Страница 102 из 107
Лицо бывшего адвоката начало потихоньку багроветь. Но я сделал вид, что не замечаю этого.
— Готов поклясться, что такой благодарной слушательницы у вас никогда не было, мистер Кингсли. И никто еще никогда не восхищался так вашей работой, — продолжал я. — Как хорошо иметь кого-то, кому можно довериться, особенно в минуту тяжелых испытаний!
— Ширли была дорогой шлюхой, — в ярости произнес Кингсли. — И больше никем!
— Давайте вернемся к той ночи, когда ее убили, — предложил я. — Как утверждают Кордиан и Блэр, ей кто-то позвонил между десятью и одиннадцатью часами. И она сказала им, что должна уйти. Оба считают, что это вы позвонили ей, чтобы договориться о встрече.
— Это ложь! — выпалил Кингсли.
— Согласен с вами, — сказал я, но Кингсли это совсем не понравилось. — После того как вы покинули номер Кордиана, его интрига, цель которой было отобрать у вас жену, стала приближаться к развязке. Он велел Ширли позвонить миссис Кингсли и рассказать о своей связи с ее мужем с того самого момента, как они впервые встретились в Сан-Франциско. Она должна была также упомянуть, что ее специально привезли в Пайн-Сити, чтобы мистер Кингсли мог встречаться с ней, когда пожелает. Кордиан думал, что миссис Кингсли будет так возмущена, что в ту же самую ночь уйдет от своего мужа. — Я взглянул туда, где, выпрямившись как струна, во всем своем языческом великолепии сидела Адель, и улыбнулся. — Но вы передернули карту!
Адель ничего не ответила, но я и не надеялся на ответ. С этого момента мне нужно пробираться в своих догадках буквально на ощупь. Нужно быть предельно осторожным, ибо любая ошибка может разрушить с таким трудом выстроенную версию.
— Мистер Тайлер, — повернулся я к помощнику Кингсли, стоявшему за стойкой. — Буду вам очень признателен, если нальете мне еще виски.
— Конечно, лейтенант! — Рассеянный взгляд его снова стал сосредоточенным, и он снял с полки бутылку с виски.
— Я передернула карту? — повторила Адель нарочито изумленным тоном. Она медленно покачала головой, посмотрела на потолок, словно ища подтверждения своей невиновности, и спросила: — Каким же образом?
— Вы не стали собирать свои вещи и не бросились в объятия Кордиана, — ответил я. — Не стали кричать на Ширли Лукас, а спокойным голосом предложили ей приехать сюда прямо сейчас, чтобы обсудить сложившееся положение.
— У него явно не все дома, — пренебрежительно бросила Адель и со вкусом потянулась, отчего платье на ее груди чуть не треснуло.
— Такой поворот дела удивил девицу, и она не знала, что делать, — продолжал я. — Ширли быстренько переговорила с Кордианом, и тот посоветовал ей идти. Он думал, что скандал, который непременно разразится между неверным мужем и оскорбленной женой, когда в доме появится его любовница, оскорбит чувства настоящей леди, какой он вас считает, Адель. И вы уйдете от Кингсли.
— Ваша фантазия поистине неистощима, лейтенант. — Адель посмотрела на меня, и в ее глазах вспыхнуло презрение пополам с насмешкой. — Ну и как, состоялась встреча этого любовного треугольника?
— Не сомневаюсь, — уверенно ответил я.
— И что же было дальше?
— Не знаю. Меня же там не было! — Я не спеша взял свой стакан со стойки бара, куда поставил его Тайлер. — Знаю только то, что вы вывели девушку в сад и жестоко избили. А потом кто-то из вас ее задушил.
— Я думаю, вы страдаете навязчивой идеей, лейтенант, — сказала Адель срывающимся голосом. — Хотите упечь нас в тюрьму за убийство, которого мы не совершали!
— Помните, — обратился я к Кингсли, — как вы отвели меня в сад и показали тело девушки?
— Конечно! — воскликнул Жерар.
— Я сказал, что ее задушили, а вы добавили, что перед смертью ее жестоко избили. Это в общем-то было видно и так. Но потом вы вдруг предположили, что девушку не только избили, но и изнасиловали. Почему вы пришли к такому выводу, мистер Кингсли?
— Ну, — он с силой потянул нижнюю губу, зажав ее пальцами, — я думал, что в подобных убийствах без этого не обходится.
