Страница 37 из 152
— Улыбнись мне, любимая, — шепнул он. Она так и сделала, увидев в глазах мужа отражение собственной скорби и страха, что когда-нибудь одному из них придется испытать такую же потерю.
Оствель натянул поводья и низко поклонился, не слезая с седла.
— Благослови вас Богиня, мой принц и моя дражайшая леди, — приветствовал он их. — Добро пожаловать в Скайбоул. Но я боюсь, что не узнаю кое-кого из вашей свиты.
Сьонед фыркнула, поймав его взгляд, устремившийся сначала на Поля, а потом на Сьонелл.
— Ну, надеюсь, леди Фейлин и лорда Мааркена ты помнишь, — сказала она, с удовольствием поддерживая игру.
— Конечно, — ответил Оствель и поклонился им. — Но я вижу здесь двух незнакомцев. О, кое-что в них мне знакомо, но…
— Ох, лорд Оствель! — укоризненно покачала головой Сьонелл. — Вы прекрасно знаете, кто я!
Атри Скайбоула хлопнул себя рукой по лбу, доигрывая роль до конца.
— Глаза, голос, волосы… — Он объехал девочку кругом, делая вид, что осматривает ее со всех сторон, и наконец отдал ей изящный поклон. — Нет, глаза меня не обманывают! Это действительно прекрасная леди Сьонелл!
Девочка весело рассмеялась. Тут Оствель выпрямился и прищурился, глядя на Поля.
— Не может быть! Неужели это?.. Тут Сьонед подъехала поближе и, смеясь, постучала его по голове.
— Перестань дурачиться!
— Сказано ласково и кротко, как всегда, — заметил Оствель и уныло почесал ухо. — А самое главное — прямо в цель. Как приятно знать, что кое-что на свете не меняется. — Он поклонился Полю. — Мой принц, добро пожаловать в Скайбоул.
— Спасибо, милорд, — с подобавшим случаю достоинством ответил Поль.
— Еда и питье для вас готовы… а фарадимов ждет еще и ванна. Рохан, надеюсь, ты не изменил своей всегдашней привычке купаться в озере?
Вернувшись после купания, верховный принц застал жену нежащейся в прохладной ванне. Ему никогда не хватало силы воли, чтоб сопротивляться такому искушению, как вид Сьонед, прикрытой лишь водой и распущенными длинными волосами. Поэтому он тут же забрался в воду под невинным предлогом, что хочет помочь ей мыться. Ванна не была приспособлена для таких шалостей, поэтому не обошлось без некоторых интересных гимнастических упражнений и безудержного хохота, но они справились.
А потом он лежал в объятиях Сьонед, лениво ловя проплывавшие мимо пряди ее рыже-золотых волос. Она тихонько хихикнула, и Рохан вопросительно промычал:
— М-мм?
— Я только подумала, что в ванне можно утонуть и не будучи «Гонцом Солнца»…
— Не говори глупостей. Мы залили водой весь пол, так что в ванне и муха не утонет.
— Оствель слишком хорошо нас знает. Нам достались покои с ванной, в которой самый лучший сток. — Она указала на маленькую решетку, прикрывавшую сливное отверстие в мозаичном полу.
Второе доказательство заботливости их хозяина они обнаружили в большой комнате, отделенной от ванной небольшим тамбуром. На кровати лежали шелковые халаты, а рядом с накрытым столом лицом друг к другу расположились два удобных кресла.
— Черт побери, Оствель держит лучшего повара во всем моем государстве, — сказал Рохан, покончив с фруктами, запеченными в горячем тесте, но каким-то чудом умудрившимися остаться холодными. Он потянулся, потер обтянутые шелком плечи и вздохнул. — Как ты считаешь, не согласится Оствель уступить его?
Сьонед допила остатки вина и покачала головой.
— Мы могли бы прислать наших поваров кое-чему поучиться у него.
— Сомневаюсь. Этот местный чудодей учился в Визе, а тамошние мастера не выдают своих секретов. Даже верховным принцам. Кстати, о секретах. Тобин вчера ляпнула о драконьем золоте, а Поль нечаянно подслушал.
— Когда-нибудь он должен был узнать об этом, — философски заметила Сьонед. — Догадываюсь, что ты хочешь подраматичнее обставить сцену разоблачения этого фокуса.
