Страница 8 из 13
– Интересно… – за спиной Этана Кэм подмигнул Филипу. – Отвязываюсь, братишка. Не знал, что ты положил на нее глаз.
– Думай, что говоришь! Она же мать!
– Прошлой зимой я провел незабываемую неделю с матерью двоих детей, – мечтательно заметил Кэм. – Ее муж сколотил состояние на оливковом масле, и после развода ей досталась мексиканская вилла, пара машин, кое-какие безделушки, картины и два миллиона долларов. Я утешал ее. И детишки были отличные… издали. С няней.
– Ты настоящий гуманист, Кэм, – похвалил Филип.
– Как будто я этого не знаю! Братья услышали, как хлопнула парадная дверь, и переглянулись.
– Ну, кто поговорит с ним? – спросил Филип.
– Я, признаюсь, не очень силен в разговорах, – заявил Этан, пробираясь бочком к задней двери. – К тому же мне пора кормить собаку.
– Трус, – пробормотал Кэм, когда за Этаном закрылась дверь.
– Согласен. Но я, к сожалению, тоже. – Филип уже встал и двигался к двери. – Первая попытка твоя, приятель. Мне надо просмотреть документы.
– Подожди хоть минуту…
Но Филип – уже за пределами кухни – бодро сообщал Сету, что Кэмерон хочет поговорить с ним.
Когда Сет в сопровождении щенка появился на пороге кухни, Кэм хмуро подливал виски в кофе. Сет сунул руки в карманы и дерзко выставил подбородок. Ему не хотелось сейчас ни с кем разговаривать. У Грейс он просто сидел на крыльце и думал о своем. Даже когда Грейс присела рядом с ним, держа на коленях Обри, она не мешала ему думать. Потому что понимала: он хочет побыть в тишине.
Теперь придется разбираться с этим мужиком.
Но ничего, он не будет… не позволит себе бояться! И плевать на его большие руки и жесткие глаза. Пусть они его выгонят, отшвырнут, как одну из рыбешек-недомерков, которых Этан вытаскивает из залива. Он сам о себе позаботится.
И не о чем беспокоиться.
– Ну что? – с вызовом спросил Сет, скрестив ноги и ожидая реакции Кэмерона.
Но Кэм продолжал молча потягивать кофе с виски, одной рукой рассеянно поглаживая щенка, который храбро пытался забраться ему на колени. Перед ним стоял нагло ухмыляющийся костлявый мальчишка в жестких, явно новых, джинсах. И у этого мальчишки были глаза Рэя
Куина.
– Садись, – наконец произнес он.
– Я могу постоять.
– Я не спрашивал, что ты можешь, я велел тебе сесть.
Услышав знакомую команду, Глупыш покорно плюхнулся на толстый задик, а мальчик и мужчина продолжали в упор смотреть друг на друга. Первым сдался мальчик. Но когда он резко – точно как все Куины – дернул плечами, Кэм чуть не подскочил. Нужно было успокоиться, собраться с мыслями, только они никак не хотели собираться и все ускользали. Что он должен сказать парню, черт побери?!
– Ты поел?
Сет настороженно смотрел на него из-под густых девчачьих ресниц.
– Да, еды было много.
– Послушай… Рэй говорил с тобой о… о планах? Насчет тебя?
Худые плечи снова дернулись.
– Не понимаю, о чем вы.
– Он оформлял твое усыновление, чтобы все было по закону. Ты знал об этом?
– Он умер.
– Да. – Кэм снова поднял кружку, пережидая, пока утихнет боль. – Он умер.
– Я собираюсь во Флориду, – выпалил Сет первое, что пришло ему в голову.
Кэм отхлебнул кофе и наклонил голову, как будто заинтересовавшись.
– Неужели?
– У меня есть деньги. Я уеду утром. На Юг. На автобусе. Вы не сможете остановить меня!
– Смогу. Я сильнее тебя. – Кэм неожиданно почувствовал себя лучше и откинулся на спинку стула. – И что ты планируешь делать во Флориде?
– Найду работу. Я много чего умею.
– Будешь чистить карманы и спать на пляже?
– А хоть бы и так!
