Страница 57 из 77
- Ой! Меня же как раз об этом просила саена Карал, - опомнилась я. - Чтобы я тебе объяснила, что человеческое тело очень легко повреждается снаружи, тогда как прежнее твоё можно было разбить только тебе самому изнутри. Ну, это я так поняла её объяснения, - неуверенно закончила я.
- Я уже заметил, - он опять вздохнул и снова поморщился от боли в рёбрах. - Но нынешнее бытие всё равно устраивает меня несравнимо больше, - мужчина крепко сжал мои пальцы.
- Знаешь, после общения с этим Айком я вспомнила фразу мастера Фарта; ну, что ты удивишься, сколько всевозможных существ живёт среди людей. Мне начинает казаться, что вокруг немного именно людей. К которым уже даже меня отнести довольно сложно, - я хихикнула с некоторой нервозностью.
- А ты догадалась, кто он?
- А ты у него не спросил? - растерялась я.
- Да как-то... другие, более насущные вопросы нашлись.
- Ну, я точно не знаю, он так и не подтвердил мои подозрения решительным "да", - с сомнением начала я. - Мне кажется, он весенний хозяин леса.
- Кто? - недоумённо изогнул брови синеглазый демон. Я с облегчением отметила, что к его глазам вернулся тот восхитительный синий цвет, что был прежде.
- Хозяин... ты совсем-совсем ничего про них не слышал?
- Нет. Даже название не знакомо.
- С чего бы начать? - задумчиво протянула я. - Это, в общем-то, такая же сказка, как катраль, только... другая, - я хмыкнула. - В общем, если верить жителям Левого Полюса, хозяева леса - это три духа, в чьей власти находятся безбрежные леса между, собственно, Полюсом и Рекой. У каждого есть своё время; например, тар Айк, как мне кажется, весенний хозяин, он пробуждает лес от зимней спячки. Считается, что каждый из лесных хозяев всё "не своё" время спит.
- И какое из времён года осталось без хозяина?
- Зима. Насколько я помню, тогда над всем Левым Берегом властвует Холод Лютый, самое злобное из всех известных мне сказочных существ. Правда, тут, наверное, быть уверенной нельзя; катралем вон тоже детей пугают.
- Скажешь, зря пугают? Учитывая, сколько я разрушений причинил, и сколько зла принесли мы все вместе...
- Карт, ну, ты как маленький, - возмущённо фыркнула я. - Как можно обижаться на стихию? В том, что кто-то утонул в реке, виновата совсем даже не река. Вот мне кажется, что с этим Холодом может быть та же история.
- Не отвлекайся. Что ты ещё про хозяев знаешь?
- Да, в общем-то, немного. К людям они вроде бы относятся неплохо; хорошего - наградят, плохого - накажут, и обманом с ними ничего хорошего не добьёшься. Была там одна сказка про дровосека... - задумчиво протянула я, но тут же опомнилась. - Так вот, людям являются в обличии мужчин: весенний - молодой озорник, летний - жизнерадостный мужчина лет тридцати, а осенний - степенный муж с седыми висками. Как-то так... На молодого озорника тар Айк, прямо скажем, не тянет, - я неуверенно хмыкнула. - Но на зиму он, кажется, впрямь впадает в спячку; во всяком случае, сказал, что зимой отоспится.
- А ты ему посоветовала выспаться? - весело фыркнул Карт.
- Ага. Он же такой заморенный, смотреть больно, - смущённо вздохнула я.
- Удивительно ты всё-таки людей определяешь.
- Пора бы уже привыкнуть, - проворчала я. - И вообще... не определяй я людей так "странно", я бы от тебя тоже до сих пор шарахалась, как все остальные. Не веришь - спроси вон у Олеи, она долго недоумевала над моей необъяснимой симпатией к синеглазому демону и утверждением, что он на самом деле хороший. А ты мне, между прочим, с первого взгляда понравился! И не только потому, что симпатичный.
- А я симпатичный? - с искренним недоумением уточнил он.
- Ага, - честно призналась я, к собственному удивлению не чувствуя никакого смущения. - Даже очень, особенно глаза красивые. Слушай! - вдруг вспомнила я, от возбуждения даже приподнявшись на локте. - А что значит твоя татуировка? Ну, на груди?
- Какая татуировка? - нахмурился он. - А... рисунок был какой-то, да. Но я понятия не имею, что он означает, и означает ли вообще: он такой и был с самого начала.
- А сейчас не изменился?
- Не смотрел. Сейчас не посмотришь, я в бинтах весь, - с улыбкой притушил он мой энтузиазм. - Потом. Даже если она что-то значит, никуда она не денется за несколько дней.
- Ну, да, - вынужденно согласилась я. - Не забыть бы потом!
- Да куда...
