Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 50 из 57

— У него мозги варят?

— Спрашиваешь!

— Ну, если варят мозги и есть хороший персональный компьютер, то дело в шляпе. Скажи-ка мне номер твоего телефона, Парис.

Биллингс повернулся к своей рабочей установке и стал выстукивать номер Бена. Машина щелкнула и загудела в ответ на команду, но результат Биллингса явно не удовлетворил.

— Не зафиксирован, — пробормотал он. — Как правило, неудачи только еще больше раззадоривают.

Бен закурил сигарету. Не успел он сделать двух затяжек, как на экране появился адрес.

— Взгляни, он тебе знаком?

— Черт возьми! Неужели это под силу любому?

— Это может сделать каждый растяпа. Признаюсь вам, что, пользуясь этой штукой и имея хоть каплю воображения, можно узнать все, что душе угодно. Погодите минуту. — Биллингс включил в работу фамилию и адрес Бена. — Ничего не стоит, например, проверить счет в банке. — Он опять повернулся к ним. — Но такой парень должен обладать терпением и мастерством, а также техникой высокого класса. Посидим еще пару часиков — и я скажу, какого размера туфли носит твоя матушка. Бен погасил сигарету.

— Если нам придется прибегнуть к твоим услугам, ты сможешь вычислить местонахождение этого сыщика?

Биллингс самодовольно ухмыльнулся, поскольку знал себе цену.

— Ради старых друзей и за достойное вознаграждение я скажу вам не только это, но и что он ел сегодня на завтрак!

— Простите, что приходится беспокоить вас, господин сенатор, но звонит миссис Гайден по важному делу.

Чарлтон читал свою только что отредактированную речь, которую предстояло произнести сегодня на официальном приеме Лиги женщин.

— Какая линия, Сюзанна?

— Третья.

Чарлтон нажал кнопку:

— Послушай, Клэр, у меня очень туго со временем…

— Чарлтон, я звоню из-за Джеральда. Прожив в браке двадцать лет, Гайден хорошо знал свою жену, поэтому сразу понял, что она не на шутку встревожена.

— Что случилось?

— Только что звонили из колледжа, Джеральд подрался со своим одноклассником и…

— Подрался? Джеральд? — Засмеявшись вполголоса, Чарлтон протянул руку к бумагам. — Не говори глупостей.

— Чарлтон, мне позвонил сам декан Уайт! Он сказал, что дело очень серьезное. Джеральд буквально избил этого юношу.

— Клэр, зная темперамент Джеральда, это невозможно вообразить. Тебе не стоило звонить из-за такой ерунды. Обсудим это, когда я вернусь.

— Чарлтон! — В голосе ее была такая тревога, что Гайден не решился положить трубку. — По словам Уайта, это не похоже на обычную стычку. Того мальчика увезли в больницу.

— Все это глупости. — Гайден раздраженно отодвинул свою речь. — Не делай из мухи слона из-за каких-то синяков.

— Чарлтон! — Клэр почувствовала дурноту. — Они говорят, что Джеральд пытался его задушить!



Через двадцать минут Гайден сидел в кабинете декана Уайта, словно проглотив аршин. Рядом с ним сидел Джеральд, потупив взгляд и плотно сжав губы. Его белая рубашка была измята и испачкана, лицо изрядно исцарапано и покрыто синяками, запястья распухли.

Вид Джеральда, как ни странно, немного успокоил Гайдена, поскольку подтверждал его предположение, что произошла обычная школьная потасовка. Конечно, дома он устроит сыну хорошую взбучку, лишит его всяких удовольствий на какое-то время, но ничего страшного, кажется, нет.

— Надеюсь, мы быстро уладим это дело. — Гайден уже обдумывал, какую занять позицию, если все это просочится в прессу.

Уайт подавил вздох. До пенсии ему оставалось два года. Все двадцать лет работы в колледже Святого Джеймса он учил, воспитывал и наказывал сыновей очень богатых и привилегированных родителей. Многие из его бывших студентов, закончив учебу, становились общественными деятелями. За годы работы он пришел к выводу, что родителям, отдающим своих отпрысков в его заведение, абсолютно плевать, как ведут себя их дети в стенах колледжа, лишь бы сор не выносился из избы. И в этом отношении Уайт был с ними вполне солидарен.

