Страница 38 из 60
Посмотрев вправо, Вика вздрогнула, так как вспомнила о Машином даре.
- Только не говори, что ты...
- Прости, но я это пока не контролирую.
Тихо выругавшись, Вика отбросила лопатку, которой перемешивала под жарку для супа. И что ей теперь делать?
- Не волнуйся, я никому ничего не расскажу, - пообещала Маша и замолчала, привлекая внимание подруги.
- Ты что-то хочешь за молчание, верно? – изогнув бровь, поинтересовалась Вика. Вот так всегда, приходится платить за молчание.
- Да, хочу.
- И что же это?
- Думаю, ты и сама знаешь.
Тяжелый выдох вырвался из её груди. О, она догадывалась, но не была уверена, что хотела бы с кем-нибудь этим поделиться. Она даже Кристиано не рассказала, потому что знала, что сказанные ею слова произведут эффект разорвавшейся бомбы и тогда прольётся кровь, много крови. Вот только им сейчас и так проблем хватало. Насколько Вика поняла, Совет объявил их семье войну и эта война не обойдётся без жертв. Первым под раздачу попал Михаэль, оставалось гадать, кого выберут следующим.
- Ты никому не скажешь? – внимательно всматриваясь в синие глаза подруги, спросила Вика. Девушка понимала, что возможно открывшись Маше, делает опрометчивый шаг, ведь рыжая славилась у них любопытством, хотя и не была уж такой сильной болтушкой, просто любопытная как кошка. И всё же было немного страшновато, что обо всём узнает Кристиано, она боялась за своего волка.
- Никому, обещаю.
- Хорошо, - вздохнув, сдалась Вика, и, посмотрев на входную дверь, проверяя наличие подслушивающих, и когда их не оказалось, то начала свой рассказ.
Вернувшись от Иры, Вика была настолько потрясена рассказом девушки, что не сразу заметила Никольского, который ждал её в её же номере. Лишь когда она начала раздеваться, то поняла что что-то не так. Оставшись лишь в нижнем белье, она втянула в себя воздух и почувствовала запах дорогих сигарет, которые он всегда курил.
- Что ты здесь делаешь? – не став останавливаться, спросила девушка, ощущая голодный взгляд на своём теле.
- Ждал тебя, - в его голосе была хрипотца, как и всегда, когда он был возбуждён.
- И зачем?
Она старалась оставаться невозмутимой, годы практики помогали, но ей так хотелось накричать на него и просто вышвырнуть из своего номера, но она понимала, что этим она только подольёт масло в огонь. Никольский обожал, когда ему сопротивляются и терпеть не мог игнор.
- Я так соскучился по тебе, малышка, - ответил он, и послышалось шуршание простыней.
Прикрыв глаза, Вика постаралась побороть в себе приступ гнева. О, этот гнев был направлен на её память, потому что эта предательница решила подкинуть ей картинки из прошлого. Никольский обнажённый под простынями... мня-мням!!! Это картина, конечно, была очень аппетитная, но она не могла себе позволить даже думать об этом. У неё был муж, который во многом даст фору бывшему любовнику. Вот только память издевалась над ней, подкидывая откровенные картинки её прошлого. К примеру, как он взял её на балконе среди бело дня, причём балкон был не застеклён и находился на четвёртом этаже многоквартирного дома на одном из спальных массивов. Или же, как он завязывал ей глаза, сковывал за спиной руки и вставлял в рот кляп, чтобы она не могла кричать, а потом перекидывал через подлокотник дивана и вбивался в её податливую плоть. Ох, всё это она помнила и не хотела забывать, потому что это было её прошлое, как не крути. Единственное, чтобы она согласилась бы забыть, так это то, когда он причинил ей самую настоящую боль.
Откашлявшись, она успела увернуться, прежде чем он прикоснулся к ней.
- Ты бы оделся, – натягивая через голову свитер, посоветовала она.
- Тебя никогда не смущала моя нагота, даже наоборот нравилась.
- Это да, но ты забываешь, что я теперь замужем.
- Боишься, что муж узнает?