Разговор оборвал грохот распахнувшейся двери, и наше внимание мгновенно сосредоточилось на невежливом посетителе. Это была миниатюрная круглолицая пухленькая женщина лет сорока с лучиками морщин вокруг смешливых глаз и густой золотисто-рыжей косой до пояса. Она разглядывала нас с дружелюбным и несколько недоумённым любопытством, особенно - Карта. Совершенно непонятно было, почему она ворвалась с таким шумом.
- Как интересно! А где Сарк? - бодро поинтересовалась женщина, не здороваясь.
- Наверное, на работе, - осторожно предположила я. Редкого тёмно-зелёного цвета глаза незнакомки горели удовольствием, восторгом и интересом.
- Ах да, совсем забыла, сейчас же день, - махнула она рукой и неторопливо прошествовала к кровати. - Так, а тут у нас... Ой, во имя Хаоса! - хихикнула женщина, плюхаясь на кровать с противоположной стороны от напрочь растерявшегося Карта. - Ветру сломали рёбра, кому скажи - не поверят! Но починили тебя неплохо. Сейчас, давай стабилизирую, а то больно же, - женщина укоризненно качнула головой и, не встретив никакого сопротивления, стащила с Аля одеяло примерно до пояса. Оглядела повязки, поцокала языком, пробежала по повязкам пальцами как пианист по клавишам и удовлетворённо кивнула. Издав удивлённое восклицание, Карт приподнялся на постели, недоверчиво ощупывая грудную клетку. Кажется, больно ему уже не было.
Растерянно переводя взгляд со следователя на незнакомку и обратно, я попыталась прислушаться к ней. Мелодия, против ожидания, была вполне человеческая; нечто бравурное, преимущественно - духовые инструменты.
- А вы... мама Сарка, да? - внезапно осенило меня.
- А я разве не представилась? - женщина слегка нахмурилась. - Я Иаи, а вы...?
- Меня зовут Ау Лиел, а это - Карт Аль. Мы друзья Сарка, - сообщила я.
- Карт Аль? - весело фыркнула она. - Недолго думал над именем. Ладно, пойдёмте кофе пить, подождём моего непутёвого сына, поболтаем, - она махнула рукой и вышла, не оборачиваясь.
- Как она это сделала? - потрясённо пробормотал Карт.
- Ну, она же Настройщица, - неуверенно предположила я.
- Мать Сарка - Настройщица?!
- Он говорил, да, - я вздохнула. - Пойдём?
- Да, я догоню. Сейчас, оденусь вот, - он выразительно развёл руками.
- Можно подумать, я там что-то не видела! - хихикнула я уже на пороге, показала Карту язык и поспешно захлопнула за собой дверь. В кухне, куда я так поспешно отступила, дабы не получить сдачу той же монетой, уже пахло кофе и свежей выпечкой.
- А вы правда Настройщица? - поинтересовалась я, наблюдая за уютно суетящейся у плиты женщиной.
- Присаживайся, присаживайся, не стой в дверях, - шикнула она на меня. - А то сейчас твой ветер прилетит, ещё зашибёт ненароком, - женщина заговорщицки подмигнула. - А насчёт Настройщиков - понятия не имею. Они существа мифические, а я вроде бы до сих пор ощущаю себя человеком, - пожала плечами она. - Так куда, ты говоришь, делся Сарк?
- На работе, - терпеливо повторила я, вспоминая слова упомянутого о катастрофической рассеянности его мамы. - Вы так легко определили, что Аль - катраль...
- Тут надо слепым быть, чтобы не заметить! - удивлённо округлив глаза, покосилась она на меня.
- Может, хоть вы тогда объясните нам, во что мы теперь превратились? - вздохнула я, присаживаясь за стол.
- Ой, да нет ничего проще, - отмахнулась она, выставляя на стол, к уже имеющемуся там блюду со свежей сдобой (откуда только взялась!), внушительный кофейник, и тоже опустилась на стул. - Ведь что такое ветер? Самая нестабильная и переменчивая гармония. Именно поэтому его совершенно невозможно разрушить, но и добиться от него упорядоченности, свойственной, к примеру, человеку, невозможно. Ну, то есть, возможно, просто необходимо дополнить эту гармонию внесением чего-то нового, пребывающего с ней в естественном резонансе, что с вами, собственно, и случилось. Он не перестал быть ветром, но теперь это не его основа, а просто одна из составляющих. Маленький шажок на пути к идеальному бытию - естественному резонансу всего мира. Он, конечно, как и любой идеал, является вещью сугубо теоретической, - снисходительно улыбнулась она. Я слушала, как зачарованная; уж очень приятный был голос и затягивающая манера речи. Всегда приятно слушать человека, увлечённого тем, о чём он рассказывает. Ей бы лекции ученикам читать. - Но некоторые полагают, что именно так будет выглядеть конец света. А подслушивать нехорошо, и подкрадываться - тоже! - вдруг возмущённо фыркнула она, оборачиваясь к двери. В проёме стоял возникший там бесшумной тенью Аль.