Страница 41 из 47
– Ладно, Лана, - успокоившись, выдавил из глотки Магон. – Кегож – это культурный отдых в местном океанарии. Там напрягаться не надо. Просто ходи и на рыбок смотри.
Это предложение мы с Лией одобрили единогласно. Я всегда хотела собственными глазами увидеть водный мир Заруны. Пока что я видела его только по кому и в книгах.
Подводный мир Заруны оставил неизгладимый след в моем неокрепшем сознании, заставив навсегда проникнуться глубоким уважением к силе этой великолепной планеты. Поразило не только разнообразие его, а и размеры некоторых представителей водной фауны. Кое-какие виды достигали, по словам гида, двадцати метров! Те, кто поместился в бассейнах океанариума, были малышами, в сравнении с ними. Мне было страшно даже представлять этих существ. Особенно мне запомнилась одна рыбка, которая все время плавала недалеко от меня вдоль стеклянной стены ее аквариума. Размер ее достигал полутора метра. Четыре плавника, хвост, голова и брюшко имели желто-белый окрас, а все остальное тело переходило серо-черным градиентом. Я обратила внимание на глаза. Они были как у человека, только зрачок имел треугольную форму. Гид назвал ее трудновыговариваемым словом. Я нарекла его филгичик. Гид рассказал, что эти филгичики всегда сопровождают корабли людей, куда бы они ни плыли. Легко шли на контакт с людьми. У них даже присутствует слабый интеллект. Я прилипла к толстенному стеклопласту и строила ему миленькие рожицы. Филгичик пытался их повторять, от чего я хваталась за живот от смеха.
Жизургу оказался небольшим спектаклем мимов. Он обычно показывается на большой сцене с танцами и легкой акробатикой длительностью около часа. Мы успели почти вовремя на начало.
В конце-концов, уставшие, но счастливые, мы вышли из Тифнора затемно. Из-за освещенной площади перед развлекательным центром звезд на небе почти не было видно. Я задрала голову и уставилась в небо. Как давно я не смотрела на небо. Свежий вечерний воздух наполнил мои легкие, от чего закружилась голова. Я счастлива. Я определенно счастлива. Как после такого времяпрепровождения можно подумать, что что-то может пойти не так или настроение можно опустить? Глубоко убежденная, что сегодня точно ничего не случится, я широко шагала к заказанному флайеру.
– Ну, что? – спросил нас Магон возле флайера. – Вам понравилась сегодняшняя программа?
– Надо будет повторить для закрепления, - потягиваясь и кряхтя от удовольствия, протянул Марат.
Все время, что мы провели в Тифноре, Марат не упускал возможности приблизиться к Лие. Поддевал ее, возникал рядом из ниоткуда. Она же весьма благосклонно это все терпела. Интересно, о чем она думает? Нравится ли ей его компания или она привыкла к нему с детсва? В самом флайере, пролетая мимо освещенных домов и зданий, я вспоминала, как первый раз ступила на землю этого огромного города. Неужели я тогда могла представить себе, что моя жизнь повернётся таким кардинальным образом? Вспоминала, как прошла единение с Забавой. Передо мной предстал решительный образ Нарана. Он знал. Он знал, что я пройду единение. Он был на все сто уверен в моем таланте. Откуда? Интуиция? Почему я снова мыслями возвратилась к этому человеку? Не хотела. Он отталкивал меня всячески, как только я решусь приблизиться к нему. Почему? Неужели он не видит моей симпатии? Иногда он казался мне холодным и равнодушным. Чего он хочет от жизни? Ради чего живет? А я? Ради чего мне жить? Чего искать? Пути домой? А надо ли? В этих раздумьях я не заметила, как флайер остановился у подъезда в атконнор.
Когда я очнулась, все уже вышли. Меня позвал у выхода Март. Вышла и тут же замерла на месте от замешательства. У входа в атконнор стояли два человека. В первом я сразу признала куратора, от чего сердце ухнуло в пятки, а второго видела впервые. Зато его явно хорошо знали Марат и его друзья. Я прикусила губу и несмело зашагала к ним. Мои друзья уже стояли там. Наран походил на тучу. Нахмуренный, с плотно поджатыми губами и бегающими желваками. Руки скрестил на груди.
– Оппа! – услышала я голос идущего рядом Марта.
– Нет, - шепнула я ему в ответ. – Влипли.
– Так я о том же.
Когда мы подошли, Наран шевельнулся в мою сторону и грозно прорычал:
– Почему выключили коммуникаторы?!!
Я вжала голову в плечи. Страшен в гневе наш куратор, в который раз убеждаюсь.
