Страница 33 из 51
- Давно не был в таком замешательстве.
- Мда. Видел их глаза? По всем признакам, они сегодня говорили правду.
- Слушай, никотинщик хренов. Не дыми на меня! Итак, голова болит.
- Прости. Нервы. Вечно нам спихивают какие-то бредовые дела.
- Зато довольно интересные. Ты говорил, что по всем признакам они говорили правду? Ну-ну. Говорить правду и верить, в то, что это правда - совершенно разные вещи.
- Что ты имеешь в виду?
- Ты когда-то общался с психиатрическими больными?
- Нет. А ты?
- Да вот доводилось. Знаешь, это выглядит одновременно грустно, но и довольно забавно, когда на тебя с фанатичным блеском в глазах смотрит серенький такой, невзрачный паренёк и вдруг заявляет 'Я- Бог'.
- Хах. Мда, бывает и такое. Так ты считаешь?..
- Правдивость их слов ещё надо доказать. Точно так же, как и их адекватность.
- Это уже не наш профиль.
- Согласен. Но в отчётах поковыряться будет очень интересно.
По Киеву прошел всплеск активности религиозных сект. По городу толпами стали бродить религиозные фанатики, которые декламировали идеи на любой вкус и цвет. Кто пропагандировал так полюбившийся Американским Голливудом конец света. Кто вещал о том, что человечеству дали второй шанс на искупление. Многие были уверены, что посланники небес принесли какую-то весть. Пытаясь осознать на основе произошедших событий некую неведомую суть, они строили нелепые теории.
Одни утверждали, что это Бог послал ангелов в противоборство демонам. Другие были уверены, что это демоны коварством своим выманили ангелов на землю, чтобы свершить над ними чёрный ритуал. Но чистота души Отоно с Асаном не позволила привести сей коварный план в исполнение. По крайней мере, пока. Эта группа уже начала создавать целый фронт по защите пришельцев.
Теорий, споров и домыслов в воздухе витало великое множество. Каждый желающий мог найти в этом разнообразии предложений что-то своё.
В охватившей столицу суете, скорбно подвывала лишь милиция, что уже многие годы не знала столь масштабных беспорядков. Вот уж кому было не до религиозных диспутов. Большинство из этой братии вообще склонялось к мысли: кем бы ни было существо - хоть ангелом, хоть чёртом лысым. Жить мешает - значит зло.
В то же время, Асан с Отоно проходили очередной круг ада. Мало того, что допрос представителей СБУ довёл их чуть ли не до умопомрачения. Так после этого пришельцев ещё и направили в просторную светлую комнату с минимумом мебели, в которой их поджидало около десятка человек. Это были эксперты, которых притащили с собой Валерий Станиславович и Иван Георгиевич. Эти люди тут же взяли ангелов в оборот, чуть ли не силой стянув с них тоги, обследуя их тела, ощупывая, обстукивая. Заставляя описывать детально все их ощущения.
Особенно их заинтересовали крылья. Уже откровенно испуганных ангелов прижали к стенке и начали ощупывать белоснежные предметы их гордости. Заставляя шевелить ими, махать под разными углами. Нервы друзей сдали окончательно, когда к ним полезли со шприцами, чтобы взять кровь на исследования.
- Зачем вам это нужно?- дрожащим голосом спросил Асан, с ужасом глядя на шприц в руках молодого, веснушчатого паренька.
- Не бойтесь, это абсолютно безопасно. Всего лишь один маленький укольчик,- с улыбкой маньяка промолвил парнишка.
Увидев, что дело приближается к нервному срыву, в дело вмешался пришедший с командой психолог. С елейной улыбкой на губах, молодая девушка приятной наружности увлекла ангелов в сторонку, задавая ничего не значащие, на первый взгляд вопросы. Продолжая улыбаться, она попросила их решить некоторое количество тестов.
Эти полтора часа показались друзьям чуть ли не райским отдыхом. Но потом в сей процесс, плотоядно улыбаясь, таки вклинился паренёк со шприцом. Но уговорить ангелов добровольно поделиться кровью сумел лишь отец Иоан, который таки сумел прорваться сквозь охранные посты СБУ. Этому поспособствовал ещё и тот факт, что Асан с Отоно довольно часто спрашивали о священнике. Ведь друзья чувствовали, что именно этот человек единственный по-настоящему им поверил.
