Страница 146 из 196
Яська пожал плечами.
- Но ведь совсем без стремления тоже нельзя. Скучно станет жить. Утратится смысл.
Ярослав мимолётно улыбнулся.
- Возможно, ты прав, – он помолчал. – Ведь в детстве все мы мечтаем. А чем это – не стремление?
- Ну да. Только мама почему-то всегда корит: мол, нельзя вечно летать в облаках, а то можно привыкнуть и вырасти бездырем или безындой.
- И вовсе нет! Просто твоя мама – взрослая. Она – на другом уровне. Ей наскучили игры, потому что там, всё так, как ты того хочешь. Захотел играть в космонавтов – залез в беседку на школьном дворе и пожалуйста: вот тебе космолёт. Потянуло в морские глубины – скорее под землю, в теплотрассу: по местам, задраить все люки, подлодка идёт на погружение! Наскучило и это – можно просто носиться по полю, воображая себя бесстрашным ковбоем, что задался целью избавить от бандитского гнёта всех малоимущих! – Ярослав вздохнул. – В реальности же, всё иначе. Нужно продумывать заранее: каждый шаг, каждое слово, каждый поступок. Потому что ничто на этом свете не возникает просто так из ничего и не исчезает бесследно. Волшебная палочка доступна лишь в фантазии. В реальности же, тут и там, подстерегают ошибки. Однако не все ошибки, рушат жизнь... хотя и многие. Главное, не стать «слепцом», потому что это и есть истинный конец. Скорее всего, твоя мама опасается именно этого: что в пылу детской игры, ты попросту утратишь способность воспринимать реальность такой, какая она есть на самом деле. Что ты однажды споткнёшься.
- И какая же она, эта реальность?
- На этот счёт, у каждого своё мнение. А обретение придёт, лишь после того, как ты завершишь свой Путь.
Яська задумался. Потом спросил:
- Но ведь мы же не играем – всё по-настоящему?
- А ты уверен в этом?
- В смысле?
- Вдруг с нами просто кто-то играет, заставляя думать, что всё взаправду, хотя на деле, происходящее – лишь плод его больного воображения...
Яська почесал затылок. Задрал голову вверх. Глянул на недвижимые тучи, заточённые за фермами моста. Они словно налились свинцом. Казалось, что-то распирает их изнутри, силясь прорваться наружу. Но серый монолит сдерживал постороннюю волю, лишь изредка давая скупую «трещину».
- Как бы ни было на самом деле, – прошептал Яська, – ответ сосредоточен именно там, – и он ухватился за перекладины лесенки, взмывающей вверх попутно с бетонной сваей, на которую они выбрались из воды.
- Разве ты ищешь ответ? – холодно спросил Ярослав.
Яська замер с простёртыми вверх руками.
- Я ищу друзей, – ответил он, смотря на металл перед собой. – И найду. Но только Тьма не отстанет, пока мы не узнаем, кто за всем этим стоит. Она может быть и отпустит, однако не на долго – я в этом уверен. Она знает, что мы знаем о Ней. И Те, кто наблюдают, тоже знают. Так что чего-то другого попросту не остаётся.
Яська кивнул, словно этим жестом заставлял поверить в только что сказанное собственное сознание. Это казалось странным: ведь именно последнее в ответе за все наши поступки. Однако к озвученной фразе сознание не имело никакого отношения. Смысл зародился много ниже, такое ощущение, именно там, где расположена колыбель чувств.
Ярослав ничего на это не ответил, и они полезли вверх.
Какое-то время ничего не менялось. Сверху напирали тучи, со всех сторон обступал металл, далеко внизу булькало вязкое «молоко». Прохладные перекладины лесенки были приятными на ощупь – Яська даже пару раз прикасался к ним разгорячённым лбом, в попытке унять беспорядочные мысли. Помогало. Но лишь на какое-то время, после чего шум внутри головы возвращался к прежней отметке.
В какой-то момент Яська понял, что становится темнее. Далёкий горизонт заслонился тёмным покрывалом, словно чего-то опасаясь, или желая скрыть уже содеянное зло. Яська в ужасе глянул вверх. Ничего. Лишь непроглядная темень, будто они вовсе не поднимаются по лесенке, а, наоборот, спускаются вниз! В бездонную чёрную нору, в которую, если сорвёшься, то будешь падать целую вечность, или до тех пор, пока не утратишь здравый рассудок и не сойдёшь с ума.
Яська встревожено переступил с ноги на ногу. Глянул вниз, мимо сопящего Ярослава, вопросительно смотрящего в ответ: мол, чего ещё стряслось?
