Страница 13 из 15
– Мам? – Мальчик поднял на неё взгляд, шмыгнув носом.
– Знакомься, это Сеш’ъяр. Он твой отец.
– Да-а-а? – В голосе ребёнка прозвучало столько сомнения, даже как-то стыдно стало. Самую малость. Оказывается, не похож я на отца, не похож… Эх, работать и работать ещё над этим.
– Привет, малыш, – дурашливо улыбнулся и потрепал его по волосам. – Я согласен, чтобы ты называл меня папочкой. Можно с приставкой «любимый».
Внимательный взгляд чёрных глаз впился в меня как клещ. Непроницаемая бездна перелилась в расплавленное золото. Фыркнув, заставил измениться и свой взгляд, подпустив зверя поближе.
– Я Рагдэн, – важно кивнул мальчишка. Лукаво сощурился. – Можно просто солнышко!
– Приятно познакомиться, Рагдэн, – шутливо поклонился, пропуская по-прежнему хмурившуюся Корану вперёд.
– Ещё слово в таком тоне, и я найду способ тебя заткнуть, – негромко прошипела малышка, пройдя мимо меня.
– Могу я предложить особо эффективный метод? – Поддразнивать её – сущее удовольствие. Столько эмоций за внешне ледяным спокойствием!
– Ты странный, – выдал Рагдэн. – Но мне нравишься! Ты похож на дедушку!
– А кто у нас дедушка?
– Дедушка самый лучший! – довольно заявил сын.
– Значит, есть куда расти, – философски заметил.
– Мелкий, не обращай внимания. Твой папочка большой оригинал, – спокойно откликнулась Корана, бросив на меня предупреждающий взгляд. – И мозги у него сейчас явно не там, где надо бы.
– Ты так хорошо меня знаешь, – рассмеявшись, поцеловал её в щёку, увернувшись от подзатыльника.
– Ты удивительно предсказуем, – сухо откликнулась Кора.
Она открыла было рот, но громкое урчание сбило с мысли. Смущённое лицо ребёнка сказало куда больше, чем любые слова.
– Голодный, да? – понятливо улыбнулся.
Сын ревниво следил за каждым моим движением. Настоящий дракон, что ни говори!
– Хочу фруктовый салат, – недовольно проворчал малыш. – А ещё мама обещала печенье!
– Раз обещала, сделает. Мама у тебя такая, человек слова, – серьёзно покивал. В голове созрела прекрасная идея, как урвать для себя побольше времени у неразлучной парочки. – Но позже. А сейчас предлагаю нам всем вместе пообедать. Тем более что я тоже голодный! А два голодных дракона…
– Нет, столько нервов у меня нет, – вынуждена была признать Корана, сдаваясь. – Хорошо, идём уже, дракон-искуситель.
– Я просто здравомыслящий человек, – философски вздохнул, ненавязчиво положив руку ей на талию.
– Человек? – Скептицизм бил ключом. Но за такой характер я её и полюбил.
Упрямая, своенравная, любящая, нежная и только моя. Женщина. Мать. Такая и по загривку огреет, и встанет спина к спине, защищая семью и любимых так, как может только она.
Сои’шен будет долго хохотать, когда узнает, как его старший брат семьёй обзавёлся. И завидовать. Найти такое сокровище… Не каждому дракону так везёт в жизни.
– Хорошо, нелюдь, – покладисто согласился, улыбнувшись во все тридцать два зуба. – Так лучше?
– Определённо. – Страдальчески вздохнув, Кора отвела взгляд, предпочитая рассматривать пейзаж.
Обогнав её, перехватил ребёнка и усадил себе на плечи. Радостно взвизгнув, Рагдэн весело расхохотался и неожиданно спросил:
– А где ты живёшь?
Недовольное пыхтение Кораны мы оба старательно проигнорировали. Нагорит нам потом за это, но что не сделаешь ради своего ребёнка?
– В огромной пещере, в центре самой высокой горы. А ложем мне служит гора золотых монет и драгоценных камней. Раз в месяц местные жители, чтобы задобрить мою коварную душу, отправляют на погибель верную рыцарей благородных и дев невинных. Из первых, кстати, неплохая закуска получается.
– Ма-а-ам, – после минутного молчания позвал сын. – Он шутит, да?
– У него странное чувство юмора, солнышко. Не обращай внимания, твой папочка ещё получит за то, что врёт как сивый мерин.
– Тогда уж дракон, – увернулся от тычка в бок и послал своей хмурой девочке воздушный поцелуй.
