Страница 30 из 48
Впрочем, кое-какая догадка на этот счет у нее была. «Портрет должен быть где-то спрятан, в какой-то закрытой комнате, подальше от людей, значит, надо искать эту комнату!» Снежане вдруг вспомнилась сказка «Синяя борода», которую она сквозь сон слышала как-то, когда мама читала ее Светику. Там что-то было в таком роде: что-то запретное, что было спрятано в какой-то закрытой потайной комнате, а главная героиня, молодая жена Синей Бороды, туда как раз и проникла… Чем кончилась сказка, Снежана, откровенно говоря, не помнила — наверное, заснула все-таки к концу, — но сама идея ей очень понравилась. «Ну что ж — будем искать закрытую комнату!»
Комнаты в поместье располагались на втором и третьем этажах — на первом были сплошь залы. Снежана решила методично просматривать каждую комнату. К ее досаде оказалось, что добрая половина комнат закрыта на ключ, в основном на третьем этаже, что, впрочем, было вполне объяснимо — комнаты на втором этаже носили общественный характер — детские игровые, музыкальная комната, детская библиотека, а на третьем, видимо, располагались уже жилые комнаты.
Но как выбрать из них нужную? А даже если таковая и найдется, как проникнуть в закрытую комнату без ключей? Снежана закусила губку от досады. Она ведь даже и не подумала о таком элементарном препятствии! Тут она вспомнила, в фильмах видела, что в подобных ситуациях у главных героев всегда были отмычки, но от этой мысли ей стало еще более не по себе, а идти к охране и просить у них ключи от запертых комнат, конечно же, было немыслимо…
Наконец Снежана присела на корточки прямо посреди широкого коридора, возле статуи какого-то полуобнаженного мужчины, держащего жезл с навершием в виде змеиной головы, и задумалась, что же делать дальше. Самое плохое заключалось в том, что двери все были одинаковые — высокие, в два человеческих роста, двустворчатые, позолоченные, с одинаковыми ручками и старинными бронзовыми стучалками — и без надписей. За какой из них прячется этот злополучный портрет?
От досады ей захотелось заплакать — в самом деле, целый час таскаться по этой необъятной усадьбе только для того, чтобы вернуться обратно с пустыми руками? Что же делать?..
Снежана молча уставилась на противоположную стену, но никаких дельных мыслей в голову ей не приходило. Вдруг какой-то звук мгновенно привлек ее внимание. В доме стояла гробовая тишина — никого кроме нее с Ганиным в нем не было, а Ганин спал в закрытой комнате на другом этаже и в другом конце дома, но Снежана готова была поклясться, что услышала какой-то царапающий, скрипучий звук, как будто кошка точила свои когти о ковер. Снежана осмотрелась кругом, но никого не заметила — полутемные коридоры, призрачно-бледные прямоугольники лунного света на стенах и полу, тишина…
Но стоило только ей опять сосредоточиться на своих мыслях, как звук раздался снова, все отчетливее и отчетливее, а потом — будто чтобы развеять последние сомнения — тихое мурлыканье.
«Кошка? Откуда тут кошка? — встревоженно подумала Снежана. — Ганин мне ничего об этом не говорил! Хотя кто знает, может, и была у Никитского кошка или со двора забежала…»
Снежана встала и пошла на звук. Он вел дальше по коридору третьего этажа. Мурлыканье слышалось все ближе и ближе. Наконец Снежана увидела справа, между двумя комнатами, небольшую рекреацию. Здесь стоял низенький журнальный столик, несколько мягких кресел, небольшой диван и две пальмы в кадках с землей. Слабый лунный свет из окна освещал помещение. Прямо посредине дивана Снежана увидела неровное черное пятно, которое и издавало мурлыкающие звуки. При приближении Снежаны у черного пятна загорелись два ярко-зеленых огонька.
— Кс-кс-кс! — автоматически прошептала Снежана — она обожала кошек! Кошка на диване встала и сладко потянулась, выгнув упругую гибкую спину. Снежана подошла к дивану, присела на краешек и несколько раз погладила спинку абсолютно черной, как ночь, кошки и ласково потрепала ее за ушко. — Хорошая, хорошая киска, умница… — Кошка еще громче заурчала.
— Бедненькая кисонька! Одна здесь, одна… Хозяева уехали, а кисоньку оставили! Бедненькая, хорошенькая… — сама чуть ли не замурлыкала Снежана. Кошка услужливо подставляла белым тонким ручкам Снежаны свою спинку, а потом вдруг громко мяукнула и, спрыгнув с дивана, побежала куда-то дальше по коридору.