— Я потом долго размышлял, почему вы произнесли эти слова, — медленно проговорил я. — Особенно после вскрытия. Оно показало, что никакого изнасилования не было. Нормальный человек при виде мертвого тела жестоко избитой молодой девушки просто приходит в ужас. Ему не приходит в голову, что, прежде чем убить, ее изнасиловали. И тогда я подумал, каким же человеком нужно быть, чтобы сразу прийти к этой мысли, да еще и высказать ее вслух! — Я медленно отхлебнул виски, и кубики льда в моем стакане громко звякнули. — Наверное, таким, который сам бы хотел заняться любовью с этой девушкой, но не мог. И еще таким, который позволил своей жене с самых первых дней занять главенствующее положение в семье в вопросах секса. Она очень быстро приучила его к тому, что секс — это награда за хорошее поведение, и ввела в практику систему сексуальных поощрений и наказаний. Всякий раз, когда жене что-то не нравилось в его действиях или поведении, он наказывался лишением близости. А когда его дисквалифицировали, он был наказан шестимесячным воздержанием! И конечно же, человек, обреченный жить в таких условиях, в конце концов сам превратится в психопата. И может быть, его вечный страх быть сексуально отвергнутым, который внушила ему собственная жена, автоматически превращает его в импотента, стоит ему приблизиться к другой женщине!
— Слушая ваши бредовые измышления, можно только удивляться, почему вас еще не изолировали от общества, — напряженно произнесла Адель.
— Ну разумеется! — Я смерил ее долгим взглядом. — Если бы ваш муж в вашем и Ширли Лукас присутствии признался, что не в состоянии заниматься любовью ни с какой другой женщиной, вы бы простили ему все!
— Послушайте, лейтенант, — произнес Кингсли, наклонившись вперед на стуле, на его лысине засверкали крупные капли пота, словно роса в лучах восходящего солнца. — Если, как вы утверждаете, мы убили эту девушку, тогда почему же мы оставили труп у себя в саду и рано утром заявили в полицию?
— А что же еще вам оставалось? — рявкнул я в ответ. — Вы ведь приготовили очень правдоподобное объяснение. Кто-то, мол, подбросил тело девушки в ваш сад, чтобы пришить вам убийство и тем окончательно погубить вас.
— Не собираюсь больше выслушивать вздорные обвинения, — с нескрываемой злобой произнесла Адель. — Если он через две минуты не уберется из нашего дома, Жерар, вышвырни его отсюда!
Она решительно встала, и по ее телу под тесным, облегающим платьем пробежала легкая дрожь. Да, она права, подумал я. Наш разговор несколько затянулся. Я быстро подошел к стойке бара и что есть мочи стукнул по ней ладонью. Удар прозвучал словно выстрел, и коротышка Тайлер, вскрикнув от страха, отпрянул назад.
— Не пугайтесь, Уолтер! — прорычал я. — Вы знали, что Ширли находится в этом доме. Так что они наверняка спровадили вас в вашу комнату. Но вы все равно не могли уснуть, понимая, что они с ней делают! Ночь была лунной. Девушка, наверное, сопротивлялась и хоть раз да крикнула, прежде чем они заткнули ей рот и выволокли в сад. Что вы видели из окна своей спальни?
Тайлер погрузился в воспоминания, и взгляд его за толстыми стеклами очков сделался вдруг отсутствующим.
— Это было ужасно! — всхлипнул он. — Ужасно! Они завязали ей рот шелковым шарфом, чтобы она не кричала. Другим шарфом связали ей спереди руки и за волосы выволокли в сад. Я хотел помочь ей! — Тайлер в отчаянии стукнул маленькими кулачками по стойке бара. — Но мне было очень страшно! Я знал, что если вмешаюсь, то они убьют и меня. Они набросились на нее как звери — нет, хуже, чем звери! — разорвали на ней одежду. А потом Адель пошла в дом и вернулась с собачьим поводком, который висел в кухонном шкафу. Его оставили прежние хозяева — я помню, он попался мне на глаза, когда мы осматривали этот дом, прежде чем снять его. Они по очереди стегали ее поводком, пока не выбились из сил и тогда… — голос Тайлера сорвался, он всхлипывал, словно маленький ребенок, — тогда Адель разделась и принялась рисоваться перед мистером Кингсли. Потом она ему что-то сказала, и он опустился на колени и сжал горло девушки. Я не мог вынести этого зрелища и отошел от окна. Больше я ничего не видел!