Арабская жена

— Салям алейкюм, — слышу приятный голос знакомой девушки со стойки администрации.

— Алейкюм салям, — отвечаю, как велит арабский обычай. — Мне бы хотелось узнать, идут ли сейчас какие-нибудь занятия по аэробике? — начинаю следствие.

— Нет, к сожалению. На два дня клуб закрыт, приносим свои извинения.

— А что случилось? — допытываюсь я.

— На втором этаже стряслась авария — прорвало трубы. Из-за этого на первом было небольшое наводнение. Мы сейчас меняем все напольные покрытия. Ужас! — Кажется, девушка на том конце линии действительно в отчаянии. — Представляете, сколько работы?! Хорошо, что парни взяли выходные и помогают нам.

— Кто? — обеспокоенно спрашиваю.

— Ну, наши тренеры. Чего-чего, а физической силы у них хватает, сейчас они тренажеры из зала выносят.

— Там Рахман и Хамид? — У меня перехватывает горло.

— Вы их знаете? Славные парни.

— Да, когда-то познакомилась. — Мне уже хочется как можно быстрее закончить этот разговор — я и так узнала слишком много.

— К сожалению, Хамид куда-то вышел, но сказал, что еще вернется. Надеюсь.

— Значит, сейчас его там нет? — в ужасе уточняю я.

— Кто-то ему позвонил, и он выскочил на улицу как ошпаренный.

— Радостный? — Я дрожу всем телом, дыхание сбивается.

— Нет, скорее сердитый. Наверное, звонила его сестра. — Девушка-администратор беззаботно смеется.

— Спасибо за все, — убитым голосом произношу напоследок. — Желаю успешной уборки.

— А потом приходите к нам, приходите, — слышу я ее последние слова, а у самой нет сил даже нажать на кнопку разъединения.

Ну и что мне теперь делать? Если Мириам звонила по какому-то другому вопросу или вообще связывалась с другим человеком, значит, зря я поднимаю тревогу. Но если она у меня из-под носа смылась на свиданку с любовничком, то я буду виновата, скрыв это… Свидание — это еще пустяк, а вдруг они сбегут куда-нибудь за границу? Тогда ищи ветра в поле! И снова я буду во всем виновата… Может, сейчас они меня и пощадят — все-таки я беременна, — но никогда не простят. Безвыходная ситуация: и так плохо, а эдак еще хуже.

Окаменев, я сижу с телефоном в руке — не знаю, как долго. Внезапный звонок заставляет меня содрогнуться.

— Вернулась? — спрашивает взволнованный Ахмед.

— Нет, — безразлично отвечаю я. — Дадим ей еще немного времени.

— С десяти утра прошло уже достаточно. Дорогая, ты знаешь, который час? Половина третьего! — кричит он, и в голосе его слышны панические нотки.

Я смотрю на часы.

— Так что делать-то? — спрашиваю беспомощно. — Может, я возьму Джойси и пойдем ее искать? Пока еще не стемнело, будем ходить по полям и звать ее… — Я вскакиваю с места, преисполненная энтузиазма.

— Нет уж, ты лучше из дому никуда не ходи, на сегодня хватит и одной неприятности, — раздраженно говорит он. — А то еще и ты потеряешься.

— Это невозможно! Заблудиться здесь невозможно, и ты об этом знаешь. А сбега́ть я не собираюсь.

— Милая, извини, но я немного нервничаю. Имею право, — тихо поясняет он. — Я за тебя боюсь и не хочу, чтобы с тобой случилось что-нибудь скверное.

— Ладно, но сейчас-то что нам делать? — причитаю я, словно маленький испуганный ребенок.

— Я сажусь в машину и еду, срезая дорогу. Ты жди дома — вдруг она все же придет. Как только я приеду, мы начнем организованные поиски, а если они затянутся, вызовем полицию. Ничего не поделаешь.

— Надо бы сообщить маме и Малике.

— Будет еще время. Остаемся на связи.

В голову мою лезут самые мрачные мысли. Раньше-то я не понимала, зачем она сюда приехала, почему так легко согласилась у нас погостить; но теперь ее замысел мне ясен, все шито белыми нитками. Легче улизнуть отсюда, где вокруг одни пустыри, чем из дома, окруженного стеной двухметровой высоты.

— Джойси, подойди ко мне, пожалуйста.

— Да, мадам. — Девушка уже стоит в дверях и печально смотрит на меня.

— Пройдись-ка вокруг дома, может, увидишь где-нибудь мадам Мириам.

— Я уже ходила. Даже забралась на контейнер с водой, чтобы лучше видеть окрестности. Кроме работников, никого нет.

— А ты смышленая. Все понимаешь.

— Просто стараюсь помочь. Может, подать вам обед?

