Страница 118 из 125
Выстрел Змея разворотил ему грудь.
За долю секунды до ее следующего выстрела Энди нырнул; пуля с взрывчатой головкой просвистела возле фалды пиджака и разнесла лазерный принтер. Энди упал под стол и исчез.
Пожарным топором Змей сделала дыру в окне пошире. Сняв с головы ведро, вошла внутрь, где тряпичной куклой лежала Ванна. Ревизор общественного мнения была в сознании, но рассудок ее сильно помутился, а из ушей текла кровь; Змею это напомнило о первой боевой потере, которую она видела, — щенке лайки, проигравшем бой дилижансу на Монктон.
— Ты понимаешь, что я говорю? — тихо спросила она; Ванна, собрав силы, слабо кивнула, потом сделала бесплодную попытку сесть, но ее слишком мутило, и она не могла справиться с вертикалью. — Держи, — сказала Змей, вкладывая ей в ладонь «кольт». — На случай, если со мной что случится, хотя, конечно, не случится ничего.
Амос лежал на ксероксе задом, и Змей подошла и распахнула то, что осталось от его пиджака. В кармане жилета она обнаружила опасное лезвие, но огнестрельного оружия не было — это внушало надежду. Потом повернулась туда, где скрылся Энди. Тот, упершись снизу в столешницу, метнул мебель в нее.
— Дерьмомет! — выругалась она. Чтобы не раздавило, пришлось перемахнуть через ксерокс; стол грохнулся на Амоса, а вот полетевший следом эргономичный крутящийся стул попал прямо в цель, и Змей покатилась по полу. Кувыркаясь, она ударялась еще о какую-то офисную мебель и выронила ручную пушку.
Змей выругалась и обнажила саблю. Энди принял боевую стойку в пространстве между столами и принялся размахивать коротким мачете. Его лицо искривилось в попытке изобразить угрожающий взгляд, но Змей была слишком зла, чтобы это могло ее запугать, да и глаза Энди — карие, мелкие и безжизненные — тоже не устрашали.
— Ну, иди сюда, — позвала она.
Он пошел — быстрыми механическими шагами. Змей сделала отвлекающий парирующий маневр, в последний момент шагнув вбок, поскольку правильно оценила силу робота; мачете прорубило пустоту, и на миг Энди раскрылся. Этого Змею вполне хватило: да, пусть у андроида стальной каркас, а она состоит из плоти и крови, но нервы у нее тоже электрические. Она рубанула по его вытянутой руке, и лезвие вошло в металл. Внутри, как струна, лопнул туго натянутый провод, Энди разжал пальцы; мачете упало на ковер. Змей выдернула саблю и снова замахнулась, чтобы отрубить голову.
Но тут подскочила Ванна и открыла огонь из «кольта». Как и Змей, она целила Энди в голову, но ее все еще мутило достаточно сильно, и это сказалось на точности. Первая пуля прорисовала черту на котелке Энди, вторая оттолкнула лезвие сабли, а третья пробурила Змею ребра.
— Ай! — сказал Энди. Ванна выпустила в белый свет еще три пули и снова рухнула на пол.
Змей лежала на спине, истекая кровью. Рядом валялась мусорная корзина, и поскольку в тот момент делать было больше нечего, Змей заглянула внутрь и увидела там мятые бумажки, два яблочных огрызка, банку из-под «кока-колы», картридж с тонером от ксерокса и автоматическую ручную пушку «браунинг» семидесятого калибра.
— Привет-привет, серятина, — сказал Энди, возвышаясь над ней с мачете в руках. — Похоже, кто был ничем, тот станет всем.
Змей протянула руку — длиной словно бы тысячу миль, — подняла всю корзину вместе с пистолетом, пока та не заслонила усмехающийся манекен, готовый разрубить ее на куски. И четырежды нажала на курок.
Энди скрылся с глаз.
Корзина стала трубой у нее на руке, открытой с обоих концов; пальцев на ногах Змей не чувствовала. Ей хотелось бы поспать, но она понимала, что это не лучшая мысль, так что попыталась начать беседу:
— Мисс Доминго?
Лежавшая где-то рядом на полу Ванна застонала.
— Мисс Доминго, — сказала Змей, — не знаю, хорошо ли вы меня слышите, но мне вот любопытно… Если я доживу до завтра — хотя я, конечно, не думаю, что это возможно, но если вдруг, — вы не подумаете над тем, чтобы взять меня на работу?
— Боже ж ты мой.