Кэм невозмутимо кивнул. Именно этим он сам когда-то собирался заняться в Мексике. В первый раз ему пришла в голову мысль, что, возможно, он сумеет найти с мальчишкой общий язык.
– А как же ты собираешься туда добраться? Вряд ли ты умеешь водить машину.
– Смог бы, если бы пришлось.
– Сейчас трудно угнать машину, если нет опыта. А без машины не обойтись: полицейские догонят. Нет, Флорида – плохая идея.
Сет сжал зубы.
– Я еду во Флориду.
– Нет, не едешь.
– Вы что, хотите отослать меня назад? – Сет вскочил со стула, его худенькое тело затряслось от ярости и страха. Испуганный неожиданным движением и криком, щенок бросился вон из кухни. – Вы не имеете на меня никаких прав! Вы не сможете отослать меня обратно!
– «Обратно» – куда?
– К ней, куда же еще? Меня всегда отправляют к ней! Но вы не социальные работники. Только попробуйте меня задержать!
Кэм узнал эту стойку – мальчишка приготовился принять удар и дать сдачи.
– Она тебя била?
– Не твое собачье дело!
– Рэй сделал это моим собачьим делом. И учти: ты далеко не убежишь, парень.
Но Сет уже метнулся к двери. Поймав его у парадного входа, Кэм отдал должное развиваемой мальчишкой скорости. А после удара кулаком в пострадавшую ранее челюсть – и силе.
– Убери от меня свои чертовы лапы, сукин сын! Только тронь, и я убью тебя!
Кэм втащил Сета в гостиную, толкнул в кресло и наклонился над ним. Он ожидал увидеть в мальчишечьих глазах ярость или вызов, но там был только безудержный, животный страх. Кэм обо всем догадался, и ему стало тошно.
– У тебя крепкие нервы, парень. Теперь постарайся подключить к ним мозги. Если мне нужен секс, я предпочитаю женщину. Понимаешь меня?
Сет не верил ни единому слову. Впрочем, он особенно и не вслушивался. Когда сильная мускулистая рука обхватила его, он понял одно: на этот раз ему не сбежать. На этот раз, сколько бы он ни боролся, он не сможет вырваться.
– Так тебя здесь никто не тронет. Никогда. – Кэм не сознавал этого, но его голос смягчился; глаза еще были темными, но уже не сверкали гневом. – Если я дотронусь до тебя, то самое худшее, что я сделаю, это попытаюсь вбить в твою глупую голову немного здравого смысла. Понял?
– Я не хочу, чтобы вы меня трогали, – выдавил Сет. Он не мог дышать. Он вспотел от страха, кожа стала скользкой, словно ее смазали маслом. – Я не люблю, когда меня трогают.
– Хорошо, прекрасно. Сиди и не шевелись. – Кэм уселся напротив, а поскольку Глупыш все еще дрожал от страха, он поднял его и бросил Сету на колени. – У нас проблема, – начал он, моля Бога о вдохновении. – Я не могу следить за тобой двадцать четыре часа в сутки. А если бы и мог, будь я проклят, если бы стал это делать! Поэтому ты должен учесть: если рванешь во Флориду, я найду тебя и привезу обратно. Но это меня очень разозлит.
Сет гладил щенка и потихоньку успокаивался.
– Какая вам разница, куда я уеду?
– Для меня – никакой. Но для Рэя – большая. Так что тебе придется остаться.
– Остаться? – Такую возможность Сет не рассматривал. Просто не позволял себе думать о ней. – Здесь? Но когда вы продадите дом…
– Кто продает дом?
Сет пожал плечами, решив, что и так болтает слишком много.
– Люди решили, что вы продадите дом.
– Они ошиблись. Никто этот дом не продает. – Сказав это, Кэм с удивлением понял, что ни за что на свете не допустил бы продажи дома. – Я не знаю, как мы все уладим. Я еще думаю об этом. Но пока вбей себе в голову: ты остаешься здесь.
А ведь это означает, вдруг подумал Кэм, что сам он тоже остается.
Похоже, удача не собирается к нему возвращаться…
– Похоже, в ближайшее время нам никуда не деться друг от друга, парень.