Страница 6 из 9
– М-м… Просто я… м-м… просто хочу сказать тебе спасибо.
– Да пожа… хм, нет проблем.
Дэвид открыл дверь, и я замерла, ожидая, что он заорет или типа того, когда увидит разрушения. Но услышала лишь удаляющиеся шаги и мягкое поскрипывание кедов.
Божечки, он не заметил?!
А потом я вышла из туалета и поняла, почему он ничего не увидел. Нечего было видеть. Дверь на месте. Целая.
Глава 4
Остальное я запомнила смутно, потому что свято верила, что свихнулась. Я вошла в уборную и даже не удивилась, что там пусто. Ни намека на трупы, лежавшие – я проверила по часам – еще шесть минут назад на месте. На стенах ни трещин, ни вмятин размером с голову доктора Дюпона. Я даже полезла за бумажным полотенцем, которым оттирала туфельку от крови, однако в мусорнике ничего не было.
Я то ли вздохнула, то ли ахнула, в общем, издала странный тоненький звук. И у меня совершенно точно случился бы нервный срыв, если бы в дверь не заглянул Дэвид Старк.
– Э-э… босс, снова тошнит?
Я повернулась, и ухмылка сползла с его лица.
– Охренеть. – Он пересек уборную и схватил меня за руки. – Харпер? Что случилось?
Я заметила свое отражение в зеркале. Понятно. Глаза у меня расширились и остекленели, а кожа посерела. Правда, мне было по фиг. Я ведь свихнулась. Сошла с ума. Отчего-то это расстроило сильнее, чем мысль, что я превратилась в супергероя, который может расправиться со злобным доктором Дюпоном одним каблуком.
– Харпер? – Дэвид слегка меня встряхнул.
Вот тут я и сломалась бы и выдала всю историю о мистере Холле и докторе Дюпоне в перерывах между всхлипами и рыданиями, но, к счастью, в этот момент дверь в уборную распахнула Би.
– Боже, вот ты где! – воскликнула она.
Ее голос отразился от кафельных стен и больно ударил по ушам. За Би стояли Аманда, Эбигейл и Мэри-Бет. Они заметили Дэвида, и их обычно симпатичные мордашки презрительно скорчились. Не только я не в восторге от передовиц Старка.
– Что ты делаешь в женском туалете, писака?
Би – верная подруга, но иногда ее заносит, особенно когда дело касается Дэвида. Интересно, я когда-нибудь сверлила его таким же взглядом?
– Ты что, преследуешь Харпер? – Аманда скрестила руки на груди.
Дэвид отшатнулся, и вся его забота, естественно, испарилась. Зато вернулся привычный хмурый вид.
– Да, Аманда, именно. – Он попытался впихнуть руки в карманы своих слишком узких джинсов. – Преследую. Как мило и изящно ты меня опустила.
Аманда закатила глаза, как всегда, когда не находила язвительного ответа.
– Эй, Харпер, что с тобой? – изумилась Би.
– Ей плохо. – Дэвид все-таки засунул руки в карманы и уставился куда-то поверх меня.
– Конечно, она ж с тобой поговорила! – сорвалась Эбигейл.
– Эби, – одернула ее я, но Дэвид расхохотался.
– Приятно было пообщаться, дамы, – произнес он, направляясь к выходу.
– Он что-то сделал с тобой? – спросила Би, как только он вышел.
Я засмеялась:
– Нет, просто… просто я, кажется, заболеваю. А он проверил, как я. Это было даже мило.
Мэри-Бет проковыляла ко мне и нахмурилась.
– Наверняка потому, что он чего-то хотел. Не верю я ему вот вообще.
Тут я наконец-то заметила корону, болтавшуюся у Би в руке. Искусственные камушки тускло блестели под лампами дневного света.
– Это?… – пискнула я и начала еще раз: – Это та самая корона?
Би уставилась на нее, будто совсем позабыла:
– Да! Поэтому я тебя и искала. Она твоя!
Би радостно взвизгнула и бросилась обниматься. Я вроде как обняла ее в ответ, но на самом деле почувствовала опустошенность. Я все пропустила. Я так мечтала об этом, с тех пор как Ли-Энн завоевала корону два года назад! И пропустила из-за приступа шизы в туалете.
– Мы обыскались, когда объявили твое имя, – продолжала Би, не замечая мою апатию.
– Обыскались? – тупо повторила я.
– Ну, в зале. Райан попросил меня выйти на сцену и принять корону от твоего имени. А потом я вспомнила, что ты ушла в туалет. Вот я тебя и нашла. – Би поджала губы и наклонила голову набок. – Серьезно, Харпер, что с тобой? Выглядишь отвратительно. Без обид.
Я закрыла ладонями лицо.
– Говорю же, – пробормотала я приглушенно, – мне стало плохо.
