приятная неожиданность с резью в глазах. Для искателя приключений команда к началу работы.
Через несколько минут двенадцать человек лежали возле подводы. А новоявленный герой одиночка доходчиво объяснял атаману, и всем остальным основы культурного поведения вежливых людей на вечерней дороге.
- Кстати, а может быть истреблением разбойников заняться? - у вояжера промелькнула шальная мысль. - Интересно? За них тут деньги платят? А то здесь, этого добра...
***
Этим вечером как впрочем, и всеми предыдущими Настя много думала о своем желанном. Красавица представляла своего любимого в ярких, разноцветных тонах. Мечтала о встрече с ним...
- Он самый лучший! Самый хороший! Он всё сделает ради меня! - живые очертания незнакомца не покидали головы кудрявой красавицы. - Вот он в образе могучего, былинного героя в блестящих доспехах подъехал к ней на вороном коне. Тепло улыбнулся. Нежно поднял её. Взял на руки. Девушка радостно прижалась к груди красавца.
Внезапно страдалица вспомнила встречу с незнакомцем в церкви. Её сердце обиженно забилось. - И что он в ней нашел? - Она воскликнула и недовольно надула щеки.
Девушка мысленно сравнила себя с соперницей. Перечислила все её достоинства. Потом оценила свои. Расстроено вздохнула. По всем показателям она проиграла. Противница была ярче и привлекательнее. И будь Настена на месте любимого то, конечно же, выбрала эту наглую бесстыдницу. - От этих мыслей девушке стало плохо. Настроение у неё изменилось. Она стала убеждать себя, что ей никто не нужен. - Лучше всего - быть одной на белом свете! Это так замечательно когда ты одна и всё для тебя! - Затем её обида и переживания усилились. А потом совсем дошли до крайностей... - А лучше всего... Отречься от всего земного... Уйти в монашки! Провести остаток жизни в покаянии и молитвах...
Завершая круг раздумий, девушка обвиняла себя в том, что она самая одинокая и несчастная в этом злом мире. Да ещё в придачу ко всему - страшная и некрасивая. И поэтому её никто и никогда не полюбит.