– Одно другого не лучше, – уверенно заявила Кора, всё же взяв меня под локоть. – Веди уж, новоявленный отец семейства. Грех не поесть за чужой счёт.
Как оказалось, высокая должность не мешает дракону знать все мало-мальски приличные заведения города. И теперь мы втроём сидим за столом в одной из небольших уютных таверн. Светлые стены, приятная обслуга и спокойные посетители, весело переговаривающиеся друг с другом. В основном, кстати, семейные пары с детьми.
Да уж, идиллия.
Настроение портило не только слишком длительное присутствие в нашей с сыном жизни самого Сеш’ъяра, но и те ещё только зарождающиеся отношения между ним и Рагдэном. Неприятно признавать, но впервые в жизни чувствую это едкое ощущение, называемое в народе ревностью. Она засела где-то глубоко внутри и не желала исчезать. И я злилась. На Сеш’ъяра, на сына, на мировую несправедливость и на себя саму. Выбрала бы профессию поспокойнее, не пришлось бы встречаться с ним снова. И переживать мучительное осознание того, что ревную мелкого к его отцу.
Я. Ревную. Своего. Сына.
С трудом подавила лавину эмоций, улыбнувшись вопросительно смотревшему на меня мужчине и недоумённо переводящему взгляд с него на меня Рагдэну. Правда, мелкого больше занимала тарелка с конфетами, поставленная перед ним добродушной официанткой. И теперь он примеривался, как бы и не съесть слишком много, чтобы мама не ругалась, и утащить с собой побольше, чтобы ночью, пока она не видит, полакомиться.
Игры взрослых его не интересовали совершенно.
– Это точно всё мне? – полюбопытствовал мелкий, видимо что-то решив для себя.
– Точно. Но после обеда. – Сеш’ъяр погрозил ему пальцем, с удовольствием уплетая свою порцию жаркого.
Мой недовольный взгляд он весьма успешно игнорировал как по пути сюда, так и пока мы ждали заказ. И продолжал делать это, фонтанируя на всю округу счастьем и благодушием.
Глубоко вздохнула, призывая чувства к порядку. Помогло слабо, но пальцы дрожать перестали от иррационального и неуместного желания придушить одного слишком оптимистично настроенного дракона. Этот индивид, похоже, даже на кладбище вместо крестов плюсы видит.
– Мам, а почему ты хмуришься? – протянул сын, смерив меня подозрительным взглядом. Моё настроение Рагдэн всегда чувствовал очень остро.
– Думаю, отвесить твоему отцу подзатыльник или пожалеть свою руку? – вздохнула, отодвигая блюдо со сладостями подальше от сына. На расстроенный взгляд ребёнка пояснила: – Только после обеда. Съешь жаркое – получишь сладости.
– Слушайся маму, мелкий. Она плохого не посоветует, – хохотнул Сеш’ъяр, бросая на меня лукавый взгляд.
Многообещающе улыбнулась ему. Дракон подавился и закашлялся. Скандалить я не буду, характер не тот. А вот устроить медленное убийство с особой жестокостью – вполне в моём духе. Ург поможет спрятать труп.
– Мам, а печенье? – с надеждой поинтересовался мышонок, нехотя поедая свою порцию обеда. – С фруктами. И глазурью!
– Конечно, солнышко, – погладила его по щеке. – Раз обещала, значит, будет.
– А я тоже хочу попробовать мамино печенье, – вклинился в разговор Сеш’ъяр. Послал мне воздушный поцелуй, поставив локти на стол и сцепив руки в замок.
Рагдэн тут же переключился на отца, задав первый из назревших вопросов:
– Па-а-ап, а где ты был?
Ехидно фыркнула, иронично вскинув брови.
Сеш не растерялся. Послал ещё один воздушный поцелуй и окинул меня ласковым, нежным взглядом. Невольно вздрогнула, настолько он был ощутимым. Похоже, его мне не переиграть ни при каких обстоятельствах. Придётся искать другие пути решения проблемы.
– Твоя мама так неожиданно уехала, я даже не успел попрощаться с ней, не то что узнать о твоём скором появлении. – Потянувшись, дракон потрепал ребёнка по волосам.
Забрав у него тарелку с остатками картошки, подтолкнул блюдо с дерестом.
– А почему ты уехала, мам? – Ребёнку было действительно интересно это узнать, но вместе с этим он уже примеривался, с какой стороны начать есть то количество сладкого, что преподнёс объявившийся папочка.