Страница 12 из 15
Два слова в защиту коллегии выборщиков
Для преодоления кризисных явлений в российском обществе требуется новое понимание статуса гражданина. Пока этот статус предусматривает правовую уравниловку, в стране формируется не демос, а охлос[1]. Охлос, соответственно, охотно подчиняется такой власти, которая обещает «хлеба и зрелищ», умеет «красиво обмануть», а управляет под прикрытием формально демократических норм с помощью олигархических кланов. Любопытно, что в глазах охлоса нельзя даже скомпрометировать чиновника обнародованием его грехов.
Пьяница?
Ну и мы пьем!
Вор?
Ну и мы приворовываем!
От семьи гуляет?
Наш мужик!
Охлос хочет видеть во власти самого себя, демос — своих лучших представителей. В этом разница.
Сегодня политическими правами в равной мере наделяются люди, лишенные чувства ответственности, либо ничего не видевшие в жизни и не знающие ее, а то и просто склонные к совершению преступлений. Удивительно, что такое состояние правовой системы считается нормальным, а выделение преимуществ для тех, на кого опираются общество и государство, — чем-то экстравагантным. А ведь эти преимущества могли бы затрагивать всего лишь сферу политического выбора — права избирать и быть избранным. Пока это право не дифференцировано, оно является источником разрушительных процессов.
Простейшим принципом дифференциации является добропорядочность гражданина — отсутствие судимости, наличие семьи и детей, опыт службы в армии, определенный образовательный уровень и прочее. Такому выборщику действительно не заморочишь голову, он знает свои интересы и связывает свою судьбу с судьбой страны. Если политическая система будет опираться именно на такого гражданина, многие негативные явления сегодняшней политики будут изжиты.
Сначала будет слово
Вина за нынешнее нестабильное состояние гражданского общества во многом предопределена состоянием российских СМИ. Пока в стране нет необходимых правовых и экономических условий для цивилизованного информационного бизнеса. Без этого свобода слова вырождается в свободу сквернословия, войну компроматов и массовую дезинформацию.
Новый парламент должен уделить особое внимание этому вопросу, приняв систему гарантий профессиональной деятельности журналистов и утвердив подлинную независимость СМИ, ограждающих общество от недобросовестности магнатов и безответственности отдельных публицистов. Это отдельная и большая тема.
Главная задача — обеспечить экономическую эффективность средств массовой информации, возможность реальной конкуренции на рынке информационных услуг и действенной защиты граждан от клеветы, оскорблений, обмана, посягательств на их честь и достоинство.
Воспитание гражданина происходит не на избирательном участке. Именно поэтому нужны резкие изменения в повседневной информационной среде, в которой создается будущий гражданин. Свобода средств массовой информации должна сочетаться с их ответственностью. Непристойности и культ насилия, порнография и сквернословие должны быть безжалостно вычищены из эфира и с газетных полос вместе с их переносчиками. Общество получит защиту от бульварной журналистики и назойливо-бесстыдной рекламы.
Патриотизм как обыкновенная повседневность
Гегель писал, что под патриотизмом «часто понимают лишь готовность к чрезвычайным жертвам и поступкам. Но по существу он представляет собой умонастроение, которое в обычном состоянии и обычных жизненных условиях привыкло понимать государство как субстанциальную основу и цель. Это сознание, сохраняющееся и при любых обстоятельствах, и является основой для готовности к чрезвычайному напряжению».
Патриотизм состоит в том, чтобы любить Россию, знать историю ее славных побед и поражений, экономических расцветов и депрессий — вне зависимости от политической конъюнктуры, во всем ее более чем тысячелетнем величии. Это — наша страна и наша история.
Патриотизм — это активная гражданская позиция, действие, выражение осознанной народной воли. Суть патриотизма — в преодолении мелких разногласий ради защиты общего интереса.
Чувство патриотизма, привитое гражданину в семье, школе, общественных организациях и прессе, снимает вопрос о противостоянии гражданского общества государству. Оно делает гражданское общество и государство продолжением нации, двумя неразрывными ее частями.
Цели гиганта должны быть амбициозными
Несоразмерность стоящих перед Россией задач и уровня развития ее экономики сегодня очевидна каждому. Десятилетие кризисов не прошло бесследно. Отставание от ведущих экономических держав продолжается, российская экономика остается незаметной на фоне крупнейших субъектов мирового хозяйства.
Наметившееся экономическое оживление не продолжилось видимым ростом. Благоприятная внешнеэкономическая конъюнктура не использована. Сохраняется сырьевая направленность экономики. Несовершенство налоговой сферы по-прежнему вынуждает предпринимателей уходить в теневой сектор. Тяжкое бремя сомнительных по происхождению внешних долгов продолжает определять крайне неблагоприятное финансовое положение России.
Попытки правительства решить проблему своевременной выплаты зарплаты, пенсий и пособий не стабилизировали ситуацию. Почти треть населения живет в нищенских условиях, не имея возможности удовлетворить самые элементарные жизненные потребности. В то же время правительство не проявляет инициативы для кардинального изменения обстановки и упорядочения правил игры в экономике. Трудолюбие, энергия и предприимчивость населения остаются нереализованными.
Наиболее образно описывает ситуацию, сложившуюся в стране, писатель и философ А. П. Потемкин:
«Чтобы ее, бедность, ниспровергнуть, чтобы окончательно победить, а потом и вовсе изгладить из памяти, необходимы рыночные законы и желание разжечь в себе страсть к деятельности. Казалось бы, просто и ясно, и все равно никак не удается раскрутить маховик перемен. Никак не наступает пора реформ! Кто виноват? Кто отвечает за жестокое разделение общества на антагонистические классы? Чего здесь больше, порочного инфантилизма, самоуверенного непонимания сути, или осмысленного саботажа? В крови ли российского этноса — использование силы для обновления общества, для изменения условий жизни? Является ли испытание жестокостью характерной чертой россиян? Отличает ли нас от всех остальных бесшабашная вседозволенность, не она ли причина всех бед отечества? Пока глас народа не зазвучит, как гимн Отечества, пока он не станет вызывать умиления, пока будем продолжать с сухими глазами, без сострадания в сердце наблюдать за нищетой общества — мы не изменим самих себя и свою Россию».
1
Охлократия — греч., господство толпы, черни, выродившаяся форма демократии.