Страница 49 из 60
Оказавшись в комнате личных достижений, он тщательно изучил всю доступную информацию о трофеях, решив оставить все, кроме веревке с кинжалом на конце, носившей название шэнбяо. Ее он обменял на оружейном рынке на пару дымовых шашек. Информационные протоколы сообщали, что потайные кинжалы невозможно купить. Их можно получить, только выполняя сложные задания. Причем обращаться за заданиями нужно непосредственно к фидаинам, которые очень избирательны в своих связях.
«Выходит, я просто везунчик», — ухмылялся Ха — Райя, набирая целый ряд заданий, благодаря которым сможет усовершенствовать навыки убийцы, к которым получил доступ, добыв в бою пружинные кинжалы. Конечно, о серьезной боевой мощи речи не шло, но навыки неплохо сочетались с ловкостью и пластичностью вора. Да и не было у него выбора — конкуренты все равно продолжат подсылать убийц, так что здесь «либо ты, либо тебя».
Ха — Райя успел освоить большинство базовых навыков ведения боя открывшихся новых способностей, когда ему пришлось отражать нападение второго убийцы. На этот раз помощи в виде появившихся стражников не было. Сражение предполагало честный бой лицом к лицу… Или же… нет?
Ха — Райя понял, что навыки противника существенно превосходят его, и предпочел сбежать. Это произошло после двух минут битвы. Убийца не был быстрее вора, но его мощи невозможно было противостоять. Поэтому, получив пару легких ранений, Ха — Райя решил не усугублять свое положение и, бросив дымовую шашку, предпочел скрыться.
Дымовая шашка оказалась для убийцы сюрпризом, и он упустил вора.
«Нет, так дело не пойдет», — решил Ха — Райя, сняв комнату на постоялом дворе, славящимся тем, что на его территории были запрещены любые драки. Дождавшись, когда закончится игровой день и откроется доступ к комнате личных достижений, он определил троих воров, которые могли нанять убийц, чтобы убрать его, и решил, что со следующего дня сам начнет охоту на них.
Ход был неожиданным хотя бы потому, что никто не знал, о его новых способностях. Для конкурентов он оставался простым вором, у которого не хватит средств, чтобы нанять хорошую охрану или киллера, чтобы расквитаться с врагами. Услуги последних стоили так много, что вряд ли в заговоре участвовали только три вора, выбранных Ха — Райей, но он надеялся, что нападки кончатся, как только конкуренты поймут, что стоит на кону.
К первому убийству Ха — Райя готовился не менее тщательно, чем к своей первой краже. Он пытался учесть каждую деталь, продумать любую мелочь, но когда пришло время действовать, тщательно разработанный план рухнул на первых этапах. Пришлось принимать решение спонтанно: либо отступиться, либо идти напролом.
Ха — Райя, скорее всего, отступил бы, но его остановило понимание, что в любую минуту он сам может подвергнуться нападению очередного нанятого конкурентами убийцы.
— Ладно, рискнем, — буркнул он, подбираясь к изменившему маршрут вору.
На прежней дороге была приготовлена повозка торговца, которая должна была покатиться по мостовой, пугая людей, когда появится конкурент. Пользуясь шумихой, Ха — Райя планировал смешаться с толпой и прирезать соперника, проткнув его пружинным кинжалом.
«А что, собственно, поменялось?» — спросил себя Ха — Райя.
Выбравшись из укрытия, он смешался с толпой и начал следить за жертвой, выжидая удобный момент, чтобы нанести смертельный удар. Вор впереди был карманником, и Ха — Райя выдел, как соперник обирает незадачливых покупателей, стараясь выбирать тех, что побогаче.
Возле шатра с амулетами из Аида, сила которых распространялась и на жителей горного народа, карманник задержался, обирая завороженных словоохотливым торговцем потенциальных покупателей. Он действовал быстро и ловко, развивая в основном навыки карманника. Остальные способности находились на базовых уровнях — Ха — Райя знал это, потому что когда‑то работал с нынешним врагом в одной команде. Руки у конкурента действительно были ловкими, как у черта, но способность маскировки сильно хромала — главная ставка делалась на то, что когда обворованный заметит пропажу, карманник будет уже далеко от места преступления. Он никогда не крал товар, стараясь специализироваться исключительно на кошельках с монетами — их ненужно было продавать на черном рынке, привлекая к себе внимание стражников.
