Страница 45 из 69
Вторая причина, по которой он едет со мной, столь же эгоистична, как и первая. Я хочу похвастаться Линденом. Я хочу, чтобы он произвёл впечатление на моих родителей. Разве может быть иначе? Он красивый, успешный и безумно очаровательный (по крайней мере, я считываю его успешным, ведь он построил карьеру пилота вертолёта сам, без помощи родителей).
Мне важно, чтобы родители одобрили мой выбор. Знаю, это глупо, но когда Никола, Кайла, Пенни и Джеймс порой плохо отзываются о Линдене в моем присутствии, а я вынуждена молчать, мне нужен кто-то, кто скажет, что я сделала правильный выбор. Я хочу знать, какое мы и наши отношения производим впечатление на других людей.
- Так получилось, - говорю я, - в тот момент, когда вы могли встретиться, всегда что-то шло не так.
- Думаю, ты могла бы сказать то же самое и о нас.
- Что ты имеешь в виду?
Он пожимает плечами и проводит рукой по своим густым волосам.
- То время, когда ты была одна, а я с кем-то другим, или я был один, а ты с кем-то встречалась.
- Насколько я помню, были и те пару лет, когда мы оба были одни,- напоминаю я.
- Я знаю. Я очень хорошо помню это время. Мне потребовалось много усилий, чтобы не подойти к тебе и не сказать, что я на самом деле чувствую.
Всё это время. Всё это время.
- Почему ты не сделал это?
Он молчит несколько секунд, а затем говорит, - Джеймс. Я думаю, все дело в нем. Знаешь, иногда мне кажется, не будь я его лучшим другом, парень бы возненавидел меня.
- Возненавидел тебя? - повторяю я.
- Да, - он смотрит на меня с явным беспокойством.- С тех пор, как мы встретились, он то и дело на меня обижался. Может я все придумал. Вероятно, так оно и есть. Но он всегда не понимал, как я получал все, что хотел, не прилагая особых усилий, и что главное, никогда не ценил этого.
Думаю, я понимаю, о чём говорит Линден.
- Но ты упорно работал. Ты приложил немало усилий, чтобы добиться того, что сейчас у тебя есть. Твои родители даже не помогали тебе.
Он искоса смотрит на меня.
- Нет, но они платили за мое образование и квартиру. Мне нужно было бы работать, и тогда, добиться всего этого было бы намного сложнее. Я имею в виду, что мне действительно везло в некоторых ситуациях, но где-то всё складывалось далеко не в мою пользу. Но Джеймс всё видит с другой стороны. Он рос в семье, где алкоголь определял очень многое, но ведь и я тоже. То, что у моих родителей были деньги, вовсе не означает, что моя жизнь была лучше. Когда ты ребёнок, тебя не заботит всё это дерьмо. Ты просто хочешь любви.
Моё сердце сжимается. Я знаю, Линдену было непросто расти в такой семье, но родителей не выбирают. Я также знаю, что дела в семье Джеймса обстояли намного хуже. Я до сих пор не в курсе всех подробностей, но я знаю, что они жили в бедности, у Джеймса было тяжелое детство в Окленде с бездельником папашей, который пил, и мамой, державшей на своих плечах всю семью. И не раз слышала, как Джеймс говорит, что Линден родился с серебряной ложкой во рту.
- Что ж, тогда он, скорее всего, просто завидует тебе,- говорю я.
- Да, вероятно он считает, что именно так я и думаю,- говорит он. - Знаешь... Джеймс и я, мы никогда не говорили об этом. Мы никогда не разговаривали вот так, как мы с тобой сейчас. Ты знаешь меня намного лучше, чем он, Мальвинка.
- И я знаю, что тебе не все просто даётся.
- Но пока дела у Джеймса хуже, чем у меня, и между нами вражда, я всегда буду прожигателем жизни в его глазах. Думаю, Джеймс до сих пор злится из-за этого. И именно поэтому я так долго держался от тебя подальше.
Мой живот скручивает при одном упоминание о его чувствах. Я хочу, чтобы он больше рассказал мне об этом, но я не стану давить. Я не хочу быть назойливой и надоедливой девушкой, когда я даже не являюсь его девушкой.
Линден смотрит на меня:
- Я не хочу, чтобы он думал, что я забрал тебя у него. Просто было время, когда...
- Что?
Он качает головой.