Внизу было светло, как и прежде. Мерно резался бетонной опорой напополам молочный поток. Аппетитно булькал на другой стороне, вновь сливаясь воедино. Уносился вниз по прямой, верша смысл своего бытия.
- Что-нибудь не так? – всё же спросил Ярослав, читая в Яськиных глазах неподдельный испуг.
- Темнее стало, тебе так не кажется?
Ярослав огляделся.
- Может ночь просто надвигается?.. Сколько мы уже здесь?
Яська мотнул головой.
- Да не ночь это. Глянь, как внизу, а потом сравни с чернотой над головой! Разве не видишь разницы?
Ярослав посмотрел под ноги, потом задрал голову вверх.
- Мы, кажется, в самые тучи лезем, – он вновь посмотрел вниз. – Да не может быть! Мы метров сто всего лишь проделали – облака не могут быть так низко!
- А что, если это не облака вовсе? – хрипло спросил Яська.
- Тогда что же это такое?
Яська ничего не ответил. Он вдохнул полной грудью и возобновил путь.
«Будь что будет. Главное, разыскать Кольку и Тимку, а вместе мы что-нибудь непременно придумаем! Вот только как же их разыщешь в такой темнотище?..»
Мрак обступил со всех сторон. Навис голодной вороной над головой, вцепился в волосы, потянул в неизвестность, принялся сновать туда-сюда перед лицом... Он желал одного: чтобы Яська отмахнулся, утратив бдительность, и полетел вниз головой туда, откуда пришёл. Ему не место здесь. По крайней мере, не сейчас, потому что он запросто всё разрушит. Разрушит Мост, что веками строила древняя цивилизация, для того, чтобы соединить две разные протоформы. Этот Мост видел истинное воплощение ужаса, как и жуткий кошмар, что когда-то царил под его опорами, который не сможет уместиться ни в одной человеческой голове. Тем более, в сознании мальчишки, сунувшего нос за грань дозволенного.
«Ясь, а Ясь... каково тебе в нас?»
Яська промахнулся мимо перекладины. Взмахнул руками, всё же сохранил равновесие и вновь вцепился в металл. Сердце загнанно колотилось; в груди, под ямочкой, сновали электрические заряды... а вот сознание оставалось кристально чистым, словно мрак действительно не коснулся его.
Яська нащупал липкими от пота пальцами поперечную балку. Опёрся об неё, перенёс вес тела на руки и сел, свесив ноги вниз. Рядом тут же возникло личико Ярослава: бледно-лиловое и неимоверно встревоженное. Он ощупал пространство перед собой и повторил Яськин манёвр. Уселся рядом. Выдохнул. Прислушался.
- Да мы вовсе не на Мосту сейчас, – глухо прогудел Яська, точно нудный тип, помешанный на скепсисе.
Ярослав постучал по металлу над головой.
- Тогда где же?
- Мы – внутри.
- Внутри чего? – без выражения спросил Ярослав.
- Внутри сферы.
- Какой ещё сферы? – не понял Ярослав. – Чего ещё такое сочиняешь?
Яська грустно вздохнул.
- Там, за кладбищем, я видел истинную Тьму. Не каких-нибудь там фанатиков, пророков или иноверцев, что делают страшные вещи, заявляя во всеуслышание, что вершат потустороннюю волю. Вовсе нет. Это была Тьма, заполнившая собою чужое тело. И Она делал с этим телом всё, что Ей заблагорассудится.
- Почему ты раньше ничего не сказал?
Яська пожал плечами. Тут же сообразил, что Ярослав не видит его жест, добавил вслух:
- Я тогда ещё не понимал, в чём суть...
- А сейчас, выходит, понял?
Яська смиренно кивнул.
- Видишь ли, дело вовсе не Пути. Они построили Мост, чтобы соединить два берега – тогда Они ещё и не помышляли о «бегстве».
- Разве Мост – не одно из проявлений Пути? Мы ведь к этому, вроде как, пришли...
- Я... Я не знаю. Но Мост был нужен Им для того, чтобы с той стороны пришла Тьма, – Яська вздохнул. – И Тьма явилась на зов. А с ней, её услужники и соплеменники. Они рвались вовсе не наружу, а внутрь. Мне кажется, именно этого и не учли Те, кто возвели Мост. А когда Они всё же познали мрачную истину космоса, было уже поздно. Им пришлось бежать. «Плыть» за горизонт, в надежде, что Тьма не сможет Их нагнать. Они ушли, но Мост так никуда и не делся. Он стоит в Молочной Реке, между кисельными берегами, и раз за разом открывает Врата. Те самые, по которым завершившие Путь, уходят за грань... а на Землю проникает Зло. А мы же его...