— Я понимаю, что у вас очень напряженная работа, сенатор Гайден, и не пригласил бы вас сюда, если бы не надеялся уладить это дело.

— Мне хорошо известны ваши профессиональные качества, мистер Уайт. Иначе Джеральд не учился бы у вас. Тем не менее я считаю, что дело не столь серьезно. Конечно, я не намерен смотреть сквозь пальцы на участие моего сына в кулачных боях. — Это было сказано для Джеральда. — Заверяю вас, дома мы нелицеприятно обсудим этот вопрос и примем меры.

Уайт поправил очки. И Гайден, и Джеральд увидели в этом жесте проявление нервозности. Отец отнесся к этому спокойно, а сын — со злорадством.

— Ценю ваше отношение, господин сенатор. Но, к сожалению, Рандольф Литгоу попал в больницу, и таким образом дело уже получило некоторую огласку. Я, как декан, облечен ответственностью за колледж Святого Джеймса и за его студентов. Поэтому у меня нет иного выхода, как временно исключить Джеральда.

Гайден поджал губы, что не укрылось от внимания Джеральда. «Ага, — подумал он, — толсторожий декан влип!»

— Я считаю это слишком суровой мерой. В свое время я учился в колледже, где тоже бывали драки. Разумеется, они не поощрялись, но до исключения дело не доходило.

— Видите ли, это нельзя назвать обычной дракой, господин сенатор. — Уайт вспомнил выражение глаз Джеральда, когда тот сжимал горло Литгоу, и ему снова стало не по себе. Даже теперь, глядя на мальчика, опустившего глаза, он чувствовал себя не в своей тарелке. — Рандольф Литгоу сильно пострадал. Когда мистер Берне попытался разнять дерущихся, Джеральд отшвырнул его с такой яростью, что пожилой человек упал. Затем ваш сын принялся душить Литгоу, хотя тот был почти в бессознательном состоянии. Насилу несколько ребят оторвали от него Джеральда.

Уайт кашлянул. Он знал, как могуществен и богат Гайден, который, по всей вероятности, станет следующим президентом. Для колледжа большая удача, если сын президента — его выпускник. Это и только это удерживало Уайта от немедленного исключения Джеральда и передачи дела в прокуратуру.

— В течение четырех лет, которые ваш сын провел здесь, у нас не было к нему никаких претензий по части поведения и учебы. Просто не понимаю, что с ним случилось. Гайден пожал плечами:

— В таком случае можно предположить, что его спровоцировали на этот поступок.

— Не лишено вероятности. — Уайт опять кашлянул. — Но не скрою от вас: мы все были потрясены жестокостью вашего сына. Тем не менее нам хотелось услышать объяснения Джеральда, прежде чем принимать дисциплинарные меры. Заверяю вас, сенатор, мы не исключаем студентов, не разобравшись, в чем причина.

— И что же он вам сказал?

— Джеральд отказался что-либо объяснить. Гайден подавил раздражение. Он платил несколько тысяч долларов в год, чтобы за Джеральдом присматривали должным образом, а этот декан даже не способен добиться признания от мальчишки-старшеклассника!

— Не оставите ли вы нас на несколько минут наедине, мистер Уайт?

— Конечно. — Декан поспешно поднялся, радуясь возможности хоть ненадолго избежать мрачного, холодного взгляда Джеральда.

— Декан… — остановил его внушительный голос Гайдена. — Надеюсь, можно положиться на ваше благоразумие в данном вопросе?

Уайт хорошо знал о щедрых пожертвованиях Гайденов колледжу Святого Джеймса за последние четыре года. Он также понимал, что частная жизнь кандидата в президенты способна расстроить его политическую карьеру.

— Школьные проблемы остаются в школе, сенатор.

Как только Уайт закрыл за собой дверь, Гайден поднялся. Он сделал это по привычке, поскольку хорошо знал, что стоя выглядит еще величественнее.

— Ну что ж, Джеральд. Я готов выслушать твои объяснения.

Джеральд тоже поднялся, слегка прижав руки к бедрам, как его учили, и поднял глаза на отца. Перед ним был не просто высокий красивый мужчина, а король с окровавленным мечом, сражающийся за справедливость.

— Почему ты не послал этого старого дурака куда подальше? — спокойно спросил Джеральд.