Страница 2 из 7
-Друиды… - На мгновение задумалась Кетрин, отхлебывая свой кофе. - Тесная, замкнутая каста жрецов у древних кельтов. – Женщина поморщилась от вкуса растворимого напитка, больше похожего на разведенный цемент и поняла, почему ее партнер не стал его пить. - После принятия христианства друиды стали играть роль местных знахарей. – Она поставила стаканчик рядом с кофе Питера и провела пальцем по ободку, стирая молочно-кремовую каплю с горлышка.
-Сейчас есть какие-либо секты, церкви, общества типа друидских? – Марлини обратил внимание на этот ее невинный жест и нервно сглотнул. Тонкий наманикюренный пальчик Кет кружил по картонному горлышку стаканчика с кофе, а Питер будто ощущал как кольцо сжимается у его горла.
-В начале ХХ века в Британии оформилось неодруидское движение. Около десяти тысяч британцев причисляют себя сейчас к неодруидам, но пока официального признания за этим течением религии не последовало, хотя за это активно борется комиссия по делам благотворительности.
-А в США? Это сильно распространено? – Сдавленно проговорил мужчина, заставив себя посмотреть в лицо женщины.
-Как одна из форм современного неоязычества… - Подтвердила Кет. - А что с нашим убитым? - О… Она сегодня не собиралась делать для Питера легкий день. Ее сапфировые глаза лишь на секунду задержались на его губах, а он уже готов был умереть только ради одного воспоминания от ощущения этих губ на своих. Марлини встал из-за стола и подошел к проектору, взяв папку с делом. Теперь уже избегая любого зрительного контакта с женщиной.
-Альберт Камерон. 54 года. Не женат. Детей нет. До 1991 года работал в фармацевтической компании в Индианаполисе, потом переехал в Колорадо, прожил там три года и уехал. За последующие шесть лет поменял место жительства в 18 штатах!
На этой фразе Кетрин даже присвистнула.
-Да-да. Только недавно обосновался в Вашингтоне.
После этого Питер быстро защелкал фотографиями с места преступления, на которых изображался сам убитый и обстановка рядом.
-Откуда известно, что он неодруид? – Уточнила женщина.
-Его опознали его товарищи по религии. Они и предположили, что убийство связано с их вероисповеданием. Кстати, мы должны просмотреть нет ли еще мотивов. Возможно что-то личное или, например, политика… - Снова невольный взгляд на нее и снова как удар током. Кет все еще сидела на краю его стола, теперь закинув ногу на ногу и покачивая ими в такт сменяющимся слайдам. Слава тебе Господи, что сегодня она была в брюках!
-Политика вряд ли. - Предположила Кет. – Друиды обычно четко отграничивают себя от любых из современных политических течений, считая, что это убьет всю систему языческого мировосприятия. Хотя попытки давления на них предпринимались.
«Ее вообще можно хоть чем-то пронять? Как можно быть такой равнодушной!» - Возмущался Питер: «Давай же, думай о чем-то отвратительном – кишки, черви, разлагающийся труп, лужа крови, красная и тягучая…, алая как ее губы, теплая как ее руки, сладкая как ее кожа… Дьявол!» Марлини зарычал в тщетной попытке отвлечься и, краем глаза поймав вопросительно поднятую бровь Кетрин, отвлекшуюся, наконец, на него.
-Естественно. – Он попытался сыграть безучастный вид, сразу переведя разговор. - Если неоязычники достаточно обширное течение, то проигнорировать такое количество избирателей политиканы не могут. Может быть, как раз их неуступчивость и стала мотивом?
Кет кивнула в знак согласия:
-Только я не могу понять, кому могли помешать эти люди? Друиды вполне мирные люди. Худшее на что они способны так это на организацию праздника с большим количеством людей и распитием пива в немыслимых объемах у костра в лесу.
Но Питер только пожал плечами: судить сейчас о чем-либо было еще рано.
***
-Цель Вашего визита? – Спросил полный мужчина в голубой униформе таможенного служащего.
Мужчина с серой, сухой кожей, из-за которой вокруг его глаз мельтешили мелкие морщинки, вдруг неистово закашлялся, прикрывая слабо сжатым кулаком рот с синевато-фиолетовыми губами.
