Страница 42 из 66
- Ты поймал её? Как ты заманил её в ловушку?
- У меня была подруга ведьма, которая задолжала мне одолжение. Лорна Белфеир. Вместе мы поймали в ловушку Мередит Уэллс на всю вечность. Она была введена в глубокий магический сон, и мы похоронили её в освященной земле.
Белфеир? Ха. Это могло объяснить, почему Кэссиди лгала маме. У её линии была история с Мередит. Если она думала, что другая ведьма все еще была в ловушке, то она, конечно, никогда не сказала бы нам, где её найти.
- Похоронили? Вы похоронили ее заживо?
Мой желудок бился в конвульсиях. От простой мысли моя кровь застыла в жилах. Конечно, она была помешенной, убившей своих родителей сукой, но никто не заслужил этого.
- Она не проснулась. Она не чувствовала ничего.
- Ну, она сейчас проснулась. И позволь мне сказать тебе, что она чертовски зла.
А если Саймон был тем, кто поймал её в ловушку, то тогда парень был не единственной причиной, почему она была против меня. Неудивительно, что она, казалось, ненавидела семью Даркер.
Я не думала, что призрак мог стать бледным, но Саймон доказал, что я была неправа.
- Ты и твоя мать находитесь в серьезной опасности. Она не остановится, пока не заполучит свою месть. Она... - у его ног снова засверкала искра. - Как это случилось?
Я закатила глаза.
- Извини...никакой подсказки. Я еще не получила свой шанс поболтать с ней об этом за латте.
Полсон вздохнул. Его выражение стало грустным, и он сказал:
- Я не могу держать вас здесь больше, Мистер Даркер. Ваше время истекло.
Еще одна вспышка. Саймон замерцал.
- Ты можешь помочь Лукасу, но ты не можешь...в одиночку...нужна помощь. Поговори с В...
И с последней яркой вспышкой, он ушел.
***
- Нам нужно поговорить.
Каждый раз, когда кто-то говорил это в последнее время, моя кожа начинала сползать. Как тогда, когда кто-то кричит «огонь!». Вы просто знали, что все дерьмо собиралось попасть в вентилятор.
Лукас был слишком тих на обратном пути от Полсона. Я предложила сесть на автобус, но он хотел идти пешком. Посмотреть город. Мы пришли обратно в офис, когда он был пустым, мама и папа по-прежнему искали Грехи, как я догадалась.
Он сел на диван, не заботясь о том, чтобы включить свет, ожидая, что я сяду напротив него.
- Все кончено, Джесси. Мы пытались, но...
Я посмеялась.
- Ты что не обратил внимания? Я упрямая. Это не конец, пока все не кончено.
Это было одно из любимых маминых высказываний, и я всегда ненавидела его. Тем не менее, в этот момент, это было все, о чем я могла думать, и действительно, это было идеально. Истинная синяя мантра для упрямых.
Выражение его лица не изменилось.
- Все кончено, - повторил он. - Я был в коробке 147 лет. Ты не знаешь, что это такое, но я знаю. Я не буду осуждать на это кого-то еще.
- Я сказала тебе, что мы найдем другой путь. Саймон сказал, что есть кто-то, кто мог бы помочь.
Он покачал головой и встал. Шагнув вперед, он сел на подушку рядом со мной.
- Нет другого пути. Мое единственное спасение - это обрекать кого-то ещё. Если я это сделаю, то я настоящее зло.
- Есть много плохих людей. Ты не знаешь, что это такое, но я знаю, - повторила я его слова. - Монстры, которые охотятся на маленьких девочек. Мужчины, которые безжалостно убивают своих жен. Женщины, которые убивают своих собственных детей...сделай свой выбор. Они зло. Не ты.
Он снова покачал головой.
- Я не понимаю. Вчера вечером ты сказал...я думала мы... - я не могла закончить.
Все, что я сказала маме утром, было забыто. Теперь, все, что я хотела, это найти способ удержать его здесь. Со мной.
Вот почему у меня были правила. Нерушимые, установленные мной правила здравомыслия. Я пересекла линию, большое время, а теперь я должна была заплатить цену. Лукас Скотт меня разрушил. Было ли это так же, как мама чувствовала себя, когда должна была попрощаться с папой? Как будто воздух был слишком тонким, а земля могла расколоться и поглотить её?
