Страница 9 из 9
Такими словами Гиги закончил свою экскурсию. Слушатели, находившиеся под сильным впечатлением от нее, оглядывали руины с почтительным страхом. Только один из них скептически спросил:
— А когда это случилось?
Но Гиги, который никогда не терялся, ответил:
— Царица Штрапация была современницей известного философа Ноиозиуса Старшего.
Недоверчивому господину вовсе не хотелось признаваться, что он понятия не имел, когда именно жил знаменитый философ Ноиозиус Старший, и поэтому он лишь неопределенно протянул:
— А-а… ну, спасибо.
Глубоко удовлетворенные слушатели заявили, что экскурсия действительно удалась, ведь так увлекательно и интересно о столь далекой старине им еще никто не рассказывал. Тогда Гиги протянул к туристам свою знаменитую широкополую шляпу, и в нее довольно щедро начали бросать монеты. Даже скептик не поскупился.
Собственно говоря, с тех пор, как появилась Момо, Гиги никогда не повторял свои истории дважды. Такое ему наскучило бы. Если Момо находилась среди слушателей, у него словно открывался фонтан красноречия, и всё новые фантазии и выдумки начинали струиться и бить ключом из его уст без всякого напряжения.
Ему даже приходилось сдерживать себя, чтобы не зайти слишком далеко, как случилось однажды, когда две пожилые, респектабельные дамы из Америки воспользовались его услугами экскурсовода. Он нагнал на них страху, рассказав следующую историю:
— Само собой разумеется, мои глубокоуважаемые дамы, что даже у вас, в прекрасной свободной Америке, известно, как грозный тиран Марксентиус Коммунус, называемый Красным, задумал изменить тогдашний мир по своему представлению. Но, что бы он ни предпринимал, люди, вопреки всему, оставались прежними, просто не желая меняться. К старости Марксентиус Коммунус впал в сумасшествие. Как вы знаете, мои дорогие дамы, в то время, естественно, не существовало психиатров, которые могли бы излечить подобную болезнь. И тирану оставалось только неистовствовать так, как ему хотелось. И в своем безумии ему пришла в голову идея предоставить существующий мир самому себе и построить совершенно новый мир.
Он приказал изготовить глобус точно такой же величины, как старая Земля, и на нем повторить каждый дом, каждое дерево, горы и моря, реки и озера. Все тогдашнее человечество под страхом смертной казни обязывалось принимать участие в строительстве этого немыслимого объекта.
Сначала соорудили цоколь, на котором полагалось стоять гигантскому глобусу. И руины этого цоколя вы видите перед собой.
Потом приступили к строительству самого глобуса, громадного шара размером с Землю. И когда шар наконец был готов, на нем принялись копировать все, что имелось на нашей планете.
Конечно, для такого объекта требовалось очень много материалов и, кроме как с Земли, взять их было неоткуда. Таким образом, по мере увеличения глобуса, Земля становилась все меньше.
И когда Новый мир наконец был построен, со старой Земли, соответственно, забрали последний камешек. И люди, естественно, переселились на новый глобус, так как старый весь закончился.
Когда Марксентиус Коммунус убедился, что все, собственно, осталось по-прежнему, вопреки его намерениям, он завернулся в свою тогу и куда-то исчез. Куда — никто не знал, и это так и не удалось выяснить.
Взгляните, мои дорогие дамы, на эту воронкообразную впадину, которая ясно говорит о своем древнем происхождении. Раньше она была фундаментом, который покоился на поверхности старой Земли. Таким образом, вы должны все окружающее вас пространство представить наоборот, в зеркальном отображении.
Обе пожилые американки побледнели, и одна тревожно поинтересовалась:
— А куда девался глобус?
— Но вы же стоите на нем! — ответил Гиги. — Сегодняшний мир, мои дорогие дамы, и есть новый глобус!
И тут респектабельные дамы вскрикнули и пустились наутек. Гиги напрасно протягивал им вслед свою шляпу.
