Страница 23 из 33
— Ба! — разъярилась драконица. — Ты воображаешь, что ты умнее всеххх, а? Ты, задавака! Скажжи мне сейчас же таблицу умножения на семь! Да побыстрее!
— Одиножды семь будет семь, — начала Ли Зи, и это звучало, как пение соловья. — Дважды семь четырнадцать, трижды семь двадцать один… — и она без запинки продолжала таблицу умножения на семь.
Джим никогда бы не подумал, что это может так прекрасно звучать. Драконица внимательно следила, чтобы поймать Ли Зи на ошибке. При этом она со свистом рассекала палкой воздух.
— Джим! — прошептал Лукас. — Ты не боишься?
— Нет.
— Хорошо, Джим. Слушай: я знаю, что делать. Мы дадим драконице возможность добровольно отпустить детей. А если она не согласится, придется применить силу, хоть я и не сторонник применения силы.
— А как мы это сделаем, Лукас?
— Ты войдешь и заговоришь с ней, Джим. Расскажи ей, чего ты хочешь. Тут я на тебя полагаюсь. Но ничего не говори про меня и про Эмму. Мы будем ждать здесь и в случае чего придем на помощь!
— Все ясно! — решительно ответил Джим, и Лукас на цыпочках отправился за паровозом.
Между тем принцесса управилась с таблицей умножения, не сделав ни одной ошибки. Именно это и привело драконицу в ярость. Она напустилась на Ли Зи с криком:
— Так, значит ты думаешь, что можешь меня вывести из себя тем, что не сделаешшшь ни одной ошшшибки? Ты, заносчивая дерзкая девчонка! А? Отвечай, когда тебя спрашивают!
Принцесса молчала. Что можно было ответить на это?
— Сколько будет три плюс четыре? — вкрадчиво спросила драконица.
— Семь, — ответила Ли Зи.
Драконица гневно сверкнула глазами.
— А если я скажжжу, что восемь?
— Все равно будет семь, — сказала маленькая принцесса.
— Если я скажжжу, что будет восемь, — прошипела драконица, — то восемь и будет! Понятно?
— Нет, семь, — прошептала Ли Зи.
— Что? Ты будешь возражать мне? Я и без тебя знаю, что семь. Но ты должжжна слушшшаться! Ты — высокомерная и наглая! А высокомерие и наглость должжны быть наказаны! Итак, скажи: будет восемь!
Ли Зи лишь отрицательно покачала головой.
И только собралась драконица перекинуть Ли Зи поперек парты, как вдруг гневный мальчишеский окрик остановил ее:
— Минуточку, госпожа Зубояд!
Драконица удивленно обернулась и увидела в дверях маленького черного мальчишку, который бесстрашно глядел на нее.
— Вы не дотронетесь до Ли Зи, — твердо сказал Джим.
— Эй ты, ччерная клякса! — прохрюкала драконица. — Откуда ты взялся и кто ты вообщщще такой?
— Я Джим Пуговица, — спокойно отвечал Джим. — Я приехал из Ласкании, чтобы освободить принцессу Ли Зи. И всех других детей тоже.
По классу пробежал осторожный шепот, и все большими глазами уставились на Джима. Особенно маленькую принцессу поразило, с каким бесстрашием этот черный мальчик выступил один-на-один против чудовища.
Драконица зашикала во все стороны:
— Тихххо! Что вы там себе вообразили, невоспитанная вы банда!
Потом обернулась к Джиму и спросила с притворным дружелюбием:
— Тебя прислала сюда «Чертова дюжина»?
— Нет, — ответил Джим.
— Уж не хочешшшь ли ты сказать, — прошипела она сквозь зубы, — что ты явился ко мне сам по себе? Уж не из любви ли ко мне?
— Вот уж нет, — ответил Джим. — Я хотел узнать от вас тайну моего происхождения.
— При чем же здесь я? — вкрадчиво спросила драконица.
— На посылке, в которой меня прислали в Ласканию, отправителем значилась «Чертова дюжина», а получателем госпожа Зубояд.
— Аххх! — воскликнула драконица, и злая ухмылка расползлась по ее бородавчатой морде. — Так это ты, мое сердечччко.
У Джима по спине побежали холодные мурашки, но он тотчас взял себя в руки и вежливо спросил:
— Не могли бы вы мне сказать, кто мои настоящие родители?
— Не надо далеко ходить за ответом, золотко мое, — захихикала драконица. — Ты — мой!
— Вначале я тоже так думал, — решительно сказал Джим. Но теперь вижу, что у нас нет ничего общего.