- Я хочу остаться. Я никогда не думал, что встречу кого-нибудь, похожего на тебя, и теперь, когда у меня это есть, ты действительно думаешь, что я хочу уйти? - он наклонил мою голову, и я сражалась с дрожью. Его пальцы прошлись вдоль линий моей челюсти, затем по моей нижней губе. Это походило на небеса. И, черт возьми. Вещи, о которых я никогда не думала...чувства, которые я не знала, что могли существовать...все это захлестнуло меня. Чувства, которые словно могли спасти человека.
Или разрушить.
- Лукас...
Он покачал головой.
- Мередит сделала мне одолжение. Я никогда не был счастлив в свое время. Я не должен был быть там. Когда я оказался в ловушке в первый раз, у меня не было ничего, за что стоило держаться, только ярость и мысли о мести. На этот раз все будет по-другому. Легче. У меня будет твоя память, которая будет удерживать меня. Ты будешь моим спокойствием.
Я открыла рот, чтобы сказать ему, что я согласилась, что он должен был быть здесь. Сейчас. Со мной. Но он продолжал говорить.
- Но я не убийца, пожалуйста, не проси, чтобы я им был. Хороший человек не будет жертвовать другим, чтобы получить того, чего хотел, - его лицо потемнело. - Независимо от того, насколько сильно он хотел этого.
Похоже, что он больше пытался убедить себя, чем меня.
Я вспомнила, что он сказал в лесу на железнодорожных путях.
- Может быть, это мое покаяние. Вечность в коробке. Я совершал ошибки, все мы это делаем, и, может быть, это мое наказание. Моя судьба. Нести Гнев в моем сердце, чтобы никто другой этого не делал.
- Мередит сказала сегодня что-то в школе. О том, как она была в состоянии сделать то, что сделала, потому что ты был жизнеспособным. Что произошло, Лукас? Что ты сделал?
Он отпустил мой подбородок и оторвался. Я хотела вернуть его руку, но сопротивлялась, сосредоточив внимание на звуке его голоса.
- Она права. Я был очень зол.
- Почему ты был зол?
В его глазах блеснула красная искра. Вспышка. Лишь одно мгновение.
- Мой отец не был благородным джентльменом, каким знала и любила его общественность. Он был монстром. Яростным и жестоким.
- Ты ненавидел его.
Лукас рассмеялся.
- Я не только ненавидел его, я хотел, чтобы он умер, - он вздохнул. - Он управлял нашим домом железным кулаком. Мама была ему слуга, а не жена.
Я вспомнила его реакцию, когда он нашел меня в лесу. Искра гнева в его глазах, когда он сказал Гарретту не причинять мне боль. Он монстр! Он перенес свой гнев на своего отца на Гарретта.
- Он бил её, - прошептала я.
- Я испытал достаточно его лечебных мер. На ней...на мне. В ночь после того, как я нашел Мередит с сыном фермера, я столкнулся с моим отцом. Я был неустойчивым. Запутанным. Я забрал свою мать из дома и обещал вернуться, чтобы прикончить его. Именно это я и имел в виду. Я бы это сделал, но...
- Но на пути попалась Мередит.
Он кивнул.
- Всего через несколько часов после того, как я отвел маму в дом своей сестры, Мередит нашла меня. Зная то, что я знаю сейчас, я все это понимаю. Именно она подтолкнула меня, за день до этого, принять меры против моего отца. Полагаю, она подставила меня с самого начала.
- Мне очень жаль, - сказала я тихо. Я не могла себе представить, как можно было расти в таком месте. Как ему было страшно, когда он был ребенком.
- Я заслужил то, что получил, - сказал он почти шепотом. - Если бы он был жив, когда я был выпущен в 1910 году, я бы убил его, не задумываясь. Даже после всех этих лет, я хотел, чтобы он умер. Это было первое, о чем я подумал, когда мои ноги коснулись твердой почвы. Сначала он, затем Мередит.
Я взяла его за руку.
- Это не делает тебя злым. Это делает тебя человеком.
- Я был монстром. Прямо как он.
Не было никакого смысла с ним спорить, потому что он считал, без всяких сомнений, что он принадлежал этой коробке. Что бы я ни сказала, это не освободит его от этого.