Страница 12 из 13
Эти примеры показывают, на что способны люди, решившие стать хозяевами судьбы. С другой стороны, когда люди кидаются на борьбу с проблемами, они становятся еще беспомощнее. Они лишь объединяются перед лицом врага. Энергия идет из накала эмоций, а фокус внимания узкий. Люди берутся за дело по принуждению или от безысходности. Когда работа заканчивается, они расходятся до следующего обострения, а до тех пор ничего не делается. Самое главное, чего мы добились, – доказали, что люди могут работать и творить вместе не по необходимости, а из желания построить свое будущее. Когда они доделывали здание или колодец, им не терпелось взяться за следующее творение. Каковы бы ни были проблемы, борьба с ними чаще всего ничего не решает. Если вы не знаете, как создать вокруг себя то, что вам нужно, – проблемы найдутся. А созидание – совсем не проблема.
Глава 4
Созидание
Уроки гетто
Недавно я ехал из нью-йоркского аэропорта на Манхэттен. Маршрут пролег через места, где я когда-то жил: восточную часть Гарлема. Я переехал туда после того, как защитил магистерскую диссертацию в Бостонской консерватории. Какой это был контраст: утонченный Бостон и «не обремененный культурой» Восточный Гарлем! У многих из нас есть дар избирательной памяти. Мы помним гораздо больше хорошего, чем плохого (впрочем, у моей бабушки было наоборот). И вот, глядя на знакомые места, я погрузился в прекрасные воспоминания о днях, прожитых в гетто. Внезапно кое-что вернуло меня в настоящее: я увидел прекрасный образчик местного искусства – граффити. Жанр появился много лет назад, а у его истоков был немотивированный вандализм. Когда я жил в Восточном Гарлеме, граффити еще не стали видом искусства. Чаще подростки расписывали стены, чтобы выразить ненависть к миру. Иногда в ком-то просыпались романтические наклонности, и на стенах появлялось что-то вроде «Хосе любит Джуди».
Со временем надписи сделались более затейливыми, а юные живописцы начали соревноваться друг с другом. Избытки молодой энергии теперь выплескивались в росписях, а не в драках «стенка на стенку». Художественные формы становились крупнее и смелее. Цвета были яркими, а город превратился в холст. По ночам художники крались вдоль улиц и расписывали любую поверхность. Чистые стены быстро закончились, и тогда они нашли прекрасный символ своего искусства: серые и бездушные вагоны метро – собственность общества, которому они себя противопоставили. Авторы граффити по ночам прорывались в депо и расписывали поезда. Затем транспортное управление несло их творчество в массы, устраивало им показ на весь город. Они стали учиться друг у друга, и мастерство их совершенствовалось. Власти забеспокоились и поставили вооруженную охрану вокруг городских депо. Но к этому времени граффити заметили в мире серьезного искусства. Арт-дилеры стали разыскивать лучших уличных художников. У них появилась возможность рисовать на настоящем холсте. Мода на граффити возникла в одночасье – и так же стремительно прошла.
Хоть официальный успех был недолгим, художники продолжали экспериментировать. Появилось новое поколение, которое обеспечило развитие жанра. Спустя еще несколько лет власти Токио пригласят лучших авторов граффити в Японию, чтобы они расписали поезда в столичном метро. Поразительная история, правда? Если бы 25 лет назад кто-нибудь сказал мне, что «культурно обделенные» гарлемские подростки прогремят на весь мир не как отпетые бандиты, а как художники, танцоры (вспомним брейк-данс) и поэты (рэперы), – я решил бы, что этот человек сошел с ума. А в тот день, когда я ехал в такси через Восточный Гарлем, мое внимание привлекла новая фаза в эволюции граффити. В цветовой гамме появилась пастель. Раньше краски были кричащие, резкие. Теперь им на смену пришли мягкие, полупрозрачные тона со сложными переходами. Где-то там, в городских каменных джунглях, юный художник ищет новые цветовые решения – экспериментирует с акриловыми красками: нежно-сиреневой, лазурно-голубой. Смешивает, сочетает противоположные тона, чтобы создать иллюзию глубины и многомерности. И я думаю: может быть, еще не все потеряно для нашей цивилизации?