- Ничего. Я просто думал, что если начну добиваться тебя, то буду слишком часто наступать ему на пятки, и тогда ссоры уже не избежать. И к тому же я не знал, что ты чувствуешь. Я думал, что я для тебя лишь друг и ничего больше, - он замолкает на секунду, добавив, - по большей части.
- По большей части?
Он усмехается.
- Да, я часто замечал, как ты смотришь на меня.
- О нет, не было такого!
Мое лицо краснеет.
- Уверен, что было. Но и ты часто ловила на себе мой взгляд, и бьюсь об заклад, тебе это нравилось. Очень.
- Неважно.
- Ты знаешь, что это правда. Но даже тогда я не стал бы рисковать нашей дружбой.
- Тогда что изменилось сейчас?
Он молча кусает губы.
- Думаю, я отрастил пару яиц.
- Рада за тебя, - говорю я, потянувшись к его ширинке, - Ты знаешь, как я люблю твои яйца.
Час спустя мы останавливаемся на подъездной дорожке у дома моих родителей. Я замираю, крепче вцепившись в руль.
- Ты... нервничаешь? - в шоке спрашивает Линден.
Я поворачиваюсь к нему.
- Я не видела своего отца с тех пор, как он ушёл от нас.
- Но он всё ещё твой отец.
- Ты тоже нервничаешь в присутствии своих родителей.
- На это есть причины.
- Ох, ладно, значит, у меня тоже есть свои причины.
Я делаю глубокий вдох и выхожу из машины. Линден делает то же самое. Он обходит машину и сжимает меня в своих крепких объятиях.
- Не волнуйся, - говорит он, прижимаясь щекой к моей макушке, а затем целует меня, - Я с тобой.
И часть моих сомнений разом уходит, словно дождь в землю. Я закрываю глаза и позволяю себе ещё немного понежиться в его объятиях. Он здесь, со мной. Моя скала.
Отпускаю его, и мы идём к двери. Обычно я не стучусь, но сейчас, думаю, это стоит сделать.
Дверь открывается, и на пороге стоит мой отец. И вдруг я забываю, что мне тридцать, мне кажется, что я тринадцатилетний подросток. Он выглядит также, высокий, загорелый, тёмно-карие глаза и властные манеры.
Но когда он видит меня, то улыбается и превращается из пугающего подозрительного отца в кого-то, кто действительно рад меня видеть.
- Моя маленькая девочка, - говорит он и выходит на крыльцо, чтобы обнять меня. Он держит меня в своих объятиях, кажется, целую вечность, и, думаю, Линдену становится немного неловко.
Наконец, он отстраняется и смотрит на меня сверху вниз.
- Ты прекрасно выглядишь.
Он поворачивается к Линдену и протягивает ему свою руку.
- Вы, должно быть, Линден. Я много слышал о вас.
- Надеюсь, только хорошее, - говорит Линден. Классический ответ.
- Она говорила, что вы пилот, - отвечает папа, и его глаза на мгновение загораются огнем, затем он опускает голову и смотрит вниз. - Ладно, проходите уже, а то мы все тут замерзнем.
Как только мой папа поворачивается и заходит внутрь, Линден награждает меня пытливым взглядом. Я знаю, ему интересно, и чувствую себя полной идиоткой, потому что просто забыла. Да, я забыла, что самолеты одно из увлечений моего отца и Нейта. Когда Нейт был ещё совсем маленький, папа брал его в аэропорт, смотреть, как взлетают самолёты. Позже у Нейта появился дистанционный вертолёт, и действительно было здорово управлял им.
Но потом его болезнь перешла в наступление, и мы всё реже стали доставать вертолёт, а в аэропорты он и вовсе почти перестал ездить. Нет, мой отец не хотел, чтобы Нейт стал пилотом, да и Нейт долго не мог определиться с выбором, ему много чего нравилось.
Думаю, именно это его огорчало больше всего. Нейт никогда не думал о себе, как о больном, даже когда ему стало совсем плохо. Он обладал поразительным оптимизмом и верил, что всё наладится. Он действительно думал, что будет жить вечно.
- Стефани, - мягко говорит Линден, беря меня за руку, - с тобой всё в порядке?
Я киваю и проглатываю комок в горле.
- Да. Просто кое-что вспомнила.
- Своего брата?
Я снова киваю. Я никогда и ни с кем не говорила об этом, и с Линденом в том числе. Я сама редко думаю о нём. Просто так легче. Когда я вспоминаю Нейта и думаю, каким бы он был сейчас и какой бы была наша жизнь, я впадаю в своеобразный ступор.