«Ладно, бог с его навыками, — подумал Ха — Райя, планируя, как подобраться к врагу незамеченным. — Попробуем использовать недостатки противника».
Он подошел, как можно ближе к вору, и заорал во все горло, что его обокрали.
— Это случилось только что, значит карманник среди нас!
Покупатели засуетились, проверяя свои карманы — именно на это и делал ставку Ха — Райя.
— Меня тоже обокрали! — закричал стоявший рядом с ним голиафец.
— И меня!
— И меня!
Толпа заревела, забурлила, забыв о том, кто первым поднял панику. Противник Ха — Райи, вместо того чтобы бежать, спасая свою шкуру, стал кричать и жаловаться наравне с другими, надеясь, что так сможет снять с себя подозрения. Гомон толпы обещал привлечь внимание стражников, так что действовать нужно было спешно.
Ха — Райя снял с головы капюшон — сейчас разгневанные голиафцы готовы были схватить любого, кто отличается от них или пытается что‑то скрывать. Да что там скрывать, достаточно было возмущаться чуть меньше других или наоборот чуть настойчивее, чтобы привлечь к себе внимание.
— Я стоял вон там, когда в последний раз проверял карманы! — голосил Ха — Райя, пробираясь к месту где находился соперник, возмущавшийся наравне с другими тем, что его якобы обокрали.
Пружинный кинжал выскользнул на мгновение из пристегнутых к руке ножен. Ха — Райя прошел мимо карманника не останавливаясь. Движение его руки было почти незаметным для глаз. Карманник охнул и резко обернулся, получив удар в спину, надеясь увидеть нападавшего, но Ха — Райя уже смешался с толпой. Он знал, что нанесенная противнику рана смертельна — за эту способность Ха — Райя заплатил большую плату в комнате личных достижений, но оно того стоило.
Карманник еще пытался отыскать взглядом напавшего на него, а кровь из раны уже пропитала его одежды и скопилась лужей под ногами. Когда силы покинули его, и он упал, напугав голиафцев, Ха — Райя был уже далеко от места преступления.
Он не знал, что произошло, когда появились стражники, и выяснилось, что убитый был карманником. Главное — никто не стал объявлять поиски убийцы, решив, что мошенника прикончил кто‑то из обворованных им голиафцев.
У Ха — Райи на этот день было намечено еще два убийства. Нужно было торопиться, пока соперники не поняли, что происходит, и не попрятались. Конечно, всех врагов все равно не устранить, но если как следует напугать, то, глядишь, они забьются, как крысы, в темные углы или придут с повинной.
Второго конкурента Ха — Райя собирался отравить — навыки создания ядов были получены вместе с базовыми способностями убийцы. Самым сложным оказалось подсыпать яд в еду жертвы, для чего требовалось подкупить повара в таверне… или убить, самому притворившись поваром, но маскировка такого уровня была доступна только фидаинам.
Главным в искусстве приготовления ядов было то, что ни один стражник, ни один маг не могли определить, что послужило причиной смерти жертвы, потому что отравленный погибал не сразу, а несколько часов спустя.
«Если все пойдет по плану, то третий конкурент будет мертв раньше второго», — думал Ха — Райя, покидая таверну.
Третье убийство он планировал совершить, воспользовавшись новыми навыками выслеживания жертвы. Нужно было подкрасться к конкуренту на расстояние точного броска метательного ножа. Причем сделать это нужно было в сравнительно безлюдном месте в соответствии с правилами фидаинов, предварительно подложив жертве в карман кольцо, якобы украденное у находившихся под протекцией Старца высокопоставленных голиафцев.
Кольцо Ха — Райя уже подготовил — стащил его у новоиспеченного купца, пытающегося вербовать в Аиде всех, кто связан с богиней Сфинкс, чтобы распространить свое влияние на ее дворец и, если повезет, на закрытый город Фивы. Ха — Райя сильно рисковал, проникая в жилище префекта ночью, но игра стоила свеч. Конечно, о том, чтобы украсть что‑то по — настоящему ценное, речи не шло — сейфы служащих Старца Голиафских гор было не взломать, но драгоценности просто лежали на прикроватной тумбе.