Страница 26 из 74
Точно. Малак решил, что я собираюсь захватить Звёздную Кузню. И со всей возможной поспешностью метнулся защищать своё главное достояние, верфь, крепость, источник Тёмного могущества... На месте Малака и я бы напрягся. А на своём месте — мне и в голову не пришло на самом деле лететь к Лехону — Неизвестному Миру. Тем более, что я тогда понятия не имел, где этот мир находится.
Но Малак-то считал, что мне-Ревану координаты Кузни известны! И отдал приказ о немедленном отбытии флота во главе с «Левиафаном» на защиту Лехона.
Про орбитальную бомбардировку Тариса все забыли. А командующий флотом, адмирал Саул Карат напоминать не торопился. Он был алчной тварью, но далеко не маньяком.
Тарис был спасён.
Просто вдумайтесь: я, я, я! Я сохранил шесть миллиардов жизней!
Просто вдумайтесь. Вдумались?..
Вот то-то.
В принципе, на этом можно было и остановиться: забиться куда-нибудь в дальний уголок вселенной и до конца жизни гордиться собой. Но героизм — увлекательное занятие, затягивает похлеще героина. Мы отправились к Явину-IV, на орбитальную станцию гениального механика-самоучки, родианца по имени Сувам Тан.
Этот парень жил мелким шулерством и торговлей всяким хламом, который собирал на поверхности лун Явина. В свободное время Сувам мастерил разные самоделки, чинил модное оружие расы ящериц-барагвинов... и отбивался от трандошанцев.
Дрянной народ эти трандошанцы. Поголовно бандиты, анархисты, шестёрки Обмена... В «Рыцарях Старой Республики» спасать от них Тана приходилось аж два раза подряд. Я мысленно приготовился к очередной рубке, запасся таблетками от тошноты и головной боли, но Сила была милостива ко мне: для того, чтобы спровадить трандошанцев со станции, оказалось достаточно продемонстрировать им Давика.
Бывший босс Обмена сыграл свою роль с минимальным инструктажом и максимальной самоотдачей. Величественно вышел из «Ястреба», величественно объявил станцию Тана своей собственностью, величественно дозволил струхнувшим трандошанцам сдристнуть отседова к ситховой бабушке, гопота малолетняя! И чтоб духу вашего здесь больше...
В общем, от бандитов мы избавились. Давика упаковали обратно в магна-кандалы и отправили в грузовой отсек. А я, заработав репутацию «хорошего-доброго гуманоида», пошёл общаться с хозяином станции.
Отличный он был парень, хоть и родианец. Сразу как-то мы с ним законтачили, несмотря на видимое отсутствие общих тем. Я ведь даже в пазаак не играл, а Сувам только картами от скуки и спасался... В общем, я травил земные анекдоты, копался в развалах оружия и прочем хламе, предлагаемом на продажу, и в ходе беседы выяснил, что перепрошивкой электронных сигнатур космических кораблей Тан занимается регулярно и совсем недорого. Заодно и внешность «Ястребу» можно подрихтовать — отчего не помочь хорошему-доброму гуманоиду?..
Я уточнил стоимость работ.
И схватился за голову.
Парни выкатили наши трофеи, наскоро обсудили бартер. Сколько-то кредов добавил Ордо. Я страшно корил себя за то, что не успел перед отлётом с Тариса выпотрошить Давика: сейчас снимать деньги с его счетов означало бы на всю галактику раскрыть своё местоположение. Уверен, имелись у Канга и анонимные заначки, но как гарантировать, что обращение к ним не запустит какую-нибудь программную закладку? Криминальный лорд не мог обойтись без электронных мер предосторожности на подобный случай.
Мы были голодранцами. Даже с «Ястреба», который Давик как раз собирался отправить на реконструкцию внутренней обстановки, снять было нечего.
В общем, я подумал-подумал, да и продал Тану его же орбитальную станцию. А что такого? Ведь после стычки с трандошанцами она считалась собственностью Обмена в лице Давика.
По-моему, Сувам изрядно повеселился, «выкупая» собственный дом: родианцу действительно было скучно отшельничать, а взаимное дружеское мошенничество — это куда забавнее, чем убивать время за пасьянсами.
