Страница 14 из 60
Покинув сектор боевых искусств, они, как решила сначала Агва, оказались на окраинах рынка, но затем взгляд зацепился за массивные ворота, преграждавшие проход в закрытую часть поселения.
— Что там? — спросила ведьма, не обращая внимания на продавцов повозок, выстроившихся в ряд.
— За этими воротами невольничий рынок, — нехотя пояснил Керасп. — Рабов обычно привозят на этом, — он указал взглядом на повозки. — Продажи идут хорошо, так что назад проще идти налегке. Да и тяговых животных, как правило, удается продать, как и рабов. У телебов это кромны, у торговцев Аида упряжки люмидов, если это конечно не демоны — ящеры зоргулы, способные сами тянуть груженую повозку.
— Фу! — скривилась Агва, вспоминая свои приключения в Аиде. — Помню, как‑то раз я встречалась с зоргулами… — она осеклась, сбивчиво добавив, что это случилось во времена, когда у нее был персонаж ведьмы.
Пара зоргулов, находившихся поблизости, тихо зашипела, высунув раздвоенные языки. Они были размером с крупного телеба, но передвигаться предпочитали на четырех лапах, хотя могли ходить и на двух задних конечностях, как большинство доступных для игроков персонажей «Фив». В красных глазах зоргулов вспыхнул огонь.
— Брр! — передернула плечами Агва. — Думаю, с этими о скидке договориться не удастся.
— Ты стеснена в средствах? — удивленно поинтересовался Керасп, помня, что нанимая его в проводники, укротительница не скупилась с оплатой.
— Нет, просто не хочу иметь ничего общего с зоргулами, — соврала Агва, хотя в действительности боялась, что бывшие демоны Аида, превращенные, согласно легенде, за верную службу в Закрытом городе в ящер, смогут заметить остатки колдовства, благодаря которому она из ведьмы Далеких земель смогла стать голиафкой. — Думаю, они слишком хитрые и коварные.
— Тогда можно попробовать сторговаться с телебами, — предложил Керасп.
— Да, телебы, пожалуй, подойдут, — оживилась Агва.
Они приблизились к хмурым, низкорослым продавцам, едва достигавшим голиафцам до пояса.
— Нужна повозка? — спросил один из них.
Агва кивнула. Он жестом указал на три крытых повозки. Ведьма выбрала ту, каркас которой показался самым крепким.
— Двадцать золотых, — сказал телеб.
— Десять, — возразила Агва, чувствуя, как ее начинает душить свойственная всем голиафцам жадность.
— За десять можешь забрать крайнюю повозку без тента, — сказал телеб.
— Она слишком хлипкая, к тому же мне нужен тент.
— Тогда девятнадцать золотых и не монетой меньше.
— Пятнадцать.
— За пятнадцать можешь взять ту повозку, что стоит в середине.
— Я уже сделала выбор, — прищурилась Агва, протягивая руку к кнуту, изготовленному из голиафской кобры.
Телеб помялся, и сказал, что готов уступить требуемую повозку и тент за семнадцать золотых. Интегрированная в игровую точку сборки жадность подталкивала Агву продолжать торги, но она смогла одержать верх над алчностью, согласившись на условия сделки.
— Помоги мне найти кромна или упряжку люмидов, чтобы тянуть повозку, и считай, что наша сделка свершилась, — произнесла она.
— Какого кромна? — опешил телеб. — Во — первых, все тягловые животные давно проданы, а во — вторых, улицы рынка слишком узкие. Здесь запрещено пользоваться кромнами или люмидами.
— Вот как… — растерялась Агва, меряя купленную повозку оценивающим взглядом.
— Ты же голиафка, — сказал телеб, решив, что покупатель хочет разорвать сделку. — Посмотри, какая ты сильная. Повозка пустая. Для меня тащить ее — слишком тяжело, а для тебя… — он замолчал, ловко ловя брошенный Агвой кошель с золотом.
Пересчитав монеты, телеб кивнул, подтверждая, что все в порядке. Раскрыв замок и вытащив пропущенную между спиц задних колес цепь, он помог выкатить повозку.
— Тент, — напомнила Агва.
Телеб широко улыбнулся.
— А я надеялся, ты забудешь, — признался он.
— Надень тент на каркас повозки, — сухо велела Агва, понимая, что сама будет делать это слишком долго.
