Страница 12 из 83
Сержант Арчибальд Мак–Клостоу еще не был знаком с мисс Мак–Картри. Получив назначение в Каллендер по собственной просьбе всего несколько месяцев назад, он наконец–то обрел спокойное местечко, где мог без треволнений прожить последние перед отставкой годы. Ничего не делая, но получая за это зарплату, Мак–Клостоу спокойно дожидался того дня, когда снимет форму и уедет наслаждаться заслуженным отдыхом в родную деревушку Хоббкирк, которую считал самым красивым уголком Приграничной области, и тогда–то уж сможет с утра до ночи предаваться всепоглощающей страсти к шахматам. С констеблем Сэмюелем Тайлером Арчи прекрасно ладил, поскольку тот так же мало напоминал полицейского, как и он сам, и, радуясь мирному нраву жителей Каллендера и его окрестностей, с удовольствием проводил чуть ли не все дни напролет на рыбалке. Ни тот, ни другой не сочли нужным обзавестись женами. И нисколько об этом не жалели.
Каждое утро, войдя в участок, сержант с тревогой оглядывал рабочий стол, но тут же с облегчением переводил дух, не обнаружив ни единой бумажки, которая могла бы нарушить его размеренное существование. Потом он спокойно доставал шахматную доску, расставлял черные и белые фигуры и погружался в изучение задач, еженедельно публикуемых «Таймс». Не отличаясь блестящими умственными способностями, Мак–Клостоу обычно корпел над каждой как раз неделю, беря скорее трудом, чем сообразительностью. Арчи твердо стоял на земле и не доверял интуиции. Впрочем, он всегда прекрасно обходился и без нее.
Сэмюеля Тайлера на месте не было, и мисс Мак–Картри сразу вошла в кабинет сержанта. Арчибальд и не подумал отвлечься от шахматной доски — его слишком занимала десятая попытка белых коней в три хода покончить с «черными». Однако, помимо прочих достоинств, Иможен обладала большим упорством. Немного подождав и убедившись, что полицейский не желает обратить на нее внимание, она с такой силой стукнула кулаком по столу, что шахматные фигурки разлетелись в разные стороны.
— Ну? — рявкнула мисс Мак–Картри.
Арчи не сомневался, что на сей раз почти разрешил задачу, поэтому взглянул на Иможен очень сердито.
— Что «ну»?
— А то, что меня очень интересует, соблаговолите вы когда–нибудь заметить, что я здесь, или нет! И, прежде всего, кто вы такой?
— А вы?
— Я Иможен Мак–Картри!
— Вы что, издеваетесь надо мной?
— Я? С чего вы взяли?
— Да просто ни одна порядочная женщина не стала бы носить такое имя!
На мгновение мисс Мак–Картри лишилась дара речи, но тут же последовал яростный взрыв:
— Вы хоть соображаете, что оскорбили моего папу?
— А вы — что отнимаете у меня время?
— Так вы вообразили, будто правительство платит вам за игру в шахматы?
— Мое воображение вас не касается, а если вы сию секунду не уберетесь отсюда, я арестую вас за оскорбление полицейского при исполнении им служебных обязанностей!
Иможен мстительно рассмеялась и ткнула пальцем в шахматную доску.
— Это и есть «исполнение обязанностей»?
— Уйдите или я позову констебля!
— Да ведь вы и сами констебль!
— Что? Ах да, верно… Но в конце–то концов, скажите, Христа ради, что я вам сделал!
— Мне? Ничего!
— Тогда какого черта вы явились сюда морочить мне голову?
— Потому что меня обокрали.
— Это неправда!
— Неправда?
— Да, потому что ни в Каллендере, ни в округе отродясь не было воров со времен этого мерзавца Боб Роя!
Иможен подскочила, словно ее огрели хлыстом.
— Что вы посмели сказать, грязный легавый?
Услыхав такое оскорбление, теперь уже Мак–Клостоу задохнулся от бешенства.
— Ну вы, осторожнее! Полегче на поворотах, мисс! Красные волосы еще не дают вам права…
— Волосы у меня красные потому только, что у моего отца были точно такие же, и я не позволю какому–то паршивому ублюдку…
— Вы назвали меня ублюдком, мисс?
К счастью, в участок после утреннего обхода вернулся Сэмюель Тайлер. Не догадываясь о драме, нарушившей покой его шефа, он вежливо козырнул дочери капитана, с которым в юности ему не раз случалось субботним вечером метать стрелки в «Гордом горце».
