Страница 16 из 48
Потом он вынул из кармана перочинный нож со множеством лезвий, среди которых одно имело крючкообразную форму.
— У вас есть крючок для застегивания пуговиц? — спросил Смит. — Или что-нибудь подобное?
— А это пойдет? — И инспектор протянул моему другу пару наручников. — Они ведь нам не понадобились, — многозначительно добавил он.
— О! Это еще лучше! — воскликнул Смит.
Спрятав нож, он взял у Веймаута наручники и, вернувшись в гостиную, широко раскрыл их, затем вставил два их железных изогнутых конца в отверстия золотых гранатов и потянул наручники вверх. Раздался еле слышный щелчок, свидетельствующий о приведении в действие какого-то механизма, и деревянная крышка поднялась, открывая нашему взору внутренность сундука. Там находились три длинных свинцовых цилиндра — и больше ничего!
Поддерживая крышку с помощью наручников, Смит сказал:
— Посветите-ка сюда, Петри!
Я повиновался.
— Теперь загляните в две эти выемки, куда открывающий сундук человек должен по идее вставить пальцы.
Мы с Веймаутом склонились над крышкой, почти касаясь друг друга головами.
— Боже мой! — прошептал инспектор. — Теперь мы знаем, что убило его!
В каждом маленьком углублении мы увидели упершуюся в стальной крючок наручника тонкую иглу, появлявшуюся, очевидно, из искусно сделанного крохотного отверстия при поднятии крышки. Между двумя гранатами, посредине, мы обнаружили небольшой металлический резервуар, соединенный с другим концом каждой полой иглы.
То есть, когда крышку поднимали, иглы не просто выдвигались из отверстий, но и действовали при этом наподобие шприцев для подкожного впрыскивания!
— Видите? — резко спросил Смит слегка охрипшим от волнения голосом.
Он извлек из гранатов металлические концы наручников, и обе крышки мгновенно закрылись с еле слышным щелчком.
— Бог простит его, — Смит взглянул в сторону спальни, — ибо он умер вместо меня, и доктор Фу Манчи потерпел непредвиденное и незаслуженное поражение!
ГЛАВА XV
ЗАРМИ ПОЯВЛЯЕТСЯ ВНОВЬ
— Войдите! — крикнул я.
Дверь открылась, и вошел мальчик-слуга.
— Телеграмма для доктора Петри.
Я вскочил с кресла. Тысячи возможностей — частью пугающих — представились мне разом. Я поспешно вскрыл конверт и в первую очередь взглянул на имя отправителя.
Подпись гласила: «Карамани».
— Смит! — хрипло сказал я, пробежав послание глазами. — Карамани находится на пути в Англию. Она прибывает завтра на «Никобаре».
— Да ну? — воскликнул Смит, в свою очередь вскакивая на ноги. — Она же не имеет права путешествовать в одиночестве. Разве только…
Мальчик-слуга с открытым ртом слушал наш разговор, и я торопливо сунул ему в руку монетку и выпроводил его из номера. Когда дверь закрылась…
— Разве только — что, Смит? — спросил я, пристально поглядев другу в глаза.
— Разве только она узнала нечто крайне важное, — резко ответил он, — или… или спасается от кого-то бегством.
Надежда и страх смешались в моей душе — радостное ожидание встречи и дурные предчувствия.
— О чем вы говорите, Смит? — спросил я. — Как мы знаем на основании нашего опыта, именно в Лондоне рискованно находиться сейчас. В Египте Карамани была в полной безопасности.
Найланд Смит в очередной раз начал свое бесконечное хождение по гостиной, время от времени поглядывая в мою сторону и дергая себя за мочку уха.
— А была ли она в полной безопасности в Египте? — резко спросил он наконец. — Помните, мы имеем дело с Си Фаном — он, если я не ошибаюсь, представляет собой род Элевсинских Мистерий и имеет тайную власть над умами восточных людей и посвященных во всех странах Востока. Наверно, и в Египте есть отделение или филиал — называйте, как хотите, — этой проклятой организации.
— Но доктор Фу Манчи…
— Доктор Фу Манчи (ибо он жив, Петри! — и я имел возможность убедиться в этом собственными глазами) является своего рода представителем главного штаба Си Фана. Его могучий интеллект позволяет ему легко поддерживать связь с каждым отделением общества на Западе и на Востоке.