Комната была большой, но на пещеру не похожа, хотя о ее реальных размерах оставалось лишь гадать. Некогда тут стояла какая-то техника: после нее остались прямоугольные тени и шероховатые выбоины в полу, из которых оборудование просто выкорчевывали — вся фурнитура и соединения были вырваны, чтобы освободить пространство для динамита. Четыре с четвертью тонны взрывчатки, стоявшие вдоль стен, уходили вглубь неизвестно насколько.
Динамит лежал аккуратными связками по семь палочек, и уложены они были как соты — этакий нитроглицериновый улей. Джоан провела мысленный подсчет: 8500 фунтов простого динамита, примерно полфунта каждая палочка, три с половиной фунта на связку, получается… получается просто до хрена. Химию она знала не настолько хорошо, чтобы рассчитать силу удара, но, как и обещал Гувер, бабах определенно будет большой.
Она снова задышала часто, но теперь закуривать не стала. Джоан попыталась отыскать таймер, чтобы понять, каковы сроки, но безуспешно. Ступая очень и очень осторожно, она подошла к ближайшей секции сотов, чтобы рассмотреть их поближе.
В центральную палочку каждой связки был вставлен взрыватель с шестидюймовым фитилем. Фитили торчали наружу, как реснички; они ни к чему не подсоединялись. Джоан в недоумении аккуратно потерла один двумя пальцами, стараясь понять — может, это какая-нибудь антенна. Но нет, это был именно фитиль: кордитовый, быстрогорящий.
— Но где же, нахрен, главный? — произнесла Джоан. — Где… — Она застыла, услышав, как сзади лязгнул металл. И сразу поняла. — О нет.
— О да, — сказала Айн Рэнд.
Джоан развернулась. Ворота закрылись, она оказалась заперта.
И Лампа оказалась заперта.
— Лучше я буду делать что-нибудь, чем сидеть сложа руки. — Кровь прилила к щекам Джоан. — Так я сказала?
— Так вы сказали.
— Я активистка, — проговорила она, словно адвокат в заключительной речи. — В этом моя философия: когда я вижу проблему, я действую.
— Да.
— Даже когда я не знаю, какого хуя делаю, я действую.
— Даже когда вы знаете, что вы не знаете, какого хуя делаете, — сказала Айн. — Даже когда вас предупреждают.
Джоан закивала.
— Да, и вы говорили мне правду: вы не вирус, вы не бомба…
— Да.
— …вы детонатор.
— Электрический Термитный Заряд, — уточнила Айн Рэнд. — Но в высшей степени рациональный.
Джоан закрыла глаза.
— Термит… Термит зажжет фитили?
— Да.
— Фитили подорвут взрыватели…
— Да.
— …динамит взлетит, сотрясая здание, от тряски упадет вирус и убьет тысячи невинных людей…
— Да, да, да и да.
— И все из-за меня.
— И все из-за вас, — согласился Джон Гувер, чей голос раздался из динамика, спрятанного где-то в сотах. — Хочу вас поблагодарить, мисс Файн, за ваши воистину героические усилия, которые вы сегодня приложили, чтобы добраться сюда. Без вас бы я ничего не взорвал.
Трассирующие пули решетили пространство между балками и перекладинами строительного участка «Вавилона». После первого штурма андроиды отошли в северную часть здания, а морпехи заняли южную; и теперь эти две группировки крайне бессистемно вели друг по другу огонь. Цель пехоты заключалась не в том, чтобы уничтожить врага, а в том, чтобы его чем-нибудь занять, и враг продолжал недоумевать, а тем временем специальная ударная группа должна была доставить Глаз Африки в центр управления «кенгуру».
В относительно спокойном участке 226-го этажа по накрытому ковром коридору шел Портативный Телевизор. Его экран воспроизводил хронику Сирийской войны 09 года: мясистый американский генерал обращался к набившимся в комнату репортерам.
— Дамы и господа, — говорил генерал, поводя рукой в сторону собственного монитора, — вы видите штаб-квартиру моего коллеги из другого государства. — По комнате прошла волна довольного смеха, когда крылатая ракета «Верный Друг» сровняла с землей трехэтажное здание, убив всех, кто находился внутри. — А теперь сюжет про самую счастливую семью на Среднем Востоке на сегодняшний день. — По мосту идет пара с коляской, через миг бомба с лазерной системой наведения разрывает его напополам. Репортер из «Ньюсуика» ржал так сильно, что свалился со стула. — А сейчас мы сравним дальнобойную точность сирийских и израильских танковых орудий…