Сувам перепрошил нам бортовой компьютер: теперь опознать сигнатуру «Чёрного ястреба» было невозможно. Ещё двое суток ушли на коррекцию формы пилонов, установку фальшь-консоли по левому борту и перекраску полученной конструкции в радикально-чёрный цвет. Ах да, отныне наш кораблик гордо откликался на имя «Варяг»: ну, не смог я удержаться.
Жестяночно-покрасочные работы проводили всей командой. Сувам предоставил инструменты, общее руководство и неиссякаемый оптимизм. Кроме того, он нас ещё и кормил всё это время: мы даже жратвы толком не запасли перед отлётом с Тариса.
- Слушай, Сувам, — сказал я, рассматривая «Варяг». — Ты ведь понимаешь... В общем, спасибо тебе. Не думай, мы очень скоро прилетим и я заплачу по-настоящему.
Маленький родианец привстал на цыпочки и обнял меня за плечи.
- Нормально-хорошо, Мак, — сказал он. — Ты хороший-добрый гуманоид. Прилетай скоро-снова.
Мне послышалось, что Сувам негромко хрюкнул, но я не знал, что означает этот звук у родианцев. Он протянул зелёную ладонь и вложил мне в руку небольшой, но увесистый мешочек, вроде кисета.
- Что? Не надо, Сувам, зачем...
- Бери, Мак. За станцию. На сдачу.
Мы попрощались. И улетели.
На сдачу от «продажи» станции мне достались два кристалла для светового меча. Я не знал, что с ними делать, и отложил до лучших времён.
Которые приближались стремительно и неотвратимо: мы наконец-то прыгали к Дантуину.
28.
- Кто ты, Мак?
За последнее время я слышал этот вопрос столько раз, что как-то уже перестал воспринимать его всерьёз. Какой смысл напрягаться, подбирать аккуратные слова и обтекаемые ответы, если собеседник изначально готов поверить в любую твою ложь — лишь бы не столкнуться с правдой?..
- Не знаю, Карт, — апатично ответил я. — А ты как думаешь?
- Вот об этом я и собирался с тобой поговорить, — сказал Карт, решительно усаживаясь на соседнюю койку.
Неудачный момент он выбрал для серьёзного разговора: я очередной раз пересматривал запись похищения Траска. И, честно скажу, грустил. Сила говорила мне, что напарник жив и здоров... точнее, что его состояние за прошедшее время не ухудшилось. Моя связь с членами команды становилась всё прочнее и, как бы это сказать, осознаннее. Я уже мог примерно чувствовать их месторасположение и даже настроение, а когда Миссия порезала ногу во время тренировки с виброклинком, «услышал» её боль так отчётливо, словно поранился сам.
Бастила говорила, что так и должно быть: для Великой Силы не существует ни преград, ни расстояний, как и гласил известный мне канон «Звёздных войн». Поэтому я был уверен, что правильно оцениваю происходящее с Траском: по крайней мере, его не пытали... пока. Вероятно, в суматохе переброски «Левиафана» на защиту Звёздной Кузни о пленнике временно просто забыли.
Теоретически, можно было продолжить подбрасывать Малаку ложные цели, организовать такое информационное давление, чтобы Тёмный Лорд и дальше не нашёл времени заняться допросом Ульго. Вот только я не знал ни где взять необходимые для этого ресурсы, ни как вообще подступиться к подобной задаче. Из институтских лекций по «пиару» ничего подходящего вынести мне не удалось, «Реклама в социальных сетях» тоже не подходила, а смысл курса «Высококонкурентная информационная деятельность» не понимал, кажется, сам лектор, доцент Канунников... Да и будь я даже спецом по всем этим «инфо-войнам» — как адаптировать земные подходы к далёкой-далёкой галактике? Как обмануть форсера, и не абы кого, а самого Малака?
Попросить совета у джедаев? Но эти ребята, похоже, всю свою историю только тем и занимались, что сливали информационные войны: ситхам, регионалам, зачастую самим себе...
Это был момент слабости, один из тех моментов, когда ты остро сожалеешь о собственной неистребимой порядочности. Насколько проще всё было бы на Тёмной Стороне Силы! Раз-два, прокачался, нахапал плюшек, ништяков и роялей, благо, сюжетные убер-артефакты более-менее известны, — и пошёл месить Малака. Замесил, уселся в тронном зале Кузни, слева Бастила в ошейнике, справа голокроны с порнухой... красота!