- Скорей боюсь того, что он с тобой сделает, если узнает, что ты, - она окинула его мускулистое тело равнодушным взглядом, - был в моей комнате, да ещё и голый.
Он рассмеялся, и от его смеха у Вики поползли мурашки по спине. Ничего хорошего этот смех не предвещал.
- А тебе идёт быть волчицей, - не с того не всего сказал он.
Она замерла, уверенная, что ей послышалось.
- Не нужно так удивляться, милая, - наклонил он голову в бок, улыбаясь.
- Я тебя не понимаю, - прикинулась она дурочкой.
- Разве ты не чувствуешь? – начал он к ней приближаться, а Вика непроизвольно сделала шаг назад.
- Не чувствую что?
- Принюхайся.
И она принюхалась. Тихо выругавшись, Вика отшатнулась от него.
- Не подходи, - прошипела она.
- Ну-ну, малышка, не надо так, - расплылся он в порочной улыбке, - ты же знаешь, я тебя не обижу.
- Ага, знаю, мы это уже проходили, Никольский. Как-то ты чуть не убил меня.
- А это! Пустяки. Тебе же нравилось то, что я с тобой делал.
Нравилось? Ну, возможно поначалу так и было, но не потом.
Ощетинившись, Вика тихо и угрожающе зарычала, продолжая пятиться от него, но стоило её спине коснуться стены, как она оказалась в крепких мужских объятиях. Чёрт, он слишком быстрый, а это значило только одно, он был не обращённым волком. Его ловкие руки тут же пробрались под свитер и начали ласкать её нежную кожу. Раньше бы она почувствовала трепет и возбуждение, но не сейчас. Сейчас Вика чувствовала лишь отвращение.
- Нет, - толкнула она его в грудь, но толку было мало.
Он трогал её тело, оставляя на ней свой запах, который она позже будет отмывать и отмоет, потому что Кристиано не учует его. Когда же его губы накрыли её, Вика разозлилась окончательно и тогда что-то произошло. Никольский зашипел и отпустил её. Выражение на его лице говорило о том, что ему больно, очень больно. Не понимая, что всё это значит, она безотрывно смотрела в его глаза, а ему становилось всё хуже и хуже.
- Ты... - начал он, но, не договорив, повалился на колени и схватился за голову.
Дыхание его было прерывистым, на глазах навернулись слёзы. У него был жалкий вид. Одёрнув свитер, ей в голову пришла мысль, что этот мужчина боится боли, когда же сам любит причинять её другим. Как интересно!
Раздался стук в дверь, и девушка бросилась к ней, перескочив через скрючившегося Никольского. Но стоило ей повернуться к горе-насильнику спиной, как он снова накинулся на неё и повалил на пол. Вскрикнув от неожиданности, она начала брыкаться, пытаясь скинуть его с себя, вот только Никольский был больше и сильней.
Навалившись на неё всем телом, он тяжело дышал ей в затылок. Его пальцы проникли под свитер и начали стягивать с неё трусики. Она чувствовала его возбуждённую плоть, и понимала, что если ничего не предпримет, то будет изнасилована этим убл...ком.
Зарычав от раздражения, Вика подняла глаза, ища хотя бы какой-нибудь предмет, которым можно было бы огреть мужчину, но тут дверь в её номер распахнулась от пинка. На пороге стоял Дэн. Мужчина был в ступоре от увиденного, но быстро пришёл в себя. Вика видела, как его лицо покраснело от ярости, и он кинулся к ним. Набросившись на Никольского, он оторвал мужчину от неё и тут же схватил мощный удар под дых. Захрипев, он повалился на пол, а после получил ещё удар с ноги в лицо. Когда же её друг схватился за разбитый нос, Вика выругалась. Чёрт, она не хотела бы, чтобы Дэн пострадал из-за неё, и всё же он пострадал.
- Никогда не мешай волку брать то, что принадлежит ему по праву, - прорычал Никольский и снова кинулся к Вике, желая подмять её под себя и взять силой.
Она же успела повернуться к нему до того, как он бросился к ней, и стоило их взглядам встретиться, как мужчина снова повалился на пол, извиваясь от боли.