Таможенник привстал со своего продавленного кресла и наклонился над стойкой, отделяющей его от мужчины.
-Сэр, я могу Вам помочь? – В его глазах читалось беспокойство, с каждой секундой перераставшее в неподдельную панику.
«Не хватало еще только чтобы, он тут умер», - подумал таможенник: «Только не в мою смену, старик!».
-Сэр, Вам нужен врач? – Снова спросил он, но на этот раз мужчина, уже чуть успокоившийся, махнул ему рукой, призвав сесть.
-Сэр?
-Все в порядке. Это не заразно. – Предупредил мужчина.
Таможенник странно покосился на него, недоверчиво продолжая листать его паспорт.
-Цель Вашего визита? – Снова спросил он.
-Туризм. – Коротко ответил мужчина, с грубым ирландским акцентом, забирая документы и услужливо склонив голову.
Второй служащий таможни протянул мужчине его спортивную сумку на широкой лямке и пожелал удачи, стараясь изобразить безразличие.
-У меня начинается нервный зуд после них. – Пробормотал первый таможенник своему напарнику и, как будто, в доказательство почесал правое плечо.
Турист вышел из аэропорта, посмотрев на облачное небо, и уже махнул рукой подъехавшему такси, когда его окликнул странный незнакомец. Его темный, в багровых пятнах плащ, масляными бликам светился на тусклом мартовском солнце, еле выглядывавшем из тучного облака, с размытыми краями.
-Bhí mé ag fanacht leat[1]. – Хрипло пробормотал незнакомец.
-Кто Вы? – Турист отпрянул от него, как кошка от включенного пылесоса. – Почему…
-Who cares cé mé, rud is tábhachtaí - a bhfuil tú ag[2]. – Прервал его незнакомец, положив свою широкую, загорелую руку в тугих плотных жилах ему на плечо.
Турист боковым зрением взглянул на нее и нервно сглотнув подернул плечом:
-Сad a chiallaío
-Аdh agus poshli.Ty go léir a thuiscint nuair a insint duit go bhfuil sé Oghaim chuir mé tú[4]. – Незнакомец переместил руку с плеча к ладони и крепко сжав ее, потянул мужчину за собой.
***
Барбара стянула с себя латексные голубые перчатки и метким броском закинула их в мусорную корзину. Тяжело выдохнув после сложного вскрытия, она оперлась бедром на край компьютерного стола и уставилась на серый подвесной потолок в белую крапинку.
-О чем думаешь? – Ее прервал голос Кетрин, вошедшей в лабораторию.
Девушка подарила коллеге приятную лучезарную улыбку и раскрыла руки, словно, хотела ее обнять.
-Да так, ни о чем особенном. – Пробормотала Барбара, пожав плечами. – Просто смотрю на эти плиты и думаю, не похожи ли они на нашу жизнь?
Кетрин подняла взгляд на потолок, в раздумьях вытянув нижнюю губу.
-Прости за невежество, но чем они могут быть похожи на нашу жизнь? Такие же пластиковые? – Наморщилась Кет.
Барбара усмехнулась и взяла из рук женщины документы, которые та принесла.
-Нет, просто иногда думаю, что наша жизнь серая и лишь редко просматриваются белые крапинки.
Кетрин могла понять девушку. С такой работой не сложно стать пессимистом, если кругом убийства, насилие, жестокость и безразличие. Ты можешь либо сам стать безразличным, либо станешь пессимистом, видя все в черном цвете, либо, если повезет, будешь пытаться искать хоть что-то хорошее в жизни. Как белые крапинки на подвесном потолке.
-Что ты принесла? – Простодушно спросила Барбара.
-Это отчет о вскрытии очередной жертвы. Патолог, который делал аутопсию написал, что жертву прирезали, но есть кое-какие детали, поэтому лучше тебе посмотреть.
-Опять серия? – Поморщилась Уинстер.
Кетрин отступила от нее, как от чумной, выставив руки вперед.
-Нет, Барб, не произноси этого. Я даже думать о таком боюсь.
Женщина криво улыбнулась и открыла отчет.
-Неодруид? – Переспросила она. – Ему что засадили кинжал в сердце за то, что он поклонился не тому дереву.
-Не спрашивай. – Махнула рукой Кет, направляясь к выходу. – Я пойду. Теперь это твоя территория.