— Сейчас я не в состоянии проглотить ни кусочка. А Марыся что-нибудь ела?

— Ничего, кроме мороженого, но я накормлю ее потом. Не беспокойтесь сейчас о ребенке.

— Ты права. Спасибо.

Я отправляюсь в спальню и падаю на постель. Задумываюсь, что же я неправильно сделала, возможно ли было предотвратить бегство Мириам. Закрываю глаза.

Когда я их открываю, вокруг уже царит кромешный мрак. Господи Иисусе! Я вскакиваю на ноги и бегу в кухню.

— Джойси, хозяин вернулся?

— Нет, его не было, — встревоженно отвечает она.

— Который час? — машинально спрашиваю, бросая взгляд на настенные часы. — Восемь?! — ору истошно. — Восемь! И муж не звонил?! — Я начинаю паниковать.

— Вы же спали с телефоном. Я не слышала никаких звонков.

Бегу в спальню, с трудом добываю из-под одеяла телефон. Смотрю на экран. Ничего. Никто не звонил. Руки у меня дрожат. Я слышу, как сзади подходит Джойси.

— Помочь вам?

Наконец мне удается нажать нужную кнопку.

— Ахмед, ты живой?! — кричу в трубку я.

— Да, — слышу я его убитый голос.

— Что случилось?! Почему ты до сих пор не дома?!

— Я все расскажу, когда приеду. А приеду, наверное, около полуночи.

В эту секунду я слышу пронзительный женский крик.

— Что это? Кто это? — Затаив дыхание, я опускаюсь на край кровати. Мне становится дурно.

— Случилось самое худшее. Я не могу сейчас говорить. — Он разъединяется.

Что же это был за ужасный, почти животный вопль? Что он мог означать? Кто так кричал и почему?.. Внезапно я понимаю, что тембр голоса и его звучание мне знакомы. Это мать Ахмеда… Но что означает «случилось наихудшее»? Очередная измена Мириам, ее бегство или смерть?.. Но сейчас мне остается только ждать. И я чувствую себя виноватой, хоть и не могла ничего сделать.

Жизнь делает поразительные повороты, и судьба нас не щадит. Ахмед гнал на ферму на скорости сто шестьдесят километров в час. Как и я, он предчувствовал, что случилось что-то плохое. Выехал на дорогу между многоэтажками и не сбавлял скорости. Проехав несколько километров, увидел небольшую толпу, собравшуюся у дороги. Перед его глазами мелькнула лежащая на обочине фигура, и что-то его насторожило. Он остановил машину, вышел и медленно приблизился к собравшимся. Люди жестикулировали, кричали, хватались за головы. Растолкав толпу, Ахмед внезапно обнаружил, что он стоит над изувеченным телом Мириам.

Повинуясь первому же инстинкту, он упал на колени и с ревом принялся рвать волосы на голове. Толпа замерла, пораженная: никто не знал, что происходит, кто этот мужчина и кем ему приходилась погибшая женщина. Мириам лежала на боку, ноги ее неестественно изогнулись, одна стопа была расплющена, а на другой еще остался яркий шлепанец. Разорванное платье задралось вверх, открывая израненные бедра; Ахмед одернул его. Сняв пиджак, он накрыл им изуродованное лицо сестры: одна сторона распухла и почернела, на месте другой было кровавое месиво — без глаза, без брови, с выпирающими обломками кости. Волосы, склеившиеся от пота, грязи и крови, прилипли к черепу. В безграничном отчаянии Ахмед наклонился и осторожно обнял тело сестры, испуская истошные рыдания.

Через какое-то время послышался вой сирен — это ехали полицейские машины, а следом за ними карета скорой помощи.

Аварии никто из собравшихся не видел; из тех, кто дал показания, каждый признался, что оказался на месте происшествия, когда все уже было кончено. После осмотра места аварии полицией и оценки ситуации судебным экспертом было составлено заключение о том, что Мириам погибла на месте, сбитая, вероятнее всего, чьим-то личным автомобилем. Однако сам автомобиль отыскать не удалось. Что делала она в том районе и как туда попала, навсегда останется тайной. Но не для всех членов семьи. Мы — Ахмед и я — знали, кто там живет. Знала и Малика. Мне, к сожалению, был известен еще один секрет — факт телефонного разговора Мириам в день ее смерти, причем звонок, в довершение всего, был произведен с моего телефона. Об этом я не рассказала никому, зная царящий здесь закон: око за око, зуб за зуб. Сам разговор, конечно, еще ничего не доказывал, но для убитых горем родственников это могло бы послужить достаточным основанием для расправы. Я изъяла этот звонок из списка исходящих и удалила номер фитнес-клуба из своего телефона.