Страница 115 из 135
ДЖОАН И МАЙСТЕРБРАУ (II)
Айн канализация дико не понравилась.
— Как Петроград после революции, — сказала она с отвращением к жидким испражнениям и прочим миазмам, освещаемым светом ее Лампы. — В нем бурлила скверна и коррупция.
— Зато здесь нет компьютерных вирусов, — отметила Джоан. — Вам волноваться не о чем.
— Но как вы можете такое выносить? Мне бы надо было неделю отмываться после часа пребывания в подобном месте...
— Сейчас, честно говоря, меня больше беспокоит качество воздуха. — Джоан часто сверялась со сканером атмосферы на комбинезоне. — У меня всего один бак с кислородом, а я забыла спросить у Фатимы отчет по метану.
Некоторое время они плыли молча, Айн корчила рожи при виде каждой новой прелести, поднимающейся от хода баржи. Потом Джоан сказала:
— Айн, разрешите воспользоваться вашей мудростью…
— Теперь вам понадобился мой совет?
— Я вот думаю о том, что сказала Фатиме, и как-то не совсем все складывается. Если ГАЗ вправду не может прямо так меня убить, потому что это было бы не иронично, то что делала Собака на вокзале? Как пить дать, было похоже, что она собирается меня убить, хотя, если вот сейчас прикинуть, она могла бы и куда агрессивнее себя вести…
— Агрессивнее? — удивилась Айн. — Вам же пришлось расплющить ее такси.
— И кстати, — ответила Джоан, — само такси? Очень любезно с его стороны было появиться в тот миг, когда мне понадобилась тачка. И какая удача, что Слуга решил остановиться и выйти из машины, а не переехать меня. И еще бо́льшая удача, что он сначала перестрелял вокзальных охранников, а не снес мне башку, хотя у него была такая возможность.
— Вы думаете, все это было напоказ?
— Не все, — сказала Джоан, потрогав ребра. — Если бы я не воспринимала угрозу всерьез, я уверена, что мне бы досталось — куда больше досталось. Но интересно, как получилось, что, когда я вышла из поезда, на меня начали нападать, не давая передохнуть ни секунды… пока я не добралась до Зоологического бюро. А теперь вот я тут… кстати, где? — Она посмотрела на Электромеркатор. — На перекрестке 70-й и Колумба, и с тех пор, как мы отошли от причала, ко мне даже не клеятся. Может, вся эта суматоха, что происходила снаружи, была для того, чтобы заставить меня плыть в «Вавилон» под землей.
— Но почему?
— Вот это я как раз и хотела бы узнать, — сказала Джоан. — С одной стороны, если я попаду в «Вавилон» через канализацию, это значит, что входить я буду через подвальный этаж, где как раз должна располагаться бомба. Если… Айн, вы уверены, что вы не бомба?
— Абсолютно. — Философ нахмурилась. — Но поскольку я не знаю, почему я абсолютно уверена, глупо с вашей стороны этому верить.
— Ну, допустим, я это принимаю дискуссии ради. Если вы не бомба, то где ловушка?
— Этого я тоже не знаю. Но поскольку мы обе знаем, что ловушка есть, зачем вы в нее идете?
— У меня нет выбора, — ответила Джоан. — Я должна рискнуть. Гувер сказал, что в моих силах остановить геноцид, и если…
— Нет, — поправила Айн. — Гувер сказал, что в ваших силах прервать цепь описанных им событий. Но он не гарантировал, что это кого-то спасет. Что, если вы остановите вирус — возможно, пожертвовав собой, — а геноцид все равно случится, как-нибудь иначе? Разве это не будет иронично?
— Почти так же иронично, как если бы я остановила геноцид из эгоизма, а это не принесло бы ничего хорошего… С другой стороны, если я попробую перехитрить ГАЗ и не пойду в «Вавилон», вирус выйдет наружу, и я умру, зная, что могла бы это предотвратить… — Джоан покачала головой. — Путаница какая-то. Что ни выбери, все может оказаться ошибкой. А возможно, правильного решения и нет — Янтарсону Чайнегу ГАЗ выхода-то не оставил. Проблема в том, что у меня, как и у Чайнега, не хватает информации, чтобы сделать правильный выбор.
— И поэтому вы плывете в «Вавилон»? Делаете именно то, чего от вас хочет ГАЗ?
