Страница 9 из 15
Ганс. Губерт! Ну я же прошу!
Губерт. Слушаюсь! (Поет.)
(Уходит.)
Марта. А помнишь дождь?
Ганс. Что?.. А, тот потоп?.. (Смеется.) Да.
Марта. Какие мы были счастливые, Ганс!
Ганс. Да. Да-да.
Марта. Какой ты был тогда! Что ты устроил!..
Ганс кивает.
..Я тебя таким раньше не видела.
Пауза.
Ганс. Она не знает всего, что тогда было.
Марта. Как ты меня любил, ты помнишь?
Ганс кивает. Начинается и с каждой секундой усиливается шум дождя. Гремит необычайная гроза. Темнеет.
В возбуждении, смеясь, движутся люди. Отблеск огня, молнии. Это подвальный ресторанчик Ганса.
Дождь так силен, что заливает пол. Хустен сидит, поставив стул на стол. Кто-то на другом столе, кто-то на стойке. Нэф и Урсула – она в огромных галошах – вычерпывают с полу воду. У очага – Ганс в поварском колпаке. Он возбужден и весел, как все, жарит мясо, угощает. У людей в руках кружки. Они поют: «Нам не страшен серый волк!» Шум грозы забивает голоса.
Штоп. Боже, боже! Что же будет! Все пропало, все залило!
Нэф. Аврал! Свистать всех наверх!
Xустен (кричит весело). Раз в неделю соберешься спокойно поужинать, и что? (Хохочет.)
Ганс. Все нормально, дядюшка Хустен! Ваш цыпленок! (Подает ему цыпленка на вертеле.)
Учитель. Стихия, стихия! Такой грозы не было девяносто шесть лет, клянусь вам!
Полицейский. А может быть, это какое-то новое оружие, а? Под видом грозы? Может, началось, а?
Новый раскат грома.
Мария. Ой! Я с ума сойду от страха!
Ганс (обнимает ее). Ну-ну, что ты, девочка, не бойся.
Мария. Ой, Ганс, не могу. А тебе? Не страшно?
Ганс. Мне весело. (Целует ее.)
Мария. Ты что, Ганс?
Ганс. Тихо, тихо! (Опять целует.) Как ты мне нравишься!
Мария. Ой, Ганс! А Марта?
Ганс. Марта – это Марта. Я очень (целует) люблю (целует) Марту (поцелуй), очень (поцелуй), очень (поцелуй).
Мария. О Ганс!
Хустен (поет, приплясывая на столе). «Нам не страшен серый волк, серый волк, серый волк!..»
Ганс. Так, дядюшка Хустен, так, так! Веселей!.. (Целует Марию.)
Полицейский. Э, э, Ганс!.. Пережаришь мой кусок!..
Ганс. Не волнуйся! Лови!
Не отпуская Марии, Ганс другой рукой выхватывает из огня кусок мяса и бросает Полицейскому. Тот ловит.
Штоп. Боже, чему вы радуетесь? Все пропало!
Ганс. Бросьте канючить! Такая гроза! Черт возьми, как мне весело! Включите музыку!
Штоп. Не включайте! Ничего не включайте! Никакого электричества! Еще не хватало пожара!
Полицейский. Пожар во время наводнения – это класс!
Ганс. Тогда споем! Все! Дружно! Дядюшка Хустен, ну-ка!
Поют. Вбегает Прохожий с портфелем и зонтиком. Попадает в воду.
Прохожий. О! А я хотел скрыться у вас от потопа!
Xустен. У нас у самих потоп! Наводнение!
Ганс. Тонем!
Нэф. Пробоина в трюме!
Смеются.
Учитель. Вы знаете, что такой грозы не было девяносто шесть лет?
Полицейский. Но, возможно, это и не гроза.
Хустен. Потоп, потоп!
Прохожий. Но надо же что-то делать, принимать меры.