Телеб помялся, затем увидел сребреник, и охотно выполнил указание.
— За сребреник я бы и сам мог натянуть тент, — проворчал Керасп, когда они с Агвой, взявшись за упряжь, потянули повозку прочь от невольничьего сектора рынка.
Агва промолчала, прикидывая, как, добравшись до ожидавшей ее группы диверсантов из Далеких земель, потащит через весь рынок повозку, в которой они спрячутся. Сейчас повозка была пуста, ей помогал голиафец, но не прошли они и половины пути, как тело покрылось потом, а в мышцах появилось неприятное жжение. «Нет, одной мне, пожалуй, не справиться с повозкой, когда в ней спрячется группа Тароса и мантикора», — решила Агва. Вдвоем с Кераспом они, возможно, смогли бы справиться с задачей, но не в одиночку. «Значит, придется рискнуть», — сказала себе ведьма, потратив на поиски альтернативного решение пару минут.
— Керасп? — обратилась она к своему проводнику, воспользовавшись заминкой, вызванной какой‑то толчеей впереди улицы у шатра голиафца, предлагавшего опасных змей, посаженных в стеклянные сосуды, где рептилии шипели, тщетно пытаясь прокусить стекло. — У меня есть к тебе предложение, — сказала Агва, встретившись с Кераспом взглядом.
— Хочешь нанять меня, чтобы я помог тебе тащить повозку с мантикорой? — догадался он.
— В каком‑то роде.
— И сколько ты заплатишь? Мне ведь придется надолго отлучиться с поста. Я и так уже нарушил ряд правил…
— Ты получишь больше, чем можешь себе представить.
— Как это? — нахмурился Керасп.
Взгляд его стал колючим, но Агва не отвернулась.
— Ты знаешь рынок. Пока мы шли за повозкой, я видела, как стражники проводят проверки. Мне это не нужно. Но без тебя я не смогу избежать досмотров.
— Заплатишь золотой, и любой стражник притворится, что не заметил мантикору, — усмехнулся Керасп. — Думаю, на черном рынке подобные монстры пользуются спросом, так что ты можешь позволить себе…
— Я не смогу тащить повозку одна. К тому же… — Агва незаметно достала смазанный ядом голиафской кобры нож, решив, что если Керасп откажется от ее предложение, то она тут же убьет его, чтобы он не сумел раскрыть тайны о диверсантах. — К тому же в повозке будет не только мантикора…
— Еще контрабанда?
— В каком‑то роде…
— Ты говоришь загадками.
— Вместе с мантикорой в повозке будет находиться группа телебов.
— Шпионы? — скривился Керасп, и Агва с трудом сдержалась, чтобы не нанести ему смертельный удар отравленным ножом.
— Нам нужно пробраться в чертоги Старца горы, — произнесла она.
Мышцы были напряжены. Ведьма готовилась к любому повороту событий, настраиваясь на худшее. Керасп молчал. Его большие глаза не мигая смотрели на новую знакомую, переваривая услышанное.
— Вас что… — он понизил голос до свистящего шепота. — Вас что, нанял кто‑то из врагов Старца? — Керасп нахмурился, увидев, как Агва качнула головой. — Что тогда?
— Нападение на чертоги Старца должно стать сигналом, — так же шепотом сказала ведьма. — Начнется смута. Нас поддержат завербованные фидаины и другие голиафцы, среди которых есть даже те, что управляют строительными червями… — Агва выдержала небольшую паузу, ожидая реакции стражника.
— Вам не скинуть Старца, — произнес он, не скрывая, что ожидал большего. — Горный народ — это огромный мир. Пара дюжин предателей и диверсантов не смогут ничего сделать.
— Я разве сказала о паре дюжин? — Агва сверлила Кераспа взглядом. — С одной стороны Голиафских гор сигнала начала бунтов ожидает объединенная Прай — Ми армия телебов, а с другой стороны, в землях Аида, его брат ведет переговоры с гильдией торговцев, которым по силам собрать еще одну армию…
— Разве в игровые точки сборки телебов не прописана междуплеменная вражда? — осторожно спросил Керасп.
— А разве в Горном народе были прежде рынки? — ответила вопросом на вопрос Агва.
Керасп задумался. Толпа вокруг загудела, реагируя на какое‑то событие. Зазвенели клинки стражников.