– Вы понимаете, какой сейчас час?!! – его ноздри расширились, он обвел взглядом всех присутствующих и снова поглядел на меня.
Такое ощущение, будто я всех подбила! Я заморгала виновато и опустила взгляд. А что я еще могу ответить? Наран шагнул угрожающе в мою сторону с желанием схватить меня за руки и отволочить в комнату. Вот, что бы вы сделали на моем месте, если бы в вашу сторону надвигался взбешенный буйвол? А именно буйволом куратор для меня и выглядел.
– Мамочки, - на своем родном всхлипнула я, развернулась и со всех ног помчалась прочь, в темноту стоянки флайеров.
Вот, я, наверное, удивления вызвала! Хе! Явно не ожидали! Они замерли, рты пораскрывали. Ну, и хорошо, хоть во рту проветрят. А я бегу со всех ног.
– Лана, ты куда?! – услышала я крик Марта.
– Иата!!! – кинул вдогонку Наран.
А я бегу, дыхание сбивается. Ну, не хочу я, хоть убей, перед таким Нараном отчитываться. Спиной почувствовала, что за мной никто не побежал. А то сразу бы догнали, бегаю я медленно и сравнивать меня с ними нельзя. Пигалица. Сначала меня это не озаботило, пока я не остановилась и не оглянулась. Все, как один, стояли и смотрели в мою сторону. Вот я дура!!! Чего бежать-то? Спряталась в тени флайера. Стою, дыхание восстанавливаю, не свожу взгляда с них. Почему они не шевелятся? Вдруг, сзади на меня пахнул порыв воздуха и послышался шелест крыльев. Я медленно повернулась назад. В двух шагах от меня опустился на землю Наранов Натон. Узнала его по запаху. Вон оно что! Они и не думали бежать! Зачем, если есть ниясыть? Я точно дура! Натон сровнял голову вровень с моими глазами.
В голове возник мыслеобраз. Натон просил вернуться. Сперва я опешила. Как быть? Нур смотрел на меня, не мигая. После дикого бега страх ушел, и дыхание вернулось в спокойное состояние. Оглянулась. Далековато я убежала.
– Наран настаивает, чтобы ты немедленно шла назад, - произнес он.
Я обернулась снова к нему. Огромный фасетчатый глаз переливался в свете фонарей атконнора фиолетовым. От нура веяло спокойствием и настойчивостью. Глядя на него сейчас, я вспомнила тот первый раз, когда впервые увидела его. Рука сама поднялась к надбровью и скользнула вниз по шее к плечу. Послышалось довольное урчание. Ниясыти так любили ласку и урчали, как заправские коты, стоит их только коснуться. Я с нежностью засмеялась, уже совсем позабыв о том, что ждет меня впереди, точнее кто.
– Натон, ты такой хороший, - восторженно выдавила я.
В ответ получила одобрительный взгляд. Я же скользнула глазами ему на спину и в уме невольно мелькнула мысль: «Как хочется сесть на нее». Не знаю, почему она у меня возникла. Я всегда восхищалась ниясытями, еще с самого первого раза, когда первый раз увидела Натона. Желание сидеть верхом гнездилось во мне глубоко и крепко, но воплотить ее я не могла, так как Забава была очень молода и мала, а других ниясытей я так близко возле себя, кроме Натона, никогда не видела. Как завороженная, я глядела на плечи, где обычно восседали наездники, и желание росло с каждой секундой.
– Садись, - услышала я в голове.
Неужели можно?! Я удивленно повернулась к голове нура. Не могла поверить в то, что он мог это предложить, ведь ниясыти летают только со своими наездниками! Сердце бешено заколотилось, дыхание снова участилось. Надо было сильнее удивиться, но я уже не думала. Уперлась ногой в подставленную мне лапу, легко скользнула ему на плечи, перекинув вторую через шею. Уселась. Уютно так, будто ниясыти специально созданы для того, чтобы на них верхом летали люди. Так комфортно. Натон выпрямился и раскрыл крылья. Я вцепилась в шейную складку. Натон же слегка прижался к земле, потом резко оттолкнулся мощными задними лапами и взмыл вверх. Сердце ухнуло в желудок. Это круче, чем все аттракционы вместе взятые! Ночной свежий воздух пахнул мне в лицо, вскинув вверх и назад мои кудрявые волосы. Я со всей силы обхватила ногами шею Натона, чувствуя легкий страх. Он немного изогнув шею, повернул в мою сторону голову. Послал мне успокаивающие мысли, и сердце вернулось обратно, но бешено биться не перестало.