Штоп. Да-да, я тоже говорю: принимать меры.
Прохожий. Дисциплина. Порядок. Хаосу мы должны противопоставить порядок.
Ганс. Все прекрасно, уважаемый! Присаживайтесь! Влезайте на стойку! Вы когда-нибудь ужинали в такой обстановке? Все ужины похожи один на другой, как бифштексы. Не так ли? А этот, по крайней мере, запомнится вам навсегда! Что желаете?
Прохожий. Какой ужин! Тут как в окопе под массированным обстрелом!
Ганс. В таком случае съешьте консервов и запейте водой!
Хустен (хохочет). Правильно, Ганс! Консервы!
Нэф. Вот вода!
Потешаются. Новый удар грома. Вбегает Марта. С нее льет.
Марта. Ганс! Ганс!.. О, слава богу! Ты здесь!.. Ой, как я бежала!
Ганс. Марта? Ты? Почему? Зачем?
Марта. Ой, дай отдышаться!.. А у вас-то что делается!
Хустен. Потоп! Наводнение!
Учитель. Такой грозы не было сто лет!
Ганс. Ты мокрая, хоть выжми. Надо переодеться… Мария! У тебя ничего не найдется? Как ты добралась? (Марии.) И налей ей, пожалуйста, чего-нибудь покрепче… (Марте.) Ну что ты? Ты же была дома.
Марта. Да. Но это так страшно. Я испугалась. Мне бог знает что лезло в голову. Что рушатся дома. С тобой что-то случилось.
Ганс. Ты пешком?
Марта. Да, я не выдержала. Бегом. А знаешь, какой ливень? Просто нельзя дышать. Одна вода… Ганс!.. (Смеется.)
Ганс. Глупенькая моя! (Гладит и целует ее.)
Мария подносит рюмку, ждет.
Марта. О Мария, спасибо. Это крепко?
Ганс. Выпей, выпей, тебе надо согреться. И я с тобой, хочешь?
Марта. Ты, по-моему, уже. Что у вас так весело?
Ганс. А что? Почему бы не отпраздновать такое роскошное явление природы? Правда, Мария?..
Мария (Марте). Идемте, я дам вам переодеться.
Марта. Спасибо. (Пьет.) О, крепко!.. Не пришлось бы здесь ночевать. (Уходит с Марией.)
Ганс. Ну и что? И заночуем! А?.. Друзья! Останемся здесь! Еды и вина хватит! Ночуйте! Гуляйте!.. Нэф, подбрось углей!.. Я обещаю вам ужин, какого вы не видывали!.. Вы слышали? Вы видели мою жену? Она прибежала пешком с Блюменштрассе под таким дождем! Ради меня! Поняли? Разве не стоит выпить за такую жену? Я угощаю.
Хустен. Ура! Да здравствует Марта!
Полицейский (тихо). По-моему, ты только что обнимал Марию?
Ганс. Я? Ну и что? Мария – это Мария, а Марта – это Марта… Друзья! Прошу! Прошу, всех! (Наливает всем.)
Прохожий. Я выпью. Но я заявляю: это странное, беспричинное веселье. Надо работать.
Штоп. Ганс! Что ты распоряжаешься? Я закрываю ресторан. В такой обстановке…
Ганс. А людей выгоним на улицу?.. Бросьте, Штоп! Выпейте лучше!
Штоп. Я не хочу пить! И вообще! Я вас предупреждаю. Пьете во время работы, обнимаете женщин…
Ганс. Моя работа – это мой родной дом! О чем говорить!
Прохожий. На работе можно. На работе все можно. Лишь бы на работе.
Выходит Мария. Ганс приближается к ней.
Ну что там? Все в порядке?.. Выпей с нами, девочка!..
Полицейский. За его жену.
Мария. Да, она переодевается. (Тихо.) А если бы она вошла минутой раньше?
Ганс (беспечно). Но она же не вошла. Что ты расстраиваешься?