Страница 7 из 148
Капитал и есть подлинная форма богатства. При разумном ведении хозяйства капитал расходуется и возвращается с прибылью. Он расходуется временно и возобновляется в обороте. При удачном ведении дел он может еще и увеличиваться. Если его владелец направляет часть прибыли на увеличение своего стада (скотовод) или на закупку дополнительных партий товара (купец), это называется сбережением дохода и накоплением капитала.
Тот хозяйственный уклад, который сложился в Европе в XVI–XIX вв., принято называть капитализмом, однако капитал существовал много тысячелетий.
Давайте посмотрим, какие конкретные формы мог иметь капитал в древности, кроме денег и овец.
Прежде всего, конечно, это рабочий скот: упряжные лошади и волы. Их использовали и для перевозки грузов, и для пахоты, а иногда и для вращения жерновов на мельницах. Понятно, что это основной капитал.
И тут сразу становится видно, что, когда людей употребляют как рабочую скотину, такие люди тоже выступают как основной капитал. Что это за категория людей? Конечно, это рабы.
Многие формы основного капитала известны с древнейших времен. Например, ткацкий станок — деревянная рама, на которую древний ткач натягивал нить. Кузница — строение с печью, горном, наковальней. Она была основным капиталом кузнеца- Судно, на котором древнегреческий купец возил свои товары в Смирну или Феодосию (вместе с рабами, прикованными к веслам). Верблюды, на которых арабский купец переправлял товары через Аравийскую пустыню. Караван-сарай на Востоке или постоялый двор в Европе (со всеми постройками, мебелью и утварью). Все это было основным капиталом для их хозяев, как и современный отель для его владельца.
Но хотя капитал может принимать форму самых разных вещей — денег, машин, средств транспорта, построек, материалов, разнообразных изделий, быков, лошадей, даже людей, измерять его величину принято в деньгах. Почему?
Конечно, это очень удобно, когда есть общая единица измерения для столь разнообразных вещей. Но имеется, пожалуй, еще одна причина измерять капитал в деньгах. Дело в том, что в экономике современного типа, сложившейся начиная с XVII столетия и даже раньше, появление на свет нового капитала начинается обычно с денег.
Когда некий предприниматель намеревается создать новое для себя дело (например, изготовление матрешек для продажи), это значит, что у него имеется определенная сумма денег. Точнее говоря, у него имеются деньги, которые он может потратить именно для указанной цели. Понятно, что на самом деле его запас больше, чем данная сумма, — ведь ему еще нужно содержать себя и семью. Поэтому отметим, что весь его запас делится на две части. Одна из них — фонд потребления. Другая предназначена не для потребления, а для производительного использования. Она называется фондом накопления, потому что ее нужно было сперва накопить, сберегая деньги от потребления. Может быть, он сам не скопил эту сумму, а занял ее под проценты. Но это значит, что данную сумму накопил кто-то другой. Суть в том, что эти деньги не расходовались на потребление.
Итак, предприниматель начинает новое дело. Он оплачивает (покупает или арендует) помещение для работы, покупает токарный станок (оборудование), деревянные бруски и краски (сырье), нанимает рабочих и служащих. Общая сумма денег, которую требуется затратить для создания капитала, называется величиной (суммой, объемом) капитальных вложений или, что то же самое, величиной инвестиций.
Еще нет готовой партии товара, чтобы выйти с ней на рынок, а уже нужно платить зарплату токарям и художникам, покупать сырье для их работы. Поэтому объем инвестиций должен включать первоначальную затрату как на основной, так и на оборотный капитал. Эта затрата так и называется — единовременная. Она совершается один раз — для создания капитала. Когда (если) продукт производства начнет продаваться, его цена должна будет возмещать дальнейшие расходы на сырье и заработную плату.
