Страница 53 из 75
— Наверное, ее давно вывезли за пределы СНГ, — предположил, в конце концов, один из главных поисковиков, смахнув со лба пот парчовым рукавом украшенного жемчугами терлика, поверх которого был наброшен боярский кафтан из сафьяна. Повсюду пылали факелы мазерфакелов из группы поддержки, в коридорах стояла чудовищная духота, но новоявленный боярин стоически терпел мучения, поскольку лишь недавно обрел новое нацлицо и теперь очень опасался его снова потерять. Прежняя рабочая униформа боярина — заляпанный человеческими жидкостями прорезиненный фартук дознавателя оперативно-сексотской ячейки, висел в глубине платяного шкафа.
— Кто вывез?! Куда?! — наседали репортеры.
— Обратно к Гуантанамаме, видать, — неудачно пошутил боярин, и его немедленно турнули с поста, заменив другим, не столь болтливым экс-сексотом. Благо, их тогда много по родному блоку мыкалось, не зная, куда приткнуться…
После досадного инцидента разговоры о стиралке, как отрезало, вскоре упоминать ее в приличном обществе стало неэтичным.
***
— Куда же она подевалась? — спросил я Отшельника.
— Никуда, — поморщился старик. — Стоит у всех на виду. Это самый лучший способ маскировки, описанный еще великим наглосаксонским писателем Артуром Конан Дулей. Метод действует безотказно, если глаза жильцов хорошенько замылены.
— Кем замылены?
— А всеми, кто сидит на проценте от акций компании «Прохор & Гей», а таких большинство и среди членов межэтажного Пена-Клуба, которые строят из себя писателей, на деле методично задувая пену в глаза читателям, и среди стряпающих Мыльные оперы режиссеров. Думаешь, даром Мыло с утра до ночи крутят по Кривоговорящим зеркалам? Это означает: спецпрачечная работает круглосуточно…
— Намекаете, что машину извлекли из тайника…
— Да никто ее никуда не прятал! Помнишь ток-шоу «Большая стирка», запущенное сразу по окончании Перекраски? Вот там она и пахала на износ из года в год. С тех пор в ней уже раз пять меняли приводные ремни и, как минимум, дважды — водяную помпу, столько мозгов она успела прополоскать, отбелить и выкрутить до полной прозрачности, работая по двадцать четыре часа в сутки. Что тут скажешь, надежную технику швабры делали, пока к ним люля-кебабы не понаехали…
— По-вашему, машину продолжают использовать, вместо того, чтобы представить Трибуналу над Домостроем в качестве вещественного доказательства злодеяний, совершенных соглядатаями против инакомыслящих?
— А разве это не очевидно? Машине, между прочим, до лампочки, кому в баке поласкать мозги, стройбанам или членам Consumer society. Только охват целевой аудитории сейчас такой, что старички-соглядатаи нервно курят в сторонке. Раньше-то, как было: заподозрят стройбана в инакомыслии, и только тогда в прачечную волокут, и то, не сразу, а после вынесения соответствующего диагноза. Это ж сколько волокиты, включая ту, что в прямом смысле этого слова? Теперь же мозги полощут всем без разбору авансом вперед везде, где висят Кривоговорящие зеркала, то есть, буквально повсюду. Так что объемы работ даже сравнивать бессмысленно, комитетчики против нынешних маркетологов — шпана…
— Думаете, если бы соглядатаи не полоскали стройбанам мозгов, они бы не оказались столь беззащитными перед маркетологами с их Потреблядской лихорадкой?
— Нисколько не сомневаюсь в этом, — кивнул старик. — Хлорка подавила в организмах стройбанов иммунную систему, неудивительно, что они от Потреблядства пластом полегли…
К сожалению, старик не сгущал красок, именно так и обстояли дела. Отбеливание с хлорированием — процедуры нешуточные, без последствий не проходят. Образно говоря, в заполненную тетрадь, при всем желании, много текста не впишешь. Чего не скажешь об отбеленной, туда — пиши, не хочу. Кому-то может показаться некорректным уподобление мозга жильца канцелярской тетрадке. С другой стороны, почему бы и нет, если оба эти предмета выступают носителями информации. Конечно, и я тут не спорю, тетрадь не обладает уникальными способностями систематизировать свое содержимое, анализировать его и делать выводы путем переосмысливания. Разрешите спросить: а стройбан такими качествами наделен?