— Но я купила тебя у «Чертовой дюжины»! — прорычала драконица.
— Мне на это плевать, — сказал Джим. — Я снова вернусь в Ласканию.
— Да, в самом деле? — коварно спросила драконица.
— Да, — сказал Джим. — И принцессу я беру с собой. И остальных детей тоже.
— А если я не отдам? — спросила драконица, все еще с вкрадчивой притворной мягкостью.
— Отдадите, госпожа Зубояд! — ответил Джим и переглянулся с маленькой принцессой.
Тут драконица разразилась издевательским смехом:
— Хи-хи-хи-хи! Видали умника? Хо-хо-хо-хо! Он пришел ко мне сам по себе! Да ты же попал в ловушшшшку! Ха-ха-ха!
— Лучше бы вам так не смеяться, госпожа Зубояд! — гневно воскликнул Джим. — Отдаете вы мне детей добровольно или нет?
Драконица от смеха схватилась за бока.
— Нет! — веселилась она. — Нет, ты мой чччумазый карапуз!
— Вдруг смех ее оборвался. Она опасно сверкнула глазами и проревела: — Все эти дети — мои, только мои, понял? Никто большшше не имеет на ниххх права! Я всех их купила у «Чертовой дюжины»! Я заплатила за ниххх! И теперь они мои!
— Но откуда «Чертова дюжина» берет детей, которых она вам продает? — спросил Джим и посмотрел драконице прямо в глаза.
— А ужжж это тебя не касается! — она злобно пыхнула дымом.
— Нет, касается, госпожа Зубояд! — храбро ответил Джим.
— Еще как касается! Маленькая принцесса, например, была похищена!
Драконица хлестнула своим длинным хвостом по полу и прохрипела:
— Теперь она все равно моя! И ты тожже мой! Больше ты никогда не увидишшшь свою родину, ты, глупец! Я уже не выпущщщу тебя! — И она медленно двинулась к Джиму. — А для начала я тебя как следует высеку, душшенька моя, чтоб ты раз и навсегда заткнулся!
Она хотела схватить мальчика своей когтистой лапой, но Джим ловко увернулся. Драконица стегала вокруг себя палкой, но попадала в пустоту. Джим проворно, как белка, прыгал между партами и кафедрой. Драконица гонялась за ним, но схватить его не удавалось. От ярости она то краснела, то зеленела, и по всему телу у нее вспухали бугры и бородавки. Что и говорить, вид был непривлекательный.
Джим уже запыхался, драконица между тем начала изрыгать дым и пламя. Да где же там Лукас? Он же обещал прийти с Эммой на помощь! Уже весь класс тонул в чаду, и Джим бегал вслепую.
И тут, наконец, раздался торжествующий свист Эммы. Драконица остановилась, заметив сквозь клубы дыма страшное чудище, которое с горящими глазами неслось прямо на нее.
— Что вам здесь нужжжно? — прохрипела драконица, вне себя от ярости. — Кто разрешшшил?..
Она не договорила, потому что Эмма без лишних слов налетела на нее как ураган, и драконицу отшвырнуло к стене. И тут между ними завязалось ожесточенное единоборство.
Драконица с ревом и хрипом так двинула Эмму, что какое-то время еще неизвестно было, кто одержит верх. Но Эмма не сдавалась. Она тоже изо всех сил дымила и искрила и снова бросалась в атаку. При этом, правда, от Эммы кусками отваливался драконий грим, и становилось все отчетливее видно, что это не чудовище, а паровоз.
Дети, прикованные цепями к партам, не могли убежать и в ужасе наблюдали за ходом битвы. Когда же они разглядели, что Эмма не дракон, а паровоз, они ликующими криками стали подбадривать ее.
— Паровоз! Да здравствует паровоз! Браво, паровоз!
Наконец Эмма с разбега так ударила драконицу, что та опрокинулась и осталась без сознания лежать всеми четырьмя лапами кверху.
Лукас выпрыгнул из кабины и воскликнул:
— Скорее, Джим! Связать ее, пока она не пришла в себя!
— Да, но чем? — спросил запыхавшийся Джим.
— Нашими цепями! — взволнованно крикнул маленький индеец. — Ключ у нее на шее!
Джим прыгнул к драконице и перекусил шнурок у нее на шее. Потом быстро отомкнул замки ближайших парт. Когда он подбежал к маленькой принцессе, она покраснела и смущенно потупилась.
— Скорее! — крикнул Лукас. — Эта тварь приходит в себя!