— Мне все же может повезти, — сказала Джоан. Она потрогала четки и добавила с большей уверенностью: — К тому же, если все равно умирать, лучше уж умереть, пытаясь что-нибудь сделать, чем в бездействии.
— Может, в этом и ловушка.
Что-то стукнулось в баржу снизу.
— А! — вскрикнула Айн. — Голова!
— Что?
— Оторванная голова! Вон!
Позади плоскодонки плавали различные части тела.
— Это от андроида, — сказала Джоан, заметив торчащие из оторванной конечности провода. Впереди из темноты показались две угнанные баржи. Они столкнулись, либо случайно, либо намеренно; одна почти лежала на другой, и у обеих были повреждены килевые доски. На палубе верхней плоскодонки, распластавшись, лежал безголовый Автоматический Слуга.
— Еще кое-что забыла спросить у Фатимы, — сказала Джоан, обруливая обломки. — Сводку из мира живой природы.
— Кто мог это сделать?
— Например, Architeuthis princeps[318]. Или особо резвый Crocodylus niloticus. Хотя он должен был быть охрененных размеров, чтобы настолько изуродовать лодки. Или, может… «Болеро».
— Что?
— Слушайте, — сказала Джоан. И Айн тоже услышала: музыка — классическая — раздавалась где-то неподалеку в тоннеле, но звучала приглушенно, словно из-под воды.
— Что это? — спросила Айн.
— Старый партнер по плаванию, — ответила Джоан. Она подняла гранатомет и проверила, заряжен ли он.
Прямо впереди лежал перекресток; когда они на него вышли, музыка стала громче. Джоан посмотрела в тоннель по левую руку и увидела, как поверхность воды взрезал плавник. Она выстрелила в него гранатой и врубила полную скорость. Взрыв добавил перкуссии к маршу Равеля.
До этого момента Джоан фары не включала, Лампа Айн служила единственным источником света. Теперь же она зажгла все прожектора, стараясь при этом выжать из баржи максимальную скорость.
В кильватере плоскодонки показался плавник Майстербрау. Судя по всему, взрыв ей особого вреда не нанес. Джоан зарядила еще одну гранату. Несмотря на то что двигатель крутился на максимальных оборотах, акула плыла быстрее баржи, поэтому Джоан стала ждать, когда она подплывет ближе. У самой кормы Carcharodon высунула из воды морду. Джоан выстрелила; граната разорвалась над головой Майстербрау, осыпав спину осколками.
А ей опять хоть бы хны.
— Вот блядина бронированная, ебаный мутант… — проговорила Джоан.
Разряд был такой, словно пятки ей пробили две гремучие змеи. Придя в себя, Джоан поняла, что голова ее свисает с транца, а в ноздри бьет противный запах канализации. Она подняла взгляд: Майстербрау вздыбилась из воды, а ее тело обвил громадный коричневый угорь, испускающий синие электрические молнии. Carcharodon с угрем ударились о потолок тоннеля и снова рухнули, подняв в битве фонтаны мерзости. Баржа стремительно плыла дальше — все еще на полной скорости.
— Что… — Изображение Айн было нечетким, словно отражение на подернутой рябью поверхности пруда; ей пришлось постараться, чтобы вернуться в форму. — Что… что это было?
— Electrophorus electricus, — пояснила Джоан. Она села; все суставы были словно из битого стекла. — Предполагается, он обитает где-то под Второй авеню, но, наверное, заскучал и переселился. — Дрожа, она протянула руку к рулю, чтобы отойти от тоннеля, к которому несло баржу. — Резиновые сапоги я тоже забыла…
СИЛА ПОЗИТИВНОГО МЫШЛЕНИЯ (II)
Услышав призыв Роя, в офис Ганта вошли Амос и Энди — они вталкивали большой комод на колесиках, завернутый в простыню. Поставили его около игровой установки и подключили к центральному процессору. Потом открыли одинаковые коричневые ящики с инструментами и принялись ковыряться в панелях управления, а беседа тем временем продолжалась.
— Давайте все проясним, — говорил Гарри Гант, — вы хотите устроить соревнование, чтобы выяснить, кому из нас быть мной?
— Считайте это попыткой агрессивного поглощения, — предложил Электрогант. — Вам бы это все равно грозило, если бы у Янтарсона Чайнега голова была потверже.