Я опустила руки и попыталась широко улыбнуться, хотя, наверное, все равно выглядела безумной. Чувствовала я себя точно безумной.
Би недоверчиво на меня покосилась, а Эбигейл забрала корону и с радостной улыбкой водрузила мне на голову:
– Теперь другое дело, ваше величество!
Я обернулась к зеркалу. Лицо по-прежнему серое, глаза огромные, а корона – глупая и поддельная. Еще и погнулась.
Я заплакала.
Девчонки окружили меня и обняли. Я сначала подумала, они утешают меня, как-то догадавшись о событиях этого ужасного вечера: я решила, что убила мужика, а на самом деле просто тронулась. А вид гребаной короны стал последней каплей.
Но Эбигейл воскликнула:
– О, милая, да! Мечта сбылась!
– Что ты знаешь о шизофрении? – пробормотала я Райану в губы.
– А? – Он поднял затуманенный взгляд, не убирая руки с подола моего платья.
Мы сидели в его машине возле моего дома. Уже было за полночь, но светло благодаря просто неприличному количеству охранного освещения. Несколько лет назад кто-то попытался вломиться в дом, и с тех пор мой отец стал, мягко сказать, параноиком. Правда, если бы не наш большой дом из кирпича, увитый плющом и буквально кричащий «ЭЙ, НАРОД! У ЖИЛЬЦОВ ТУТ КУЧА БАБЛА! БЕРИТЕ ЧТО ХОТИТЕ! ОНИ ПРОСТО КУПЯТ ЕЩЕ!», то беспокоиться было бы не о чем.
Корона валялась на полу. Я сняла ее, едва вышла из школы, хотя Райан шутил, что я стану носить ее сутки напролет. Брэндон юморил: как я буду с короной во время секса и как надо правильно «приветствовать» королеву? Но а) что за бессмысленный прикол, и б) еще и тупой в придачу.
– Просто вспомнила, – объяснила я Райану. – Ты же писал работу по психологии в прошлом году?
Райан моргнул. В тусклом свете его светло-карие глаза казались почти черными. Он ослабил темно-зеленый галстук и стянул пиджак. Обычно стоило ему принять эдакий взъерошенный вид, и у меня коленки начинали дрожать. Но не сегодня. Другие проблемы полностью отвлекали от этого сексуального зрелища.
Райан пересел обратно на водительское сиденье и провел рукой по волосам.
– М-м… ага. В смысле, честно говоря, я взял одну из работ Люка за первый курс.
Люк – его старший брат, учится в Университете Флориды. Я нахмурилась. Райан криво усмехнулся.
– Включился Комитет по борьбе с плагиатом? – поинтересовался он. – Я-то надеялся, что раз встречаюсь с его председателем, то избегу подобной участи.
– Не-а, комитет тут ни при чем. – Я потерла глаза. – Просто… погоди, Рай, ты использовал чужую работу? На спецкурсе?!
Он вздохнул и скрестил руки на руле.
– Дело было в самый разгар баскетбольного сезона. Времени писать о психах не хватало. И работа не чужая, а Люка. Мы братья, значит, она типа наполовину моя.
Он шутил, и я искренне хотела посмеяться, даже закусила губу, чтобы не сорвалась та фраза, но бесполезно.
– Райан, игра в баскетбол в худшей команде в Алабаме не поможет поступить в хороший колледж!
– Началось… – пробормотал он, ткнувшись затылком в подголовник.
– Если ты сжульничал на спецкурсе, то уж наверняка не попадешь в Хэмпден-Сидней. Колледжи очень серьезно относятся к плагиату.
Он фыркнул, однако глаз не поднял.
– Обязательно говорить об этом сейчас? Знаю, ты идеальная, но…
– Не идеальная, – проворчала я, откидываясь на спинку.
Меня проглючило, что я убила учителя туфлей. Это покруче украденной работы, и я уж точно не попаду в хороший колледж.
– Нет, – поднял голову Райан, – ты идеальная. Или стремишься к идеалу. Послушай, я тебя люблю, но почему везде надо быть первой? Почему нельзя просто… расслабиться?
В прошлом году мама отправила меня к психотерапевту после того, как в три часа ночи застукала за приготовлением украшений для весеннего фестиваля. Доктор Гринбаум объяснила, что я «из кожи вон лезу», потому что «боюсь потерять контроль». И мне надо, как Райан и сказал, расслабиться. Она, конечно, говорила как-то по-умному и предложила таблетки для большего расслабления. Соскочить с лекарств у меня получилось, надев голубые джинсы и футболку на очередную консультацию. Кажется, доктор Гринбаум обрадовалась и решила, что лечиться мне больше не надо. А в следующий раз я уже готовилась к школьным мероприятиям посреди ночи, запершись у себя в гардеробной. Ну правда, что не так с этой страной, раз тебе прописывают антидепрессанты только потому, что ты стремишься сделать все идеально?