— Эй, киса! Куда ты?! — чуть не закричала Снежана и бросилась за ней. Но удивительное дело! Обычно кошки бегают достаточно медленно, в отличие от собак, и человек может догнать ее, но Снежана этого сделать почему-то никак не могла! Более того, ей все время казалось, что, сколько бы она ни бежала, она ничуть не приближается к кошке — та от нее держится все время на одном и том же расстоянии. Дом был огромный, коридоры — длиннющие, при желании здесь можно было бы гонять на велосипеде. Снежана вообще-то и понять не могла, зачем она бежит за этой кошкой, сдалась она ей! Но почему-то все равно бежала и бежала…
Наконец, когда Снежане показалось, что сейчас сердце у нее выскочит из груди — давно она так не бегала! — кошка неожиданно остановилась возле одной из дверей и стала осторожно скрести ее когтями и мяукать. Когда Снежана подошла к ней, кошка снизу вверх посмотрела на нее своими яркими, как прожекторы, зелеными глазами и пронзительно замяукала.
— Что, кисонька ты моя, не пускают, зайчик ты мой? — засюсюкала Снежана. — А ну-ка, давай-ка я попробую…
Она нажала на позолоченную медную ручку двери — и… та моментально открылась! Кошка юркнула внутрь, и Снежана, недолго думая, вслед за ней…
Они оказались внутри большой и темной комнаты. Луна к тому времени, видимо, уже зашла за облака, а звездный свет позволял увидеть только темные контуры предметов — роскошной кровати под балдахином, шкафа, стола, кресел, подсвечников… Снежана щелкнула выключателем фонарика, и яркий кружок электрического света заплясал по полу, стенам и потолку комнаты, похищая из чрева ночной темноты ее законную добычу. Вдруг луч ее фонарика выхватил на стене, напротив кровати, какое-то до боли знакомое изображение. У Снежаны от неожиданности перехватило дыхание, она быстрым шагом направилась к нему и, подойдя, пригляделась повнимательнее…
«Боже мой! Да это ж я!» — чуть не вскрикнула Снежана, и словно сильный электрический заряд ударил ее — фонарик выпал у нее из рук на пол и закатился за кровать, но нужды в нем уже не было, потому что прямо над изображением вспыхнули лампы подсветки, и перед глазами Снежаны показалась картина — девушка с золотистыми волосами и с корзинкой цветов в руках.
Снежана не могла отвести глаз от лица, как две капли воды похожего на ее собственное, будто она сама видела себя в зеркале. Вот только веснушек на щеках и носу не было, да щербинки в зубах, и глаза… Глаза — совсем другие… Снежана, затаив дыхание, приблизилась к портрету вплотную…
Большие миндалевидные фиалковые глаза Снежаны на портрете смотрелись совершенно не так, как она видела их обычно в зеркале. Что-то в них было нехорошее, отвратительное, пугающее. Цвет глаз тот же, причудливо и искусно переданы искорки света на радужной ободочке, как искорки на темной морской воде, преломляющей лунные лучи, но за яркими цветами скрывалась угроза — такая угроза, которая исходит от внешне ласковой и нежной, но грозной и смертельно опасной морской волны. Вдобавок красные прожилки на белках глаз придавали взгляду кровожадность, хищность, равно как и неестественно яркие красные полные губы — всему лицу. Ну а прихотливый изгиб этих губ вообще можно было понять как издевательскую усмешку.
— Значит, это и есть тот самый мой портрет… — прошептала Снежана, и ноги ее предательски задрожали. Она бы упала, если бы рядом не оказался мягкий стул. Снежана села на него, не отрывая глаз от портрета. — Ой, что же это я сижу! — вдруг спохватилась она, открыла сумочку, достала оттуда видеокамеру и тут же сделала десяток снимков и небольшой видеоролик. Глядя в объектив видеокамеры на картину, Снежана никак не могла отделаться от неприятного чувства, что глаза девушки все время пристально за ней наблюдают, даже тогда, когда она в эти глаза и не смотрела, направляя объектив на розовый замок вдали или на корзинку с цветами. Наконец, закончив снимать, она направилась к выходу. Однако выйти из комнаты ей не удалось — дверь оказалась запертой. Снежана несколько раз подергала ручку, но все тщетно.