Таким образом, инвестиция стала капиталом, деньги превращаются в самые различные предметы, которые теперь представляют основной и оборотный капитал (запас, фонд). Начинается работа. Станки постепенно снашиваются. Сырье переходит в заготовки, а затем — в готовые изделия. Последние уходят на рынок и продаются. Поступает выручка. Она расходуется частями: на ремонт станков, оплату аренды помещений, закупку новых партий сырья, оплату труда рабочих и служащих и другие направления необходимых для работы затрат. В отличие от единовременных затрат (инвестиций), расходы на производство совершаются постоянно. Течет время — текут и эти затраты. Они так и называются: текущие затраты. И говорят экономисты о потоке затрат.
Когда все идет нормально, текущие затраты совершаются не за счет дополнительных инвестиций, а за счет выручки от реализации готового производства. Мы должны всегда уметь отличать запас от потока. Нечеткая граница между двумя этими категориями часто служит источником путаницы и ошибочных суждений.
Предметы, составляющие капитал, все время расходуются. Но это не значит, что расходуется сам капитал. Если дела идут хорошо, капитал вовсе не уменьшается из-за снашивания оборудования, расхода материалов и выплаты вознаграждения за труд. Потому что все эти вещи постоянно возобновляются. Для того чтобы не было путаницы в словах, вещи и деньги, которые представляют капитал, стали называть капитальными благами. Судно изнашивается и списывается в расход. Дом ветшает, и его сносят. Овец рано или поздно забивают на мясо и шкуру… Предметы выбывают из всякого употребления, превращаясь в хлам, мусор, отбросы. А капитал остается. У купца уже новое судно. На месте старого дома вырастает новый. По-прежнему щиплет траву и дает шерсть стадо овец.
Биологи говорят, что в живом организме идет непрерывное отмирание и возобновление клеток. А жизнь организма не прекращается ни на миг. Больше того, эта замена клеток и есть жизнь.
Таков и капитал. Составляющие его капитальные блага все время расходуются и возобновляются. И пока все это длится — капитал живет, сохраняется и даже растет, Но поставьте судно на прикол, покиньте дом и забейте двери гвоздями, перестаньте стричь, поить и содержать стадо, остановите работу станков — и капитал умрет. Металл ржавеет, дерево гниет, слезает краска, дом приходит в негодность, овцы покрываются лишаями, болеют, пропадают. В Библии все это называется "мерзостью запустения".
Капитал — это запас, который находится в постоянном движении — в обороте. Потому он приносит доход и сохраняется за счет постоянного возобновления капитальных благ.
Различать капитал и капитальные блага нас научил в XIX в. Джон Бейтс Кларк, знаменитый американский ученый-экономист. И прежде многие ученые понимали эту разницу. Например, никогда не смешивал одно с другим Адам Смит, хотя и называл капитальные блага "капиталом'. Но некоторые иногда путались.
Например, в середине прошлого века один из крупнейших английских ученых Джон Стюарт Милль писал, что, к примеру, готовые изделия, которые еще не проданы и лежат на складе фабрики, не входят ни в основной, ни в оборотный капитал этого предприятия (то же самое, если еще не вынесены на рынок состриженная с овец шерсть или собранный с полей хлеб).
Может показаться, что Дж. Ст. Милль был прав. Ведь эти готовые изделия уже вышли из обработки, но еще не вышли на рынок. Они как бы выпали из оборота, они лежат на складе и дохода не дают, в деньги не превращаются. Они выглядят мертвым запасом.
Но давайте взглянем на все это под другим углом. Действительно, эти изделия, пока они ждут своей очереди быть отправленными на рынок, не приносят ни копейки дохода. На них уже истрачено Х рублей, а возврата этих денег пока еще нет. Между тем производство нужно продолжать, нужно осуществлять новые расходы на возмещение капитальных благ. Как быть?
Решение может быть только одно: внести дополнительную инвестицию в оборотный капитал предприятия. Чтобы можно было возобновлять капитальные блага, не дожидаясь, пока очередная готовая партия будет продана. И эта дополнительная сумма, как нетрудно догадаться, в точности равна той величине, которая не поступила еще от реализации упомянутой партии готовых изделий, то есть X. Попросту говоря, величина оборотного капитала всегда должна включать затраты на производство не только тех изделий, которые еще находятся в обработке, но и той партии товара, которая всегда имеется на складе (ведь если одна партия уходит, то другая ложится ей на смену).