— То есть затащить его в темную пещеру и внезапно зажечь факел? — Он засмеялся. — Хорошая мысль! Примерно так же, как мы сами сделали это открытие, да? Я никогда не забуду сверкающий песок и то, как я копался в нем, пока ты с Огнем стояла у меня за спиной.
— В самом деле, ты мог бы попросить Поля вызвать Огонь. Я проверяла его, Рохан. У мальчика врожденный талант. Только неотшлифованный.
— Если Андраде считает, что ей вполне достаточно Андри, то она в обморок упадет, когда настанет очередь учить Поля. Кстати, я кое-что придумал. Если к восемнадцати годам он станет рыцарем, то это произойдет как раз на следующую Риаллу, и мы сможем отправить его к Андраде прямо из Виза. Всем сразу станет ясно, что он будет и полностью обученным фарадимом, и принцем одновременно.
— Грубовато, — поморщилась она.
— Но если мы попытаемся не предавать этот факт широкой огласке, другие принцы станут еще подозрительнее.
— Значит, они опять взялись за свое? — задумчиво спросила Сьонед, ставя локти на стол. — Сила Поля заставляет их ужасно нервничать. Но ведь до него тот же путь проделал Мааркен, а лучшего примера не может быть — ни для него, ни для других принцев.
— Тобин и Чейн так гордятся им, что вот-вот лопнут, — согласился Рохан. — Ну и семейка у моей сестрицы! Два сына фарадимы, а третий обещает стать рыцарем еще более знатным, чем его отец. В последнем письме Волог блестяще отзывается о нем. Я говорил тебе, что он собирается посвятить Сорина в рыцари уже в этом году? О Богиня, как они быстро растут!
— Мне бы не хотелось отправлять Поля обратно в Дорваль. Можешь смеяться, но я не могу расстаться с ним ни на минуту.
— Я не смеюсь, Сьонед. Но ему лучше остаться в Грэйперле. Он должен еще многому научиться у Ллейна и Чадрика. И там он будет в безопасности.
— Но мериды…
— …угрожали ему лишь один раз за все годы. И это случилось за пределами дворца. Мы не сможем прятать его под материнской юбкой, да он и сам не потерпит этого. А если потерпит, то зачем тебе такой сын?
Она вздохнула.
— Я знаю, знаю. Но не могу не волноваться.
Рохан встал и снова потянулся.
— Завтра рано вставать, — напомнил он. — Сначала мы полюбуемся на драконов, а потом я устрою Полю экскурсию в пещеры.
— Ты хочешь, чтобы я завтра попробовала прикоснуться к дракону? — Она повесила халат на стул и присоединилась к Рохану, уже лежавшему в постели.
Рохан крепко обнял жену и начал гладить ее влажные волосы.
— Это может оказаться весьма любопытным. Все они только и думают, что о спаривании, и кто знает, что ты сможешь почувствовать? Не захочешь ли ты последовать их примеру?
— Похоже, ты уже сейчас не прочь последовать этому примеру! — парировала Сьонед, кусая мужа за плечо.
— Прекрати сейчас же! Или, по крайней мере, кусайся, как женщина, а не как буйная драконша!
Она подняла голову и посмотрела в яркие голубые глаза, лучившиеся смехом и желанием.
— Ну, если это и старость, то непонятно, как мы оба сумели до нее дожить!
Чейн откинулся на спину, и задумчивая морщинка прорезала его лоб.
— Тобин…
Она перестала расчесывать свои длинные черные волосы.
— Похоже, ты решил оказать честь моим ушам и поговорить со мной. Что, свет моей души?
— Не дерзи, женщина, иначе мне придется поколотить тебя.
— Вместе со всей своей армией?
— Ну… — Он откашлялся. — Тобин, меня тревожит этот мальчик. Он чересчур хороший.
— Какой мальчик? Поль? А что тебе в нем не нравится?
— В том-то и дело, что все нравится. Он обожает мать, почитает отца, в меру послушен, не задирает носа, моет уши и слишком умен для своего возраста.
— По-твоему, это повод для беспокойства?
— Это неестественно. Нет, в самом деле, — серьезно сказал он, когда жена засмеялась. — Он никому не доставляет хлопот. Наши мальчишки никогда себя так не вели.
— И ушей не мыли, — с улыбкой добавила она.
— Хотел бы я видеть в нем хоть один недостаток.
— Это только ты считаешь, что у него их нет.
— Все так считают. Вспомни Рохана в его возрасте.