Глава 8
Демоны отходят после боя, Виктор сориться со старейшиной. Женя разрабатывает план, а ангелы решают, как быть
Мир демонов
Шум от громкой музыки заставлял пол идти лёгкой дрожью. Снизу доносились звонкие голоса и смех. Там было хорошо. Там было весело. Как же ему надоело это притворное тепло...
Мир качался, словно бумажный кораблик, спущенный на воду. Когда непредсказуемая реальность грозит пустить тебя на дно первой же волной. Кровать казалась просто невообразимо огромной. Она обняла его тело своей мягкость, уничтожая в зародыше желание что-то делать, как-то бороться. Лежать было проще. Ничего не делать было проще. Ведь каждое движение отдавалось острейшей болью в правом боку. Если бы ещё не эта тошнота.
Сдерживаясь из последних сил, он застонал. Мир окутала пелена тумана. Тошнота усилилась, тело выгнулось, исторгая из желудка кислоту и желчь. Стало немного легче. В воспалённое сознание проникла мысль - надо идти. Надо найти помощь.
Преодолевая слабость. Острое желание лечь и больше никогда не подниматься, он всё же собрал силы, чтобы подняться. Шаг, ещё один. Тело будто прошивало электрическими разрядами. Раскачивающаяся гамаком комната, углы которой словно исчезли, оплывая. Мягкий белый ковёр. Он казался большим, просто бесконечным. В какой-то момент пространство схлопнулось в точку и рука, что искала опору, нащупала дверную ручку. В глаза ударил яркий свет. Звуки взорвали мир с новой силой. К потолку взметнулось несколько цветастых воздушных шариков.
Повиснув на изящных, деревянных перилах витой лестницы, он спускался вниз. Преодолевая боль. Тая в душе надежду. Ведь та, что дала ему жизнь. Что призвана была его оберегать. Заботиться о нём. Она где-то здесь. Где-то рядом. Она поможет. Поможет ведь? Правда?
Искусственные улыбки. Притворные жалостливые гримасы. Всё подёрнуто поволокой лжи. Даже лица их ненастоящие. Скрытые за слоем грима.
Как же больно дышать. С каждым шагом мир всё больше сливается в один сплошной пёстрый калейдоскоп. Он, то расплывается, то приобретает фокус. Где же? Ну, где же ты?
Опираясь о прохладную плитку стены, он двинулся к широкой арке входа в гостиный зал. Сбоку выстрелило несколько хлопушек. Вверх взметнулось яркое облачко конфетти.
Сочувственные вопросы. Серые лица, что смотрят с тщательно скрываемым безразличием.
И вот, взгляд его проясняется. Звуки мира затихают. Он видит её. Миниатюрную, словно фея, платиновую блондинку. Её кукольное личико наполнено весельем и радостью. Её утончённые черты будто излучают свет. Тепло улыбаясь, она вертит в своих изящных пальчиках бокал шампанского, что-то отвечая добродушному толстячку.
- Мама,- жалобно зовёт паренёк. Видя ту, что с рождения несёт в его сознание свет. Ту, что ассоциируется с домом. С местом, куда можно вернуться, найти защиту. Он находит в себе силы отлипнуть от стенки. Он находит мужество забыть о пронизывающей его тело боли, чтобы подойти поближе.
- Мама,- в его голосе слёзы.
Мгновение. Всего мгновение она растеряно смотрит на него. Всего мгновение её глаза таят недоумение. А потом в них вспыхивает злость. Черты её лица плывут, искажаясь, обостряясь, делаясь хищными, пугающими.
- Сколько раз повторять тебе? Ты! Не называя меня мамой!
Рука, что должна была бережно погладить, делает замах! Рука, что должна была приободрить, успокоить, помочь! Она летит навстречу и в следующий миг под потолком разноситься хлёсткий звук пощёчины.
Тело разрывается от боли. Она уже не сосредоточена в правом боку. Она охватила весь живот. Все тело. Она будто выворачивает его наизнанку.