Страница 15 из 128
Сверчок лишь одобрительно тренькал. Нет, он не боялся – ведь они были вооружены!
11.
Светка вжалась головой во влажную наволочку и внимательно прислушивалась к застывшему на пороге комнаты дыханию.
«Ну вот, началось!» – вертелось в голове нечто подвижное, многоглазое, сучащее мохнатыми лапками. Это был огромный паук. Кровожадный палач, что поймал её в свою ловчую сеть. Потом скрутил по рукам и ногам, вонзил в девственное сознание эфемерные клыки, впрыснул яду и теперь с наслаждением наблюдал за метаниями страдающей жертвы... За тщетными попытками высвободиться из плена. Но от кромешного ужаса не было спасения, а виновата во всём происходящем была только она сама. Не нужно было закрывать глаза в темноте, потому что последняя таит загадки. Не их ли задают главным героям в сказках, обещая награду за правильный ответ? А что есть награда?.. Ну же, вдумайтесь в смысл – или вам в детстве не читали сказок? Суть в том, что правильный ответ влечёт за собой новые свершения, то есть поступки, а именно поступки слагают жизнь. Это наши шаги: обдуманные или нет. Первые привносят в жизнь крупицы счастья. Вторые поражают рассудок. При этом гибнет душа, и человек становится слепцом. Он вынужден веки вечные бродить под надзором своего хозяина, выполнять его волю, чинить зло. Бежать невозможно, потому что нет больше ответов на вопросы, а соответственно и шагать тоже некуда. В кольце всегда так. Потому что каждый новый шаг – лишь повторение уже пройденного.
Волосы на затылке еле заметно шевельнулись. Светка прекрасно знала, что кончик каждой волосинки оплетает неразличимая ниточка нейронной сети засевшего в голове существа. А она сама, со стороны, похожа на уродливого симбионта, или на неизвестного науке репликанта, утратившего душу. Пока за ниточки ничто не дёргает – всё вроде бы нормально, по крайней мере, не вызывает тревоги. Однако когда начинаются чуть уловимые подёргивания, сознание недвусмысленно намекает на присутствие посторонней воли, преследующей собственные потаённые цели. По узлам нервной системы скользит что-то липкое, омерзительное, провоцирующее ступор...
Как скользит прямо сейчас по бёдрам!
«Ну вот опять, началось!»
...А на горизонте подсознания всё отчётливее царит пресловутая планета Кварк – её сумасшедший внутренний мирок, что ожидает неминучего коллапса.
Светке сделалось не по себе, однако она не смогла пошевелить даже пальцем. Рука дёрнулась, но тут же замерла, словно пришитая к перине. В горле пересохло, а мысли напоминали ослеплённых птиц, вынужденных мчаться в разные стороны, утратив основные ориентиры.
К ней кто-то пришёл. Оттуда, из другого мира. Из мира, под названием «планета Земля».
«Это он! По любому он, потому что больше некому. Марина не решится предпринимать каких бы то ни было решительных мер при нём. Только когда его не будет дома. По крайней мере, так обстояло до сегодняшнего вечера... Почему именно до сегодняшнего? Потому что до сегодняшнего вечера не решался и он. Это была незримая черта, которую они оказались не в силах перешагнуть. Теперь, вот, совместно перешагнули, открыв новый горизонт».
Светка вздохнула.
«Тогда почему же он не заходит? Или всё же она... Не решается, или просто догадывается, что именно происходит с её дочерью в данный момент? Вот уж нет! Откуда, им, в действительности, знать?! Хотя... Ещё пара секунд – и завтра о тайне узнают все. Я уделаю простынь кровью – и получу по утренней зорьке – ах, как возвышенно это звучит! Долбанные ублюдки! Все те, что придумали этот осточертевший мир! А получу я обязательно. Сначала от неё за простыни и игру в молчанку, а потом и от него, когда снова появится потребность в насилии. Смешно, но выходит, теперь они заодно. Враги заключили союз. Только пока неясно, к чему именно сводится их план. Чья цель перевесит, и что ожидает в конце? Хм...»
Надо сказать, чаши весов, раскачивающиеся перед носом, то и дело ускользали от взора. Хотя, если учесть амплитуду колебаний, тогда на обеих был взвален неимоверно тяжёлый груз. И груз этот...
«Цена человеческой жизни?..»