Мне видится здесь важный урок. Отчасти он касается силы духа. Нас приучили думать, что обстоятельства влияют на способность к самовыражению и что исследовать грани бытия можно лишь при благоприятных условиях. Но будь это верно – разве смогла бы враждебная действительность гетто породить такую творческую мощь? Почему тогда именно отсюда, а не из святилищ «высокой» академической культуры произросла новая мысль, движимая лучшим, что есть в человеке? Быть может, наша сущность – это натура творца, который может создать новую жизнь в любых обстоятельствах?
Творчество не зависит от обстановки
Творчество отличается от реакции на обстоятельства. Процесс созидания запускает не житейская ситуация, а творческий замысел. Многие уверены, что для творчества нужна культурная среда, «правильная» обстановка, способствующая созиданию. Очень показательна корпоративная мода на «инженерию рабочего места», которая якобы должна раскрыть творческий потенциал сотрудников. Но ведь экскурс в историю искусств показывает: человек созидает в любых обстоятельствах – от располагающих до тяжелых.
Если вы задумались о том, что хотели бы сделать из своей жизни, знайте: ваша нынешняя ситуация не влияет на результаты, которых вы мечтаете достичь. Жизненные обстоятельства не сковывают вас, даже если вы в них безнадежно увязли. Поскольку творчество непохоже на подчинительно-противительную ориентацию, вам может показаться нелепой мысль об ином восприятии жизни. Не исключено, что вы читаете эти строки и думаете: вот очередная порция разглагольствований насчет нового начала. Или же полагаете, что созидание – удел гениев, а творческий процесс возможен лишь в музыке, живописи, поэзии или кинематографе.
Да, в искусстве творческий процесс находит очевидное выражение, но он не ограничивается миром искусства. К любой мечте можно подойти творчески. Художественное созидание необязательно отделять от созидания в жизни. Более того, искусство – прекрасная площадка для обучения приемам творчества. Полезно поучиться азам творческой деятельности у практиков, которые занимаются ею с полной отдачей.
Пабло Казальс[5], один из величайших виолончелистов нашей эпохи, не ограничивал свои представления о творчестве музыкой:
Я всегда считал физический труд в высшей степени творческим и с уважением – даже благоговением – смотрел на людей, которые работают руками. Мне кажется, они такие же творцы, как любой скрипач или художник.
А психолог Карл Роджерс[6] писал так:
Когда ребенок придумывает новую игру, когда Эйнштейн формулирует теорию относительности, когда домохозяйка изобретает новую подливку к мясу, когда начинающий прозаик пишет свой первый роман – все это, по сути, творческие деяния, и я не вижу смысла делить их на творчество высшего и низшего сорта.
Человеку, не владеющему осознанными навыками творения, кажется, что творчество – продукт подсознания или наития. Поэтому желание созидать выливается в поиск некой формулы, которая пробудит тайные силы. Помните сказку про слона Джамбо? Мышь убедила слона, что он сможет взлететь при помощи «волшебного» пера. Джамбо взял перо и действительно взлетел. Но однажды он потерял свой талисман и решил, что умение летать тоже утрачено. Тогда мышка созналась, что пошутила над ним и что летать Джамбо выучился сам. Так он узнал, что может летать безо всяких перьев.
Многие теории, описывающие творческий процесс, похожи на «волшебное» перышко Джамбо. Они приписывают способность сотворить то, что вам нужно, какому-нибудь талисману. Первобытные племена, живущие в джунглях, считают пролетевший самолет чудесным знамением. Самолеты для них – если не боги, то колесницы богов. Неизвестное часто кажется непостижимым. Из-за нехватки информации творчество воспринимается как дело мистическое – точно так же обитателям джунглей не хватает познаний в области современной авиации. В действительности созидание – это навык, который можно приобрести и развить, как любой другой: упорными тренировками. Чтобы стать творцом, надо регулярно творить.
5
Пабло Казальс-и-Дефильо (1876–1973) – каталонский виолончелист, дирижер, композитор, музыкальный и общественный деятель. Прим. ред.
6
Карл Рэнсом Роджерс (1902–1987) – американский психолог, один из создателей и лидеров гуманистической психологии. Прим. ред.