Но самое большое удовольствие Гиги испытывал, рассказывая что-то маленькой Момо, когда никто больше его не слушал. Чаще всего он сочинял сказки, потому что их Момо любила больше других историй, и в них почти всегда шла речь именно о Гиги и Момо. Они предназначались только им двоим и звучали совсем иначе, чем остальные выдумки Гиги.
В один приятный теплый вечер оба тихо сидели рядышком на верху каменных ступеней. На небе уже замерцали первые звездочки, и большой серебристый месяц поднимался над черными силуэтами сосен.
— Расскажи мне сказку! — тихо попросила Момо.
— Хорошо, — согласился Гиги, — а о чем в ней должно говориться?
— Лучше всего о Момо и Гироламо, — ответила она.
Гиги подумал немного и поинтересовался:
— И как она должна называться?
— Может быть, «Сказка о волшебном зеркале»?
Гиги кивнул.
— Звучит хорошо. Посмотрим, что из этого получится.
Он положил Момо руку на плечо и начал:
— Жила-была красавица принцесса по имени Момо, она одевалась в бархат и шелка и жила высоко над миром, на снежной горной вершине, в замке из пестрого стекла.
У нее было все, о чем только можно мечтать, она ела лишь самые утонченные блюда и пила лишь самые сладкие вина. Она спала на шелковых подушках и сидела на стульях из слоновой кости.
У нее было все — но она была совсем одна. Всё, что окружало принцессу — ее слуги, фрейлины, ее собаки, и кошки, и птицы, и даже ее цветы — всё это было только зеркальными картинками.
Принцесса Момо имела волшебное зеркало из чистого серебра, круглое и большое. Его она каждый день и каждую ночь посылала в далекий мир. И зеркало бесшумно неслось над материками и океанами, над дорогами и полями. Люди, которые его видели, нисколько не удивляясь, просто говорили: «Это луна».
И каждый раз, возвращаясь, волшебное зеркало высыпало перед принцессой картинки, которые оно собрало за время своего путешествия. Картинки были красивые и безобразные, интересные и скучные, в общем, собранные все подряд. Принцесса выбирала те, которые ей нравились. А остальные выбрасывала в ручей. И, отпущенные на свободу, они гораздо быстрее, чем ты думаешь, по водному пути приплывали к своим владельцам. Оттого и получается, что, наклонившись над колодцем или лужей, видишь свое изображение.
К тому же (я забыл сказать) принцесса была бессмертна. Она еще никогда не смотрела на себя в волшебном зеркале. Ведь каждый, кто видел себя в нем, становился смертным. Принцесса об этом знала и потому в него не заглядывала.
Так она и жила со своими бесчисленными зеркальными картинками, играла с ними и чувствовала себя вполне счастливой.
Однажды волшебное зеркало принесло картинку, которая взволновала ее больше остальных. Она отражала молодого принца. Увидев его, принцесса затосковала: ей неудержимо захотелось встретиться с ним. Но как это сделать? Она не знала, ни где он живет, ни кто он такой, ни даже его имени.
Не найдя другого выхода, она все-таки решила взглянуть в волшебное зеркало: а вдруг оно донесет ее изображение до принца? Может, он случайно взглянет на небо, когда зеркало проплывет над ним, и увидит в нем ее? Может, он последует за зеркалом и найдет ее здесь?
Итак, она посмотрела в волшебное зеркало, а затем послала его в мир. Но теперь она, конечно, стала смертной.
Ты сейчас услышишь, как события развивались дальше, но сперва я должен рассказать тебе о принце.
Его звали Гироламо, ион правил большой страной. А где она находилась? Ты бы не отыскала ее ни в прошлом, ни в настоящем, она была всегда на один день впереди, и поэтому называлась Завтрашняя Страна. И все ее жители любили и почитали своего принца.
Однажды министры его правительства сказали принцу Гироламо: «Ваше высочество, вам необходимо жениться, так положено».
Он ничего не мог возразить против такого аргумента, и тогда самых красивых девушек Завтрашней Страны стали готовить к смотринам во дворце, на которых он бы выбрал одну из них. Все они прихорашивались, как только могли, ведь каждой хотелось стать женой принца.
Конец ознакомительного фрагмента. Полная версия книги есть на сайте ЛитРес.