— Как поживаете, мисс Иможен? — любезно осведомился он.
— Хорошо, но будет еще лучше, когда управление полицейским участком попадет в более достойные руки!
Сэмюель мигом сообразил, что между его шефом и мисс Мак–Картри отнюдь не царит согласие. Тайлер сделал вид, что не слышит, но тут за него принялся Арчи.
— Вы знаете эту особу, Тайлер?
— И очень давно, сэр.
— Она что, чокнутая?
Иможен хмыкнула.
— Уж чего там! Не стесняйтесь, ведите себя так, будто меня тут нет! Вот что бывает, когда ответственный пост доверяют какому–то иностранцу!
— Слышите, Сэмюель Тайлер? Это она меня обзывает иностранцем! Меня, родившегося в Приграничной области! Да мне мать еще в соску подливала виски, чтобы воспитать настоящим мужчиной!
— Ну, там, в Приграничной области, все вы здорово подпорчены англичанами! А вот мы, горцы…
— Вы, горцы, так и остались дикарями!
Сэмюель, сняв каску, задумчиво поскреб лысину.
— А в чем, собственно, дело?
Первой отозвалась Иможен:
— Я пришла просить у этого фанфарона помощи и защиты, а он, под тем предлогом, что я, видите ли, мешаю играть в шахматы, меня оскорбил, потом оскорбил папу и, наконец, Боб Роя!
Весьма огорченный таким поворотом событий, Тайлер попытался утихомирить страсти:
— Не сердитесь, мисс Иможен, должно быть, тут какое–то недоразумение…
Но мисс Мак–Картри продолжала бушевать.
— Я только что заявила этому типу…
— Сержанту Арчибальду Мак–Клостоу…
— …что меня обокрали…
— А я ответил, что она врет, потому что ни один житель Каллендера не способен на кражу!
— А кто сказал, будто вор — местный?
Арчи и Сэмюель удивленно переглянулись. И мисс Мак–Картри не преминула воспользоваться их замешательством.
— Это чужак! — торжествующе выпалила она.
Обращение Мак–Клостоу сразу переменилось.
— Это совершенно меняет дело, мисс Мак–Картри… Будьте любезны, садитесь… Так… А что именно у вас украли?
— Одну… драгоценность.
Арчи смерил ее недоверчивым взглядом.
— Не очень–то у вас уверенный вид!
— Что за странная мысль? Такое могло взбрести в голову только приграничному жителю!
Тайлер поспешил вмешаться, пока его шеф снова не озверел.
— Прошу вас, мисс Иможен, не надо дразнить мистера Мак–Клостоу…
— Тогда пусть не делает идиотских замечаний!
Сержант призвал на помощь целую дюжину шотландских святых, известных миротворческой деятельностью, и только потом возобновил допрос:
— Какую же драгоценность у вас похитили, мисс?
— Просто драгоценность.
— Понятно, но какого типа? Ожерелье? Кольцо? Диадему? Брошь?
— К–колье.
— Из чего?
— Из золота с драгоценными камнями.
— Какими?
— Это вас не касается!
Тайлер в очередной раз попытался разрядить обстановку:
— Мисс Иможен, сделайте над собой небольшое усилие…
Но Арчибальд резко перебил его:
— Довольно, Сэмюель! Я все понял!
Мак–Клостоу встал и, подойдя к Иможен, воинственно погрозил ей пальцем.
— У вас никогда не крали никакой драгоценности! — что было мочи заорал он. — Вы нарочно все это выдумали, лишь бы привлечь к себе внимание! Убирайтесь, пока я не рассердился по–настоящему! Уведите ее, Тайлер! А если хотите послушать доброго совета, мисс, никогда не злоупотребляйте виски с утра — вам это очень вредно!
И, невзирая на возмущенные вопли, смысл которых, впрочем, им так и не удалось разобрать, Сэмюель твердой рукой проводил Иможен до двери.
Как только рыжая шотландка скрылась из виду, Арчи снова принялся расставлять на доске шахматные фигуры.
— Нам здесь так спокойно жилось, и надо ж чтобы принесло эту сумасшедшую! — сказал он Тайлеру. — Откуда, кстати, она взялась?
— Мисс Мак–Картри работает в Лондоне, в каком–то министерстве. Славная девушка, но ее папа слишком много пил…