Светка кое-как преодолела страх. Уселась на кровати. Поджала худые ноги и нерешительно оглянулась. Дверь была закрыта, но ручка еле заметно вздрагивала, выдавая чьё-то присутствие, – по ту сторону и впрямь кто-то был! Да что там ручка – Светка и без того прекрасно ощущала присутствие чего-то потустороннего. Рефлексы натренированны годами борьбы за существование, отчего застать её врасплох практически невозможно.
Даже чему-то, прибывшему извне – да оно может манипулировать психикой, но подавить волю окончательно всё же не в силах.
Светка пригладила взъерошенные волосы. Пальцы неприятно липли, словно в общую спутанную массу и впрямь было вплетено что-то скользкое. Она всего лишь жалкая марионетка в чьих-то ужасных щупальцах. В отростках, решительно ускользающих под кровать, в тёмный, всепоглощающий сгусток отчаяния, детских страхов и неблагополучия. Скорее даже, это обречённость: оно приходит, хочешь ты того или нет, когда просто не остаётся сил для борьбы. Можно заставить себя разглядеть, что подкарауливает за перекрёстком судьбы... Но, по существу, это и без того известно – реальность, как раскрытая на ветру книга. Нужно лишь прочесть мелькающие на страницах повседневности заглавия, как тут же становится ясен смысл всего произведения.
«Сегодня что-то должно выглянуть из темноты. Наши страхи были принесены в жертву ненависти, и над алтарём уже занесена уродливая клешня. Это игра, и она должна быть кровавой. Смысл, иначе, пугать? Брать под контроль. Вершить суд. Преследовать цель, – Светка протяжно вздохнула, страшась собственных мыслей. – Интересно, что будет, например, через год? Как если бы была возможность, преодолев время, заглянуть в будущее проигрывающейся в настоящем действительности... Что бы я там увидела? За предельной гранью? В другой реальности, сценарий которой сейчас только пишется. Продолжение вселенского зла или благополучный исход? А вдруг ничего?! Непроглядную темень, какая царит в сверхмассивной Чёрной дыре? Хотя там не может ничего быть – внутри сингулярность, потому что не действуют законы. Те законы, согласно которым мы живём».
Светка заломила кисти рук, отчаянно прислушалась к стучащему в груди сердцу. Было неприятно. Казалось, то вот-вот собьется с заданного ритма и больше не застучит. Никогда-никогда.
«Не стоит заглядывать так далеко – ведь там и впрямь может ничего не оказаться. Ничего... Оказаться... Как-то жутко выходит, если вплести в одну фразу эти два слова, тем более сделать их зависимыми друг от друга. Казалось бы, смысл должен утрачиваться окончательно, однако, на деле, получается, всё наоборот! Понятия существуют, а дно Чёрной дыры и впрямь может быть чем-то населено!»
По комнате прогулялся сквозняк. Светка сжалась ещё сильнее. Дверь продолжала оставаться закрытой. Внизу живота обозначилась тянущая боль – такое ощущение, что внутри что-то отмирает... Светка, в отчаянии, зажала уши влажными ладонями, силясь избавиться от приставучего внутреннего голоса – тот и без того нашептал на сотню бессонных ночей!
За волосы кто-то потянул. Несильно так, словно заигрывая. На периферии зрения вспыхнули и медленно погасли белые болиды. В ушах звучала неприятная тоника.
Один импульсивный кивок головой – и ощущение прикосновения тут же исчезло.
А было ли оно?
«Нет, ничего не было! Мне просто показалось! Потому что нервы и без того на пределе! Нужно в больницу, к врачу! Пусть пропишет этот чёртов алпразолам, которым любит «закидываться» Марина! Уж лучше бросаться на всех в открытую, а не слушать по ночам параноидальный бред собственного подсознания! – Светка зажмурилась, стиснула зубы. – В этой комнате ничего нет! Ничего! Слышишь меня?! Ничего!!!»
Эфемерное существо, не ощутив привычного страха, тут же сморщилось, скукожилось и скользнуло под кровать – в пыль и темень, – поджидать очередного удобного случая, чтобы вновь напомнить о своём существовании. Отрицание не решит проблемы. Оно её просто отодвинет. Но, рано или поздно, всё вернётся на круге своя, как это и задумывалось в самом начале, когда было мало данных, а суть мировых вещей можно было просчитать по пальцам.