Зато редкостное дарование к перевоплощению, у нашего брата, стройбана, в крови. Вот это признаю безоговорочно. Однажды, на исходе Перекраски, обессиленные, но счастливые от одного вида разрушенного нами ССанКордона, мы забылись в казармах тяжким сном, не позабыв спустить осточертевший всем красный флаг. А, когда разлепили веки поутру, обнаружили себя на Карнавале. Мы в недоумении терли глаза, не веря им, ибо мимо нас, прямо вдоль проходов между коек, прогуливались невиданные доселе персонажи. Надменные бояре в высоких мурмолках и соболиных шубах до пят в сафьяновых сапогах. Гонористые гетманы в шитых золотом жупанах, их искусственные, выписанные в Подвале чубы были уложены лучшими парикмахерами. Одетые как денди пузыри оживленно обсуждали между собой размеры черных откатов, их бодикиперы выглядывали киллеров, пуская к патронам одних попов, спешивших благословить пузырей не за дешево. Перемещавшиеся от группы к группе рэкетиры в однотипных спортивных костюмах, методично обкладывали участников представления мздой, дружинники взирали на все это свысока, они же почувствовали себя криминальной крышей.
— Что за блядская клоунада? — растерянно бормотали недотепы, из-за нерасторопности застрявшие в линялых тельняшках стройбанов. Они безуспешно вглядывались в лица артистов, но под многими слоями грима было уже не узнать вчерашних соседей по казармам. Лишь устойчивый запах нестиранных портянок дезавуировал их, он потом еще долго преследовал распрощавшихся с кирзой стройбанов, лучшие парфюмы оказались против него бессильны.
Позже, когда Опричнина назначила Гелия Дупу прокладывать стройбанам Особый путь, в пертурбациях огульно обвинили либерастов, как стали с презрением звать либералов, склеивших ласты в Пентхаус из-за страха перед неминуемым возмездием. По версии Дупы, именно либерасты, подговорив доверчивого Консенсуса назначить их главредами ведущих стенгазет, которым у нас привыкли верить безоглядно, устроили диверсию, чтобы сбить стройбанов с верного пути путем осмеяния всех наших главных Домостроевских ценностей. Начали кампанию с развенчания Основоположников, чьи фундаментальные труды обозвали высером маразматиков, продолжили злобными нападками на Светлый Чердак, ну а уж потом шельмованию подверглось буквально все, что считалось у нас святым. И производившаяся у нас дыхсмесь, ее классифицировали, как провоцирующую силикозы, и наши потолки, в одночасье оказавшиеся смехотворно низкими, и даже сделанные в наших мастерских машины. Помните, к примеру, снятый в Пентхаусе ужастик «Кошмар на улице ВАЗов»? Так вот, Дупа уверял, он появился неспроста, а имел в контексте явно выраженный вредительский подтекст. Стоило крутануть эту гадость, а сеансы раз за разом собирали аншлаги, и стройбаны устыдились обувать роликовые коньки отечественных марок, а ведь буквально вчера они считались у них престижными и доставались, кстати, не всем, а лишь счастливчикам, имевшим доступ к инвалютным магазинам Березка.
Стыдно сказать, но я был, частично, согласен с Дупой. В его рассуждениях имелось рациональное зерно. При этом, не берусь судить, что было первым, яйцо или курица. То есть, это стенгазеты морочили стройбанам мозги по тайной указке Биллиардного клуба, или они просто пели нам то, что мы, стройбаны, хотели услышать, поскольку Красноблок у нас в печенках сидел, а их перевели на самоокупаемость, только и всего. Никакого заговора, просто Рынок и, соответственно, Просто Мария…
Как только перекрашенный Красноблок приказал долго жить, поток разоблачений иссяк, словно искусственный фонтан, отрезанный от водопровода. Вчерашние рупоры Перекраски, гневные обличители гнойных язв Домостроя, слаженно угомонились, сделавшись бесконечными рекламными площадями для упорядоченного выгула потреблядских стад. Из острых блюд на потребу дня остались только «Сумерки» — культовый сериал, снятый одной одаренной домохозяйкой по мотивам бестселлера, написанного другой на радость широкой аудитории с сопоставимым интеллектом. Ликантропы тоже плачут, вот, пожалуй, и все, в чем состоял лейтмотив этого выносящего мозг произведения искусства. Если следовать логике Дупы, то, похоже, в Биллиардном клубе было решено показать оборотня с человеческим лицом, дескать, ничто человеческое вампирам не чуждо. На фоне нового концепта о шоковых терапевтах перестали заикаться, а Егор Объегоркин-Голый был без лишнего шума отозван в Пентхаус, якобы, на курсы повышения квалификации ликантропов. Проездные документы подмахнул сам месье Шенген. И бровью, говорят, не повел…