Он остановился на мгновение, выбил в пепельницу пепел из трубки и некоторое время молча смотрел на меня.
— Фу Манчи мог дать определенные инструкции своим агентам в Каире, — многозначительно добавил мой друг.
— Боже мой! Только бы Карамани добралась до Англии в целости и сохранности! — прошептал я. — Смит! Неужели мы не можем как-нибудь перехитрить этих демонов, которые бросают нам вызов здесь, в самом сердце цивилизованной Англии? Послушайте, вы не забыли эту дикую кошку, евразийку Зарми?
Смит кивнул.
— Я прекрасно помню эту леди, — резко сказал он.
— Если только воображение не сыграло со мной шутку, я видел ее дважды в течение последних нескольких дней: один раз неподалеку от отеля и один раз в такси на Пикадилли.
— Вы уже говорили об этом, — коротко заметил Смит — Как вы помните, я наводил справки об интересующей нас леди, но безрезультатно.
— Тем не менее едва ли я обознался. Нутром своим чую, что желтая рука доктора Фу Манчи снова тянется к нам. Если бы только нам удалось поймать Зарми!
Найланд Смит сосредоточенно разжег трубку.
— Если бы нам удалось, Петри! — повторил он. — Но, черт возьми! — Мой друг яростно ударил левым кулаком по Ладони правой руки. — Мы вынуждены бездействовать. Мы можем лишь сидеть и ждать приезда Карамани и гадать, сообщит она нам что-нибудь важное или нет. Признаюсь, у меня есть несколько версий, проверить которые мне еще не представился случай. Надеюсь, в ближайшее время у меня появится такая возможность.
Как скоро появится такая возможность, никто из нас не подозревал тогда. Но судьба — веселый ловкач, и, пока мы с другом разговаривали таким образом, уже происходили события, которые должны были вовлечь нас в новые странные приключения.
Полный радостных и тревожных предчувствий, описать которые не в силах мое скромное перо, улегся я в постель в ту ночь, даже не надеясь заснуть, ибо с величайшим нетерпением ожидал наступления завтрашнего дня. Мелодичный голос Карамани звучал в моих ушах; мне чудились нежные прикосновения ее мягких ладоней, и, погружаясь в блаженную полудрему, я словно снова ощущал тот слабый изысканный запах духов, который с первой минуты знакомства с прекрасной восточной девушкой стал в моем воображении неотъемлемой частью ее облика.
Казалось, сон только что одолел меня, когда я проснулся от того, что кто-то резко потряс меня за плечо. Я рывком сел на кровати с мгновенным ощущением неожиданного несчастья. Комната выглядела мрачной и желтой в холодном свете восходящего солнца, который лился в окна и мешался со светом электрических ламп.
У моей кровати стоял Найланд Смит — полуодетый!
— Вставайте, Петри! — воскликнул он. — Ваша интуиция послужила вам лучше, нежели мне мои логические рассуждения. Поднимайтесь, приятель! Желтые дьяволы, вероятно, уже начали действовать в тот момент, когда вы предсказали это!
— Что, Смит? Что случилось? — Я выпрыгнул из постели. — Надеюсь, не…
— Нет, дружище, — ответил он, похлопав меня по плечу. — О ней больше никаких известий не поступало. Но в вестибюле нас с вами ожидает инспектор Веймаут. Сэр Бэлдвин Фрэзер исчез!
Я яростно протер глаза и попытался прогнать из сознания остатки сна.
— Сэр Бэлдвин Фрэзер? — сказал я. — С Хафмун-стрит? Но какое отношение…
— Бог знает какое, — резко ответил Смит. — Но наша старая знакомая Зарми — или, во всяком случае, женщина, по описанию похожая на нее, — увезла его из дома вчера вечером, и больше о нем ничего не известно.
Только нескольких спящих слуг увидели мы, спускаясь по мраморным ступенькам в вестибюль отеля, где нас ожидал Веймаут.
— На улице нас ждет машина из Скотланд-Ярда, — сказал он. — Я заехал за вами по дороге на Хафмун-стрит.
— И правильно сделали, — отрывисто сказал Смит. — Но вы уверены, что машина действительно из Ярда? У меня остались весьма неприятные воспоминания о последней поездке в незнакомом автомобиле.